Леди (не) против детектива. Дыхание фэйри - Элис Айт

Очевидно, что конкретно этот томик писал и зачаровывал не сам Мерлин – книга выглядела не как написанный от руки труд полуторатысячелетней давности. Однако тот, кто переписал и зачаровал его, мог следовать традиции, заложенной автором первоначального текста.

Я попробовала еще пару заклинаний, называя подлинное имя волшебника.

И вновь ничего. Только силы потратила.

Вздохнув, я перевернула книгу и проверила глупый способ, который тем не менее мог сработать. В легендах говорилось, что фэйри можно испугать или обмануть, надев одежду наизнанку. Может, отвод глаз не будет действовать, если попытать читать книгу наоборот?

Ну да, конечно. Единственным результатом стала разболевшаяся голова.

Так, соображай, Бет, соображай. Тебя же хвалили на собраниях совета, ты сама слышала. Старый лорд Фарли из Манчестера как-то даже сказал, что ты была бы достойна включения в совет, не будь ты женщиной, имей подходящее происхождение, а также приличное образование…

М-да, совсем не те мысли, которые способны подбодрить.

Я потерла зудящие веки и вернулась к старой теории насчет личности самого Мерлина.

Книга написана не на английском языке. В те времена его еще не существовало, так что вряд ли это перевод, почти наверняка повторение оригинала. Возможно, стоит произнести заклинание на этом языке, чтобы книга поняла – перед ней не чужеземный враг, а сородич автора и ему можно доверять.

Господи, я уже начала думать о ней как о живом существе… Хотя, если откровенно, я и поклоняться ей была готова, лишь бы это помогло нам выжить.

Итак, значит, для снятия чар нужно определить, что за язык передо мной.

Лингвистическими познаниями я не обладала, даже шотландский не смогла выучить – в семье всегда говорили на английском. Но ведь можно же обратиться к логике. Скорее всего, Мерлин записал бы свои труды на родном языке, том, какой он лучше всего знал. А кем он был? Валлийцем.

На валлийском я не знала ни единого слова.

Но сдаваться все равно не желала.

Современные валлийцы жили в основном в Уэльсе. Где-то там родился и вырос сам Мерлин.

– Кардифф? – принялась я шепотом сыпать названиями знакомых мне уэльских городов. – Монмут? Кармартен?

Книга не реагировала. Кардифф был одним из главных портов Уэльса, но когда его основали? Кажется, во времена Мерлина его еще не существовало. Ничего удивительного, что книга такого слова не знает. Монмут появился еще при римском владычестве, в этом я не сомневалась, но так ли он тогда назывался? Этого я не помнила. Почему же не сработал Кармартен? Ведь школа магии для мальчиков не зря появилась именно там – Мерлин долгое время прожил в этом городе и отправился на помощь королю Артуру именно оттуда.

Я покопалась в памяти. Проклятье. Кажется, Кармартен – это тоже искаженное английское название, а не подлинное валлийское. И где мне среди ночи его взять…

Я едва не застонала, вовремя опомнившись, что могу разбудить Джеймса. Он все еще крепко спал, невзирая на приглушенный свет керосиновой лампы, и судьбы быть поднятым мной спозаранку только потому, что его подруга глупа, беспомощна и необразованна, не заслуживал.

Потерев переносицу, я продолжила пытку, правда, уже не знала, чего в точности – книги или себя:

– Артур? Гвиневра? Ланселот? Галахад? Нимуэ?

Слышал бы Мерлин мои потуги, хохотал бы до упаду.

Перечислять персонажей артуровского цикла легенд, похоже, можно было бесконечно. Это не работало, как и все прочее. Только Моргану я упомянуть не рискнула – она, в конце концов, убила Мерлина, превзойдя своего учителя. Лучше не проверять, как книга способна на нее отреагировать.

Шумно выдохнув, я в отчаянии зажмурилась, опустила раскрытую книгу на лицо и так и осталась лежать. Мысли бродили самые безрадостные. Я способна запустить целый поезд, но не способна снять отвод глаз с небольшого предмета. Что за бездарность!

Так прошло, наверное, минут пять. Наконец я решила, что лучше попытаться заснуть, чем терзаться в тщетных экспериментах победить чужие чары, и сняла книгу с лица.

Но перед тем, как она захлопнулась, – я могла бы поклясться в этом! – по странице пробежали изысканные строчки рукописного текста.

Тихо ахнув, я раскрыла книгу вновь, но буквы уже исчезли.

Я крепко сжала ее в руках. Мне не показалось, и это был не сон – текст на какую-то долю мгновения действительно проявился. Теперь нужно вспомнить, что я такого сделала, чтобы это произошло.

Я легла обратно, затаила дыхание и медленно положила книгу на лицо. Опять ничего. Может, нужно закрыть глаза? И как читать, ничего не видя?!

С губ сорвался разочарованный вздох. И ровно в этот миг страница заполнилась текстом. Он задержался на несколько мгновений и опять исчез.

Вот он – мой ответ!

Я села, перелистнула и дохнула на новую страницу. На ней, в точности как на прошлой, проявились ровные строчки и, задержавшись на несколько мгновений, растаяли.

– Джеймс! – я подскочила и кинулась его расталкивать. – Джеймс, проснись! Я нашла способ прочитать книгу!

– Что? – он с трудом разлепил глаза.

Друг выглядел таким сонным, что я мгновенно испытала укол совести. Могла бы и подождать немного, дать ему выспаться. Он же не обязан страдать вместе со мной только потому, что я не смогла заснуть.

Но было поздно – дело уже сделано. К тому же и гостиница начинала потихоньку шуметь, из коридора раздавались шаги горничных, прибирающих номера. Приближалось утро – вставать все равно скоро бы пришлось.

– Смотри, – я продемонстрировала Джеймсу чистую страницу книги, дохнула на нее и вновь развернула к нему проявившийся текст. – Очень странно, что отвод глаз снимается именно таким способом, зато теперь мы хотя бы в состоянии увидеть, что там внутри.

– Увидеть? – переспросил он, все еще моргая и пытаясь прийти в себя. – Но не прочитать?

– Ну… – я смутилась. – Язык остается не английским. Думаю, это валлийский, так что нам все равно потребуется словарь или человек, говорящий по-валлийски.

– Дай глянуть.

Окончательно очнувшись, Джеймс откинул одеяло и сел на кровати. И оказалось, что он…

О Боже, он был наполовину обнажен!

До меня доходили слухи, что среди мужчин в моду входят пижамы, состоящие из свободных брюк и рубашки на пуговицах, хотя вживую мне это увидеть было негде. Дуэйн не любил новшества и предпочитал традиционный вариант – длинную, до щиколоток, ночную рубашку и колпак.

Но почему на Джеймсе только штаны?!

Я стремительно отвернулась. Теперь стало ясно, почему он ночью так ехидно