Исторія о донскихъ козакахъ - Александр Ригельман
Самозванецъ отправленъ былъ Михавецкимъ въ Российской пограничной отъ Польши городъ, Стародубъ, подъ именемъ Андрея Андреевича Нагихъ, и съ нимъ юноша жъ, Московскій подъячій, Алешка Рукиныхъ. Сей последней рязглашалъ, что якобы онъ пришелъ отъ Царя Димитрія, спасшагося отъ убіенія во время смятенія Московскаго, для испытнія, сохраняютъ ли его подданные къ нему вѣрность, и что онъ живетъ тайно въ одномъ мѣстѣ, избѣгая умысловъ и злодѣйства враговъ своихъ. Къ сему прилипъ одинъ бывшей въ Стародубѣ, Гаврила Веревкинъ, которой первой поборникъ по немъ и ревнитель сего зла сталъ; онъ еще болѣе распустилъ слухъ по городу, и такъ довелъ, что Стародубѣ, крича, вопрошали Рукина, гдѣ Царь Дймитрій, увѣряли его о своей неизмѣнной верности къ нему. Рукинъ, не уповая на Нагаго, яко бы опаснося способенъ угадать только, что Царь между ими находится, а болѣе сказать не можетъ. Жители, озлясь, схватили Рукина, начали, изстязая, спрашивать, чтобъ неотменно онъ показалъ его имъ. Сей, якобы не стерпя суровости ихъ, объявилъ, что тотъ, которого они называютъ Андреемъ Нагимъ, есть истинный Царь Димитрій, скрывающейся подъ симъ именены Стародубовцы, обрадовавшись сему, безъ ислѣдованія объ немъ обнародовали чрезъ звоны колокольные, и тотчасъ, ему, все стекаясь толпами, присягу учинили, признавая его своимъ Царемъ Государемъ, истиннымъ Димитріемъ Царевичемъ, и послали тотчасъ грамоту въ Путимль, въ Новгородокъ и въ Черниговъ, призывая гражданъ оныхъ къ себѣ присоединиться и присягать своему Государю. Греждане оные все то учинили и толпами къ Самозванцу стекаться стали. Самозванецъ, вида успѣшность въ своѣмъ предпріятіи в умноженіе силъ отъ Рссіянъ съ усердіемъ, при томъ зная себя подкрѣпленнаго Поляками, велѣлъ сего для Стародубцамъ отъ собранія своего писать къ Царю грамоту, съ темъ, что истинный Димитрій Царевичь, спасшейся отъ двухъ убивствъ, пришедъ въ ихъ городъ, признанъ ими по должности своимъ Госудвремъ Россійскимъ и требуетъ отъ него, Шуйскаго, чтобъ онъ, беззаконно похищенной имъ Bcepocciйcкій престолъ, возвратилъ законному его наслѣднику и престалъ бы надъ кровію своихъ Государей подъискиваться. И послали грамоту оную къ Царю съ однимъ Боярскимъ сыномъ.
Cie странное писаніе получилъ Царь Василій до приѣзда еще Тулу: хотѣлъ ярещъ дознанія вывѣдать отъ присланнаго сына боярскаго, кто сей новый злодѣй и кто ему помогаетъ? Но какими мученьями ни выспрашивали его, не могли онаго вывѣдать, какъ только утверждая ихъ въ томъ, что то истинно Димитрій Царевичь и Царь Московский, спасшейся отъ смерти, съ чѣмъ при пыткѣ и сожженъ.
Царь Василій притомъ слыша, что Самозванецъ Схародубской намеренъ следовать до Брянска и на npoтчie городы, послалъ изъ подъ Тулы, еще во время тамъ осады своей, повелѣніе, чтобъ войска Московскіе шли на супротивленіе злодѣю тому и городъ бы Брянскъ, за предательство сжечь, что и учинено. Но Самозванцу препятствіемъ то быть не могло; онъ, миновавъ сего, пошелъ на Карачевъ, а оттуда къ Козельцу, разбилъ тутъ войски Царскія; но съ другой стороны силу вражію побили вѣрные и городы, предавшіеся Самозванцу, Дедиловъ, Крапивну и Епифань взали; и такъ съ разными успѣхами дѣйствы военныя производили.
Но когда Царь Василей уже Тулу съ сдачею и со всѣми измѣнниками получилъ, в бывшей въ немъ Самозванецъ, такъ и прочѣе злодѣи, достойное наказаніе претерпели, пронесся сей слухъ и до ушей Лжедимитрія втораго, что понудило его страха ради, оставл предавшіеся ему городы, бѣжать на сѣверъ въ Трубчевскъ. Cie услышавши Царь, велѣлъ тотчасъ войскамъ своимъ занять Брянскъ и оной укрепить.
Польша, слыша о успехахъ Царскихъ въ пораженіи мятежниковъ, взяла предосторожность, чтобъ Росciя не обратила оружіе свое на нее, какъ за cie, такъ и за прежнѣе вспоможеніе Самозванцамъ, предпpнялa не именемъ Рѣчи Посполитой, но яко бы по вольности Польской, свободными людьми вспоможеніе злодѣю сему чинити. Подъ таковымъ видомъ рришелъ къ Самозванцу Польскій полкомникъ, Лисовской, хотя съ малымъ числомъ людей, но даннымъ имъ примерамъ, обратилъ премножество Польскихъ бродягъ толпами собраться къ Самозванцу, не для чего инаго, какъ только пользоваться грабежемъ Россіи. Онъ тотчасъ присовѣтовалъ и поюелъ съ Самозванцомъ до Брянска, и оной осадиль.
Въ сіи самыя времена явился на Дому у Козаковъ еще нѣкакой человѣкъ, именемъ Фбодоръ, называя себя сыномъ Царя Феодора Ивановича, которой просилъ ихъ вспоможеніе себѣ; но Козаки, вѣдая, что однѣхъ силъ ихъ столько не достаетъ, потому что и прежнія толпы Самозванца Петра уже всѣ войсками Московскими разбиты, да и они, яко сообщники бывшіе двумъ Самозванцамъ, подлежащее за то наказанію, вознамѣрились избѣжанія ради того, пріобщиться къ новому сему Лжедимитрю. Они, пришедъ къ нему въ стань подъ Брянскъ, представила ему своего новаго Самозванца связаннаго, котораго Стародубской Лжедимитрій тотчасъ велѣлъ предъ собою умертвить.
Стародубскій же Самозванецъ, хотя усильно старался одержать Брянскъ, точію чрезъ прибывшую изъ Москвы для города 1607 году, декабря 15 дня, помощь, отъ онаго отступить принужденъ былъ. И такъ войско Московское, очистивши оной отъ злодѣевъ, пошло къ 'Карачеву, куда и Самоэванецъ за ними последовалъ, но наконецъ не предпріялъ замедлвтелъныя для него осады, поворотилъ къ городу Орлу, где жители ему предалися.
Предательство города сего побудило немалыхъ чиновъ Поляковъ къ Самозванцу присоединіться, и Гетманъ Ружинсмй на помощь къ нему уже пришелъ. Они приклонили къ себѣ Болховъ и прочіе многie города съ уѣздами и умножили тѣмъ силы свои стекающимися людьми отъ разныхъ мѣсть толпами, и отважно пошли даже до Калуги. Тамъ войска Московскія, идущія на супротивленіе имъ, побѣдили и разогнали. Отколѣ пошли подъ самую Москву, и въ селѣ Тушинѣ, въ растояніи отъ Москвы въ 10 верстахъ, стань свой поставили, что видя Царь и всѣ граждане ужаснулись, тотчасъ вооружили городъ.
Самозванецъ съ Гетманомъ Ружинскимъ, для скорѣйшаго полученія Москвы, перенесли было стань свой въ село Танинское, но войска ево были часто поражаемы оть стоящихъ вѣрныхъ Московскихъ войскъ на Ходынкѣ, и всякой подвозъ къ нимъ былъ пресѣкаемъ возвратился сего ради паки въ Тушино, для способнѣйшего тамъ стоянія, которому быть, предвидѣть могъ, на не малое время.
Самозванецъ и Гетманъ, видя, что не могутъ преодолѣть верныя Россійскія войска, отъ имени Гетмана послали пословъ въ Москву, яко бы требовать Польскихъ пословъ, содержащихся подъ карауломъ, со времени yбieнiя Растриги; въ самомъ же дѣлѣ велѣно имъ приметить Pocciйcкій станъ и движеніе въ городѣ. Послы оные исполнили свое посольство, получа обѣщаніе оть Царя объ отпускѣ пословъ, при которомъ случаѣ постарались разгласить, что они миръ съ Россіянами заключили. Чрезъ cie разглашеніе