Леди (не) против детектива. Дыхание фэйри - Элис Айт

Уильям смущенно отвернулся.

– Прости. Если бы я сразу расписал вам все «прелести», Роза ни за что бы не поехала, а другого способа спасти ее я не видел. Посадить на летучий корабль – так мы ведь в самое пекло сунулись, в семимильные сапоги она бы не влезла… – он помолчал и признался: – В том укрытии мои дети. Я отправил их туда просто на всякий случай. Они хорошо позаботятся о своей тете. А если бы я предупредил тебя одного, то Роза обязательно сообразила бы, что что-то не так. Знаешь, ты ведь ей нравишься – она считает, что за таким, как ты, можно хоть в огонь прыгнуть. Если бы ты засомневался, что ехать на келпи безопасно, то она осталась бы в доме и слуа ее убили бы. К тому же я убедился, что с тобой отправится хоть кто-то из ярткинов. Понимаю, ты зол, но… Еще раз прости.

Он виновато склонил голову.

До этого момента мне хотелось врезать ему от всей души, а сейчас резко отпустило.

Уильям поставил под удар не только военную операцию, но и судьбу всей Британии. Умри я от переохлаждения или свались с коня где-нибудь в речке на границе Шотландии и Англии, где меня никогда бы не нашли, армия осталась бы без командира. Фэйри не стали бы атаковать – они по своей излюбленной привычке спорили бы, кто примет руководство, пока охотники не отрубили бы им головы.

Но Уильям беспокоился о семье. Это было эгоистично, непредусмотрительно и крайне сомнительно в отношении методов, однако так по-человечески, что я мог его понять.

Я со вздохом отвернулся и устремил взгляд на строящиеся отряды.

– Уильям, будь это настоящая армия, тебя за такую выходку могли бы казнить. А будь на моем месте кто-то из королев фэйри, то они и вовсе привели бы приговор в исполнение прямо на месте, без суда.

– Джеймс… – растерянно начал Уильям.

– Оставайся возле корабля, – перебил я. – Это лучшее, что ты можешь сделать. И в следующий раз, очень прошу, ставь меня в известность обо всем. Вместе у нас выше шансы придумать, как спасти всех и при этом не угробить страну.

– Спасибо, – он низко поклонился, шмыгнув носом. – Спасибо, Джеймс. Хвала небесам, что ты не фэйри и не маг и что тебе известны обычные человеческие слабости…

По-моему, я всего лишь отдал ему разумный приказ. Но возможно, какая-то доля правды в его словах все же была.

Я не стал себе забивать этим голову. Нет гарантии, что следующий раз вообще будет. Сейчас главное – пережить эту ночь, а дальше уже разберемся.

– Выдвигаемся! – гаркнул я отрядам. – Разведчики – вперед! Нас больше не должны застать врасплох. Держим быстрый темп и не расслабляемся – первая победа за нами, но нас еще ждет бой с троллями, красными колпаками и самой Никневин!

И да поможет нам Бог.

Когда Джеймс, целый и невредимый, ворвался в зал, на меня нахлынули шок и облегчение.

За ними пришел стыд.

Никневин обвела меня вокруг пальца с помощью настолько элементарной уловки, что я, опытный маг, к тому же достаточно пообщавшийся с фэйри, должна была подумать о ней сразу. Мало того, я засомневалась в Джеймсе – человеке, который даже без магии мог перевернуть целый мир, и чуть не уничтожила все, чего он добился.

У меня больше не было права на ошибку.

Когда Глэдис наставила сопло огнетушителя на Никневин и оттуда вырвалась струя вонючей бурой жидкости, я отпрыгнула в сторону и еще раз ударила по старухе пламенем, чтобы отвлечь ее и запутать. Если от одного уклонится, так может, хоть второе по ней попадет…

Но Мать Зимы умела учиться на своих ошибках.

Перед ней мгновенно вырос ледяной щит, такой толстый и высокий, что он скорее напоминал стену. Поток жижи ударился о него и стек на пол, а мое заклинание лизнуло бок щита и погасло, не сумев пробить его и наполовину. Искры попали на жидкость и подожгли ее. Ангельский огонь тотчас взметнулся к потолку, и Никневин невольно отшатнулась от волны жара.

Увы, на старуху не попало ни капли горючей смеси, а жар не мог причинить ей никакого вреда.

Красноватые зубы старухи злобно скрипнули. Она сжала ладонь, и лютое пламя ангельского огня мгновенно превратилось в лед. Я даже не представляла себе, что так вообще может быть. Перед нами словно появилась искусно вырезанная ледяная статуя, в точности повторяющая языки огня.

Сердце упало. Я надеялась, что если чары не берут Никневин, то хотя бы ангельский огонь подточит ее силы. Однако идеальная структура магической защиты зала даже не дрогнула.

Как убить проклятую старуху? Должен же быть хоть какой-то способ!

Ее голос стал низким, гулким, словно исходил откуда-то из глубины пещеры, и при этом таким громким, что почти оглушал.

– Вы осмелились напасть на королеву зимы в самом сердце ее владений? Глупцы!

Она размашисто взмахнула костлявой рукой. По залу прошлась волна мороза. Глэдис, взвизгнув, отлетела в сторону, но стоявший рядом с ней Синий Колпак настолько быстрым не был.

Лед сковал его в мгновение ока, покрыв толстой коркой. Уже в следующий миг той же участи подвергся растерявшийся гоблин. Кат-ши грациозно отпрыгнул, но волна шла по всему залу и рано или поздно накроет всех…

Старичок ярткин в желтой шапочке вскинул руки. Воздух дрогнул, и нас окружил барьер, как будто состоящий из летнего тепла. Я могла бы поклясться, что почувствовала пьяный аромат летнего цветущего луга и ощутила порхание бабочек.

Волна мороза наткнулась на щит лета и тут же угасла. Ярткин усмехнулся.

– Не только ты, старая, знаешь хитрые трюки.

– Оливер! – хрипло каркнула она. – Убей его!

В ладони брата внезапно начала собираться тьма. Она стремительно приобретала форму огромного двуручного меча, какими в сказках орудовали злые рыцари.

Дома никто не учил Оливера сражаться, тем более настолько устаревшим оружием, которое обычно использовали всадники. Однако годы в Дикой охоте явно не прошли для него зря.

Черный клинок со свистом рассек воздух. Оливер удерживал его одной рукой, так легко, словно взмахивал кистью.

Ярткин охнул. Он не успевал отклониться, и его разрезало бы надвое, если