Том 2. Рассказы - Жан Грива
— Да, в жизни получается по-другому, — устало согласился Осис. — Трудно приготовить рецепты на все случаи.
— Значит, принимаете мой план? — переспросил Карклинь и встретил единодушное согласие. — Я не хочу действовать без вашей поддержки, — пояснил батальонный. — Мы зажаты в смертельном кольце противника, как партизаны.
Из темноты вынырнул вестовой Мицитис:
— Товарищ командир, разведчики возвращаются!
Радостная весть прервала разговор, и командиры вскочили на ноги. Первым показался Фогелис.
— Товарищ старший лейтенант, — отрапортовал он, — задание выполнено без каких-либо осложнений. Продовольствие для батальона доставлено. Прошу получить и раздать!
— Отлично, — с глубоким облегчением сказал командир батальона, и в его голосе послышались одновременно похвала и благодарность. Затем он обратился к Осису: — Товарищ Осис, действуйте! На помощь себе возьмите других командиров рот, моего вестового и санитарного инструктора Эглитиса. Пусть люди отдыхают. Будите их только тогда, когда все будет готово... Товарищ Фогелис останется со мной.
Командиры ушли. Фогелис подробно рассказал батальонному о ходе операции, потом добавил:
— Мне кажется, что нам надо двигаться именно в том направлении, где мы сейчас побывали. Через старый мост мы перейдем. Телефонные провода перерезаны. Берег реки твердый и местами порос деревьями. В случае какой-либо неожиданности есть где спрятаться. Река неглубокая. При необходимости ее легко форсировать, перебраться на другой берег. Лесной массив кажется достаточно большим, чтобы в нем можно было маневрировать.
— Лесной массив действительно большой, — удовлетворенно сказал командир, прекрасно помня карту местности. — Товарищ Фогелис, после разговора с командирами я принял такое же решение. Двинемся в четыре утра, как только начнет светать. Вы со своими разведчиками выступите первым. Мой вестовой Мицитис пойдет с вами в качестве связного. О всяком серьезном обстоятельстве сообщайте. Я буду в передовой группе. А теперь отдыхайте. Вы устали.
Карклинь тоже хотел вздремнуть, но мысли о завтрашнем дне не давали ему покоя. Ответственность за судьбу и жизнь множества людей давила как тяжкий гнет. Все они верили ему, беспрекословно повиновались, и Карклинь должен был оправдать это огромное доверие. Никакого компромисса не существовало и не могло быть. Либо мы вырвемся из этого проклятого гибельного круга, либо заставим противника заплатить за жизнь каждого из нас...
Янис Карклинь встал и спустился с холма — проверить сторожевое охранение. Усталые бойцы находились на своих местах и ждали, когда их сменят, чтобы вздремнуть хотя бы пару часов. Темный холм, укрывший батальон под густыми, разлапистыми елями и соснами, угрюмо молчал и словно сам стоял на страже покоя и жизни этих людей.
Янис Карклинь внимательно вслушивался в ночь. Где-то вдали двигались на северо-восток танки. Было ясно, что они маневрировали неподалеку от позиций, готовясь к завтрашнему бою на Таллиннском направлении. Но что происходило там, на северо-востоке, куда завтра двинется батальон? Никакой боевой деятельности там не чувствовалось — не раздался ни один минометный, артиллерийский или пулеметный выстрел. Что это означает? Что это сулит? Никто не мог ответить на эти вопросы.
Прислонившись спиной к сосне, Янис Карклинь незаметно задремал. В дремотном полусне он увидел виселицу, возле которой стояла вся его семья: отец и мать, две сестры и недавно родившийся братик. Их окружали айзсарги с винтовками в руках, а у столбов, готовый к своей жуткой работе, с напяленным на голову мешком стоял палач. Сквозь прорези в мешке Карклинь увидел звериный блеск его глаз и пробудился от страшного кошмара.
Вокруг все было спокойно. Только с болотного холма сползал холодный и промозглый туман, понемногу закрывший звезды и темную синеву неба между кронами деревьев. Ночь была мучительно тихой. Даже шума танков уже нельзя было расслышать. Два враждовавших гиганта дали отдых своим мышцам. В жизни бойца самыми гнетущими бывают такие часы тишины, когда органы чувств не могут ощутить врага и предугадать его замыслы.
То же самое происходило сейчас и с Янисом Карклинем. Он чувствовал себя так, будто находился в огромной пустыне, из которой нельзя выбраться и узнать, что происходит за плотными стенами тумана. И это незнание еще усугублялось сознанием огромной ответственности за целый батальон, который по возможности надо было целым и невредимым вывести из окружения. Принято говорить, что один в поле не воин. Но на войне бывают такие случаи, когда одному намного легче выбраться, чем сотням людей сразу.
Командир батальона взглянул на фосфоресцирующий циферблат своих часов, по которому с легким тиканьем бежала секундная стрелка. Три! Стало быть, для отдыха оставался всего один час. Стоит ли спать? Жуткий кошмар прогнал сон, и Янис Карклинь понял, что командиру в такой ситуации поймать сон труднее, чем летящую птицу. Мысли мешались в голове как бешеные, одно соображение сменялось другим. Которое из них наиболее приемлемое?
Еще было время выбрать другой вариант. До начала операции оставался целый час. Все ли правильно продумано и верно решено? Люди отдыхали, спали и ни о чем не думали. Люди верили ему, командиру батальона, его распоряжениям и приказам. Верили до конца жизни, и этим великим доверием нельзя было играть. Командир должен быть до конца уверен в правильности своих действий и не сомневаться в успехе.
Часовая стрелка приближалась к четырем. Вскоре надо будить ротных и отправляться в путь. Прежде всего придется разбудить командира разведгруппы, которому со своими ребятами выступать первым. У Фогелиса были навыки настоящего разведчика: он мог подремать, если это позволяли обстоятельства, без промедления, в один миг заснуть, а затем чувствовать себя совершенно бодрым и с ясной головой. Так что командир батальона знал, что через несколько минут после пробуждения Фогелис без лишних слов вместе со своими ребятами как тень растворится в густом тумане и начнет действовать согласно обговоренному плану.
Именно так все и произошло. Как только Фогелис со своими ребятами исчез в лесу и вместе с ними ушел вестовой Мицитис, чтобы встретить батальон возле старого моста через речку, Карклинь одного за другим разбудил ротных командиров, чтобы они подняли своих людей.
Колонна двигалась по правому берегу реки, внимательно глядя вперед, чтобы в тумане не пройти мимо условленного перехода через реку.
Заметив подходивших бойцов, Мицитис, ушедший вместе с ребятами Фогелиса, бросился обратно и тихим голосом сообщил командиру:
— Товарищ командир, Фогелис со своими разведчиками только что ушел в условленном направлении. Мы здесь вас ждали. Мост в плохом состоянии, переходить надо только по бревнам. Пока весь батальон переберется на другой берег...
—