Леди (не) против детектива. Дыхание фэйри - Элис Айт

– Подпишем?

– Ну уж нет, – твердо сказал Джеймс. – Тейлор, несите сюда бумагу и письменные принадлежности. Договор запишу я сам, предварительно убедившись, что вы перед этим ничего не сотворили с бумагой. Эти ваши штучки фэйри с нами провернуть не удастся.

Маб фыркнула, взмахнула руками, и перо со свитком исчезли.

– Вы невыносимы. Дикая охота уже на подходе, времени не хватает, а вы собираетесь записывать все от руки… Уильям, ну почему ты еще здесь! Мы же ждем!

Спохватившийся мистер Тейлор охнул и зайцем выскочил в дверь.

Я вздохнула и откинулась на спинку холодного кресла.

И во что ты только ввязываешься, Бет…

Я не представлял, сколько времени мы провели в подземье. В шикарно обставленной гостиной не было часов, свечи горели, мистически не уменьшаясь в размерах, а на солнце по понятным причинам ориентироваться не получалось.

Несколько раз мы с Бет вставали поразмяться и сходить в уборную, но двери других комнат по пути оказались закрыты на замки. Впрочем, и там вряд ли стояли часы. К чему они фэйри?

Когда я попытался проверить свои, карманные, выяснилось, что они остановились. Судя по стрелкам, еще в Канцелярии. Похоже, такой маленький и точный механизм не мог выдержать на себе столько магического воздействия всего за сутки.

Я знал только одно – Маб могла без усилий заткнуть за пояс любого из известных мне законников, включая многоопытных профессоров Эдинбургского университета. Мы с ней спорили до хрипоты. Вернее, хрипел только я. Связкам настолько пропитанного волшебством существа, как госпожа Неблагого двора, вряд ли что-то могло навредить в принципе.

Она пользовалась всеми честными и нечестными способами, которые только могли прийти в голову. Незаметно охладить под вами сиденье, чтобы вы постоянно ерзали и не могли сосредоточиться? Пожалуйста. Постоянно отвлекать от главной мысли лирическими отступлениями? Сколько угодно. Затянуть переход от дела к заранее оговоренному перерыву, чтобы вы сильнее устали и пропустили важную оговорку в пункте? Милости прошу.

Мы сидели настолько долго, что я начал клевать носом. Бет наложила на меня чары бодрости и тут же заснула сама прямо в кресле. Мистер Тейлор, которого королева постоянно гоняла туда-сюда по мелким поручениям, словно мальчишку-посыльного, пытался изображать, что он полон сил, но в итоге не выдержал и тоже засопел в кресле в углу гостиной.

Маб никакой отдых, разумеется, не требовался.

Она дралась за каждый пункт так отчаянно, словно нас не преследовала Дикая охота и Никневин не грозила освободиться, уничтожив нас всех. Зато теперь, кажется, я понял, как королеве Елизавете удалось отправить в изгнание могущественных и почти вечных существ. Просто нужно заставить их спорить из-за важной сделки – и они сами не заметят, как пролетит целый век.

Выдержать в этой схватке мне помогло, наверное, лишь чудо. Я не испытывал никаких иллюзий по поводу своих талантов болтуна или юриста. Первым я никогда не был, а второй во мне изрядно заржавел за последние годы работы частным детективом.

Пожалуй, спасли меня только собственное упорство и то, что Маб позарез нужна была эта сделка. При других обстоятельствах, думаю, меня бы уже давно превратили в ледяную статую и поставили в саду.

И я был уверен, что продержусь в том же духе до конца…

Пока дом не тряхнуло так ощутимо, что золотые канделябры на комоде дрогнули, а по стенам заплясали тени от свечей. Толстяк и Бет, вздрогнув, проснулись. Маб резко повернула голову к стене и как будто прислушалась к чему-то, что происходит вдалеке отсюда.

– Ваше величество, – с усталым раздражением произнес я, – это уже переходит все границы. Сколько можно повторять, что не соглашусь с этим условием, хоть четвертуйте меня? И прекратите уже пользоваться грязными уловками. Это мало того что недостойно королевы, так еще и затягивает время.

– Это не я, – ответила она, даже не взглянув на меня. – Клянусь.

Ого! Я пораженно уставился на нее.

Это было что-то. Фэйри всеми силами избегали клятв, чтобы случайно не оказаться чьими-нибудь должниками фактически до скончания веков, учитывая их долгую жизнь. Маб тем более ни разу не произнесла подобного слова за все время, что мы с ней спорили.

– Это не она, – замерев не несколько мгновений, подтвердила Бет. Подруга выглядела встревоженной. – Я могу ощутить волнения в магическом фоне, даже не прибегая к средствам вроде ведьминого камня. При всем уважении к могуществу ее величества, если все, что она сказала о королеве Елизавете, правда, то она сейчас на такое неспособна.

– Конечно я сказала правду! – неожиданно зло огрызнулась Маб. – Королевы могут использовать хитрые уловки или запутывать собеседника, но открыто лгать – никогда. Это ниже нашей чести!

– Поскольку мы все равно не можем это проверить, нам остается только поверить вам на слово, – пробормотал я, чем заслужил от нее еще один гневный взгляд.

Но их за сегодня уже было столько, что они категорически перестали впечатлять.

В дверь раздался едва слышный стук.

– Уильям!.. – отрывисто начала Маб, но тот уже и сам бежал ко входу.

Едва он распахнул дверь, как в дом влетел пикси – одно из тех созданий, которые из-за крылышек и размеров больше походили на стрекоз, чем на человечков. Этот был одет как юноша, причем по моде, которая ушла века три назад.

Он тоненько и быстро что-то запищал на непонятном языке. Нам с Бет оставалось только напряженно переглянуться, но Маб и мистер Тейлор явно на нем говорили, потому что слушали очень внимательно.

Когда писк закончился, толстяк побледнел. Однако что было гораздо хуже – это мертвенно застывшее выражение на лице у хозяйки зимы.

– Дикая охота нашла подземье, – таким же мертвым тоном произнесла она. – Мы обречены.

– Здесь около пятидесяти фэйри, по словам Уильяма, – напомнил я. – Это больше, чем вчера скакало всадников за поездом. Должны же ваши подданные хоть что-то уметь!

– Мистер Кларк, не разочаровывайте меня так быстро, а то я уже начала верить, что вы умный мужчина, а это огромная редкость среди людей! Дикая охота – это моя бывшая личная гвардия. Я не продержалась бы ни мгновения в статусе госпожи Неблагого двора, если бы набирала в охрану никчемных вояк, с которыми может справиться любой другой из моих подчиненных! Мне они вреда по-прежнему причинить не могут,