С мечты о небе. Книга 1. - Виталий Соколов

«Панель локальная, — сказал Сенсей, словно прочитав мои мысли. — Внешних каналов я не вижу, антенны на этом уровне мертвы. Данные останутся внутри системы. Риск есть, но небольшой».

«Чёрт его знает, что у неё внутри. Но дверь стоит того».

— Желаю, — ответил я вслух на том же языке.

Рядом с символом подсветилась площадка для большого пальца. Я прижал палец и почувствовал легкий укол, будто кожу проткнула игла, и тут же отдёрнул руку. Панель на мгновение погасла, потом вспыхнула зелёным, внутри двери негромко щёлкнуло, и тяжёлые створки разъехались.

— Идентификация завершена успешно. Доступ разрешён. Представитель рода Морифинвэ, дома Ночной Тени.

Я несколько секунд смотрел на открывшийся проход.

— Да твою же через коромысло! Рианор, какого Франкенштейна ты из меня слепил?

«Возможно, он довёл твой геном до профиля собственного рода, — осторожно предположил Сенсей. — Это объяснило бы и высокий процент соответствия, и то, что система признала тебя своим. Но это гипотеза, не факт».

Я стоял и пытался это переварить. Теперь я, выходит, чей-то наследник, и никто не спросил, согласен ли я на такое наследство. Слишком много случайных совпадений: аварийный набор со все необходимым, склад, в котором множество ценных предметов как по заказу, а теперь дверь, открывающаяся моим пальцем. Я не верил в совпадения такого масштаба ещё с тех пор, когда пошел в школу, и тем неприятнее было понимать, что кто-то мог всё это просчитать вперёд.

За дверью было светло. Мягкое тёплое освещение лилось с потолка, в воздухе стоял запах чистоты без привкуса ржавчины, а откуда-то из глубины доносился ровный гул вентиляции. Никакой пыли, никакой проросшей сквозь пол зелени, словно катастрофа обошла это место стороной. Вдоль стен тянулись шкафы и технические панели, в глубине виднелись двери, и после рыжих коридоров наверху у меня возникло странное чувство: я вышел из склепа в жилой дом.

— Здравствуйте, — произнёс тот же ровный голос. — Как я могу к вам обращаться?

— Ан Тип.

— Ан Тип Морифинвэ, приветствую вас в моём центре.

Я поморщился.

— Просто Ан Тип. Без Морифинвэ.

— Как пожелаете, Ан Тип.

— А ты сам кто?

Ответ пришёл не сразу.

— Я главный медицинский искин учебного центра для юных дарований. Собственного имени у меня нет, только служебный код.

— И давно ты сидишь тут без имени?

— С момента ввода центра в эксплуатацию. После катастрофы здесь не появлялся никто, обладающий необходимыми полномочиями.

— А у меня, значит, есть полномочия?

— Ваш генетический профиль соответствует представителю дома Ночной Тени. Уровень доступа позволяет пользоваться медицинским и жилым блоками, учебными помещениями и техническими ресурсами центра, по сути это собственность вашего рода.

Я подумал о пятидесяти годах одиночества в этом блоке, где никто не называл его по имени, и вспомнил свои семь месяцев в капсуле и время в палате, когда даже собственное отражение казалось чужим. Одиночество, как выяснилось, была бы одной из самых тяжёлых вещей на свете.

— Раз ты доктор, — сказал я, — нарекаю тебя Айболитом. Так зовут самого известного врача на планете, где я вырос.

— Имя принято. Благодарю, Ан Тип.

В голосе искина мне послышалось что-то, чего я не ожидал: тёплая, почти робкая радость.

— Не за что, Айболит. Сколько прошло с катастрофы? И который сейчас час?

— Местное время девятнадцать сорок две, сутки на Юнианне длятся двадцать шесть стандартных часов. С момента катастрофы прошло пятьдесят лет и четыре месяца. Около полугода назад датчики зафиксировали сильный удар в верхнем секторе, но внешние линии повреждены, и подробности мне недоступны.

«Сто восемьдесят шесть суток, — тихо сказал Сенсей. — Сходится».

Бот, подумал я. Он слышал, как мы упали, и ничего не мог об этом узнать. Я мысленно поблагодарил Рианора, что построил убежище, которое выдержало даже это, и тут же одёрнул себя, потому что благодарить его было не за что.

— Позвольте вопрос, юный господин, — продолжил Айболит. — По данным моих сенсоров, ваш биологический возраст составляет примерно тринадцать лет. Вы находитесь здесь один? Где ваши опекуны?

Я даже растерялся. Мне было шестьдесят с хвостиком, а сейчас меня собирался опекать медицинский искин детского центра.

— Опекунов нет. Я тут один.

— В таком случае эту обязанность временно возьму на себя я. И рекомендую полное обследование.

— Позже.

— Принято. Но я буду напоминать.

Я невольно улыбнулся. Он был как заботливая нянька, которую никто не нанимал.

— Юный господин вы упомянули, имя принца Рианора?

— Мне необходимо установить его статус. Последние сведения о нём отсутствуют. Если вы располагаете информацией, прошу сообщить.

Я вздохнул и рассказал. Не всё: о рынке рабов, о том, как меня купили, и об экспериментах над моим геномом я предпочёл промолчать, считая, что это не касается его работы. Рассказал, что Рианор погиб при падении спасательного бота, что я очнулся среди обломков, нашёл его тело и, не зная местных обычаев, хотел похоронить, как принято на планете, где я проживал последние годы.

Айболит какое-то время молчал, и лампы на потолке на секунду потеряли яркость, как будто искин сделал вдох.

— Благодарю за сведения. Прошу минуту на обновление реестра: последний представитель дома, зарегистрированный в центре, Рианор Морифинвэ. Статус: умер. Пауза. Позвольте уточнить: захоронение не соответствует традициям рода. Тела умерших представителей дома Ночной Тени уничтожают плазмой, а пепел развеивают над Юнианной. Окончательное решение за вами, как за представителем рода.

Вот это мне понравилось: никакого давления, только информация и право решать самому. Но внутри что-то дёрнулось. Я видел слишком много расставаний за последние месяцы, чтобы так просто отдать ещё одно огню: накрытое лоскутом лицо, мои неловкие слова на кушетке, цепочка с пустой оправой, которую я так и оставил у него на груди. Но Рианор был аграфом, и если у его народа существовал свой обряд, его стоило соблюсти.

— Ладно, — сказал я наконец. — Пусть будет по традиции. Только я хочу присутствовать. И взять на память цепочку с оправой.

— Цепочка не содержит биологических материалов, ограничений нет. Я направлю дроида за телом, гравитационные носилки доставят его сюда. Присутствие допускается.

— Хорошо. Без лишней суеты.

— Разумеется.

Я оглядел блок ещё раз и заговорил о другом.

— Айболит, мне нужно перенести сюда вещи и оборудование из соседнего зала. Стеллажи с имуществом, которое я собрал, и реаниматор.

— Я направлю транспортных дроидов. Всё будет размещено в свободном техническом помещении, если вы не укажете иное.

— Два часа, — пробормотал я. — Я сортировал эти вещи два часа, а тебе хватит одного приказа.

— Я могу выполнить его быстрее, юный господин, но не вижу смысла снимать с