Леди (не) против детектива. Дыхание фэйри - Элис Айт

– Сколько у нас времени? – спросил я.

Уильям и Виола переглянулись.

– Час, возможно… – неуверенно предположил мистер Тейлор.

– В случае с Дикой охотой скорее полчаса, – перебила она. – Мы не можем оставаться в этом доме и не можем уйти из Лондона путями ши, потому что они захвачены. Рекомендую срочное рассеянное отступление.

– Рассеянное? – переспросила Бет. – Это как?

– Это когда армия рассеивается, то есть все бросаются кто куда и спасаются сами, – фыркнул Уильям, ответив вместо Виолы. – Мы не имеем права так поступить. Я не для того раскрывал для Благого двора местонахождение убежища своей сестры, чтобы в минуту опасности все бросили Розу одну.

– Она может уйти вместе с нами, – предложила посланница Титании.

– И бросить дом? Ни за что! Мы должны остаться и принять бой, – поскольку ему никто не ответил, Тейлор обвел всех нас взглядом и умоляюще произнес: – Ну, мы ведь уже здесь. Пусть в доме не все войско, но хотя бы половина наберется, и ангельский огонь при нас. Если победим слуа сегодня, то не придется драться с ними завтра. Мы на своей территории, нам будет проще их одолеть, чем в Шихаллионе, где никто из нас не бывал.

– Вот именно, нас всего половина! – тут же возразила Виола. – И у нас нет плана. Если мы попытаемся биться сейчас, то получим то самое рассеянное отступление, о котором я и говорила. Только в процессе потеряем бойцов, и хорошо, если сами голову не сложим.

Ну вот опять. Начиналось то, что происходило в доме каждый день, каждый Божий час, если не вообще каждую минуту.

Подданные двух дворов как будто из чистого принципа занимали противоположные позиции и стояли на них так, словно уступить противнику означало смерть. В этих спорах они теряли чувство меры, времени – абсолютно всего, включая инстинкт самосохранения. Уверен, Виола и Уильям ругались бы, пока слуа не ворвались в дом. И даже если бы немертвые воины уже занесли над ними мечи, эта парочка все равно бы яростно собачилась друг с другом.

Как же я устал от этого! Клянусь, завтрашней битвы я ждал с нетерпением лишь по одной простой причине – после нее можно будет оборвать все дела с фэйри и навсегда забыть о них.

– Хватит! – рявкнул я. – Какие еще есть способы добраться до Шихаллиона прямо сейчас?

И Виола, и Уильям наконец-то отвлеклись от спора – только для того, чтобы уставиться на меня, как на умалишенного.

– Зачем нам туда прямо сейчас? – озадаченно уточнил Тейлор.

– Затем, что каждый из вас прав лишь наполовину. Мы не можем разбежаться, иначе потом больше никогда не соберемся вновь, и не можем обороняться в доме – он для этого не предназначен. Если хотя бы одна искра ангельского огня упадет не на слуа, то сгорит весь Лондон. Зато, пока Дикая охота на путях ши, тюрьма Никневин остается незащищенной. Атакуя сейчас, мы получим шанс атаковать меньшими силами – теми, что находятся в доме, – и все равно выиграть. Но это возможно лишь в том случае, если мы переместимся к горе за ближайшие несколько часов, пока слуа ни о чем не догадались и не развернулись назад. Как нам это устроить?

– Поэтому мы и собирались использовать пути ши – это самый верный способ попасть к самой горе, не проведя весь день в дороге! – возмутился Уильям.

– Самый верный, но не единственный, – вдруг сказала Бет.

Она посмотрела сначала на представителей двух дворов, потом на меня.

– Волшебные предметы, Джеймс. Семимильные сапоги, ковры-самолеты – хоть что-то из этого должно быть настоящим, а не сказочным.

До меня дошло мгновенно.

О’Салливан. Он же у нас хранитель артефактов.

– Где Кеннет? Кеннет! – проорал я изо всех сил, не дожидаясь ответа.

Если он на этом этаже, то должен услышать.

– Он собирался к себе, отдыхать, – припомнила Бет.

– Я схожу за ним, – вызвался Уильям.

Но идти никуда не понадобилось. Ирландец показался в дверях сам, хмурый и злой. Судя по тому, что он явился без жилета, с наполовину расстегнутой рубашкой, Кеннет намеревался лечь спать, а мы его оторвали от этого благостного дела.

Ему хватило одного взгляда на нас, чтобы стать еще мрачнее.

– Ну, какого черта произошло? Даже винца с этими чертовыми фэйри не хлебнуть в тишине и спокойствии…

В другой раз я бы улыбнулся иронии, ведь он сам был полукровкой. В этот его болтовня только раздражала.

Впрочем, как и обычно.

– У тебя есть артефакты, способные переправить нас к Шихаллиону прямо сейчас? – перебил я.

– Вы с ума сошли?.. – попытался возмутиться О’Салливан.

– Слуа захватили пути ши и скачут к дому, так что хватит ныть и начинай работать мозгами, – оборвал я. – У нас есть всего полчаса, после чего мы сдохнем.

Он еще раз посмотрел на нас. Судя по мгновенно вытянувшемуся лицу, до него наконец дошло, что мы не шутим.

– Так, – Кеннет мгновенно сосредоточился, проигнорировав мое оскорбление, что с ним случалось крайне редко. – Какой у нас план?

– В идеале – перенести всех, кто присутствует в доме, к Шихаллиону, и атаковать его, пока крепость Никневин не защищена.

Он подумал пару мгновений, затем сделал движение, как заправский фокусник, вытащил из рукава рубашки какую-то тряпку и встряхнул ее. Это оказался небольшой холщовый мешочек. Ирландец засунул туда руку, и та провалилась аж до плеча.

– Бездонный мешок? – удивилась Бет. – Они существуют?

– Конечно, – невозмутимо ответил Кеннет. – Только не они, а он – это единственный экземпляр в мире.

– Туда правда может поместиться все что угодно?

– Нет, не все. У него есть свои пределы.

– А жидкость в ней портится? – заинтересовалась Бет.

Ирландец замер на секунду и посмотрел на нее.

Он яростно ухлестывал за ней с момента знакомства. У меня это вызывало отчаянное желание набить ему морду, однако я не знал, имею ли на это право. Бет хотя и не отвечала на ухаживания, но и не отвергала их, а я не знал, как себя повести, учитывая ее помешанность на приличиях.

Ну не