Маркатис #6. Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями) - Гарри Фокс
Внутри академии было тепло. Тишина — густая, ватная, нарушаемая лишь отдалённым гулом голосов из-за закрытых дверей лекционных залов. Мужчина остановился в холле, снял перчатки, спрятал их в карман, и медленно, как бык, оценивающий новое пастбище, огляделся. Высокие своды, старые портреты на стенах, массивная люстра, приглушённый свет — всё это дышало устоявшимся порядком, который ему предстояло нарушить.
Из-за угла появился слуга — юноша в форменной куртке, с озабоченным лицом. Он подошёл к мужчине, поклонился.
— Вас ожидают? — спросил он, стараясь говорить почтительно.
— Я к ректору, — ответил мужчина, и голос его был сух, без тени приветливости. — Доложите, что прибыл тот, о ком он был предупреждён.
Слуга кивнул, развернулся и быстро зашагал по коридору. Мужчина остался ждать, небрежно опираясь на свой портфель. Он перевёл взгляд на лестницу, ведущую в мужское общежитие — туда, где недавно разыгралась буря, о которой уже судачили по углам. Он знал. Знал больше, чем могло показаться. Его «старый друг» — тот самый ректор Элистрейд — уже сообщил ему о виверне, о Роберте и странном происшествии в академии. Но сейчас его интересовало другое.
Из коридора донеслись шаги. Слуга вернулся и, чуть поклонившись, сказал:
— Ректор ждёт Вас в своём кабинете. Прошу следовать за мной.
Мужчина кивнул и двинулся за ним.
Слуга остановился перед массивной дубовой дверью, обитой тёмной кожей с латунными гвоздями, и бросил короткий взгляд на мужчину. Тот кивнул — едва заметно, но достаточно, чтобы юноша понял. Слуга постучал: три чётких, размеренных удара, которые глухо прозвучали в тишине коридора.
— Войдите, — раздалось из-за двери.
Слуга толкнул створку, и та открылась без скрипа, плавно, будто её смазывали каждый день. Он посторонился, пропуская гостя вперёд, и бесшумно прикрыл дверь за его спиной, оставшись снаружи.
Кабинет ректора встретил его теплом и полумраком. Камин горел ярко, выбрасывая в комнату волны жаркого света, который танцевал на стенах, увешанных картами и старыми гравюрами. За массивным столом, заваленным свитками и книгами, поднялся Элистрейд.
— Дорогой мой! — воскликнул ректор, и в голосе его прозвучала непривычная теплота. Он вышел из-за стола, раскинул руки в стороны и двинулся навстречу гостю. — Как я рад Вас видеть! Наконец-то Вы добрались.
Мужчина позволил себя обнять — коротко, сухо, с лёгким похлопыванием по плечу. От ректора пахло табаком и старым пергаментом, и этот запах был ему знаком до боли.
— Рад Вас видеть, Элистрейд, — ответил он, отстраняясь и окидывая кабинет цепким взглядом. — Дорога была долгой, но это того стоило.
Он снял пальто, повесил его на вешалку у двери, затем прошёл к креслу у камина, но не сел — остановился, глядя на ректора в упор.
— Я проезжал мимо мужского общежития, — сказал он, и голос его стал чуть тише, доверительнее. — Видел заколоченные окна на третьем этаже. Что за происшествие? Я слышал, у Вас тут случилось нечто… необычное.
Элистрейд махнул рукой, и жест его был лёгким, почти пренебрежительным. Он вернулся к столу, сел, жестом предложил гостю занять место напротив.
— Пустяки, — ответил он, и в голосе его послышалась снисходительная усмешка. — Молодёжь балуется. То один студент решит испытать новое заклинание, то другой не рассчитает силы. Вы же знаете наших юных магов — им лишь бы устроить переполох. Ничего, что требует Вашего внимания.
Мужчина медленно сел, положив портфель на колени, и внимательно посмотрел на ректора. Элистрейд встретил его взгляд спокойно, с лёгкой полуулыбкой, но мужчина чувствовал — за этой лёгкостью что-то прячется. Слишком уж быстро он отмахнулся, слишком уж небрежно. Ректор явно не договаривал. Но мужчина не стал настаивать. Он опустил глаза, поправил край портфеля, и внутри него зашевелилось холодное удовлетворение.
«Так даже лучше», — подумал он. — «Роберт явно не в лучшей форме, если здесь творится такое. Ему не до сестры. А значит, Сигрид не на что рассчитывать, и она будет покладистее, чем я опасался».
Раньше он рассчитывал на то, что между братом и сестрой существуют натянутые отношения — он знал об их размолвках, о холодности, которая воцарилась между ними в последние годы. Но если Роберт сейчас занят собственными проблемами, то он точно не станет вмешиваться в судьбу Сигрид. Это освобождало мужчине руки.
Он откинулся на спинку кресла, и на его лице появилась светская, чуть усталая улыбка.
— Ну что ж, — произнёс он, меняя тему. — Погода в этом году стоит лютая. Февраль, а мороз такой, что кони в санях пару раз норовили взбрыкнуть. Дорога от поместья до академии заняла на два часа больше обычного — снежные заносы на тракте, пришлось объезжать через старый лес.
Элистрейд согласно кивнул, сложив пальцы домиком и оперевшись локтями о стол.
— Да, зима нынче суровая, — подтвердил он, и в его голосе зазвучала та обычная, размеренная вежливость, которая так хорошо знакома всем, кто ведёт бесконечные светские разговоры. — В прошлом году в это время уже начинала таять наледь на озёрах, а сейчас — мороз под тридцать, и снег всё идёт и идёт. Говорят, в северных провинциях волки подходят к деревням — голодное время. Как Вы добрались? Вас не беспокоили разбойники?
Мужчина усмехнулся, коротко и безрадостно.
— Кто же решится напасть на карету без гербов? — ответил он с лёгкой иронией. — Разбойники ищут богатых купцов или знатных господ, а мы с кучером выглядим скромно. Да и в санях кроме меня ничего ценного. Так что дорога была тихой, если не считать метелей.
— Это хорошо, — сказал Элистрейд, и на его лице отразилось искреннее облегчение. — Всё-таки академия — место спокойное, и мне бы не хотелось, чтобы наши гости попадали в неприятности до того, как переступят порог.
Он взял со стола графин с тёмной жидкостью, налил в два хрустальных бокала и протянул один гостю.
— За Ваше благополучное прибытие, — произнёс он, поднимая бокал. — И за успешное завершение всех Ваших дел.
Мужчина взял бокал, чуть склонил голову и сделал глоток. Напиток обжёг горло приятным теплом, и в груди разлилась мягкая расслабленность. Он поставил бокал на стол, и в его глазах мелькнула тень деловой целеустремлённости.
— Благодарю, — сказал он. — А теперь, я полагаю, нам стоит обсудить детали моего визита. Сигрид должна быть готова к отъезду сегодня вечером. Я бы хотел увидеть её до заката.
Элистрейд кивнул, отставил свой бокал и сложил руки на столе.
— Разумеется, — ответил он. — Я уже распорядился, чтобы её известили. Она будет