С мечты о небе. Книга 1. - Виталий Соколов
Следом нашлись два запасных источника питания размером с небольшую книгу и сложенная сегментами зарядная панель. Я разложил её на полу, и она раскрылась почти вдвое, превратившись в плоскую конструкцию с шарнирами.
«Солнечная панель. При достаточном освещении заряжает совместимые источники».
«Значит, у нас есть палатка, еда и возможность заряжать оборудование. Осталось найти место, где нас никто не попытается съесть».
«Защитный комплекс должен снизить вероятность нежелательных встреч».
Внутри лежал рюкзак: не мягкий мешок, а складная рамная конструкция с регулируемыми лямками, мягкой спинкой и множеством отсеков. Я примерил его и почувствовал, как вес тянет меня назад, а лямки, рассчитанные на взрослые плечи, медленно сползают вниз.
«Двадцать два килограмма с текущей загрузкой».
Я прикинул в уме. Мой вес сейчас сорок с небольшим, а допустимая нагрузка для нормально подготовленного человека около тридцати процентов от массы тела. Двенадцать килограммов, не больше, а у меня почти вдвое больше. Пришлось выкладывать: второй комбез, две запасные аптечки, один из источников питания, половину брикета с приправой. Осталось около четырнадцати килограммов, и это было терпимо. Вещи легли по отсекам: пайки и посуду вниз, источник питания ближе к спине, зарядную панель в боковой карман; место для палатки и прочих находок я оставил свободным.
Но Сенсей ещё не закончил.
«Остался защитный комплекс „Периметр-7П“. Планетарная система седьмого поколения».
В плоском футляре лежали восемь небольших устройств, похожих на короткие металлические штыри с основанием, сенсорными элементами и складными опорами.
«Автономные выносные датчики. Устанавливаются по периметру лагеря, сканируют местность и объединяют данные в общую картину на расстоянии до двух километров. Эффективность зависит от рельефа, растительности и погоды».
«Два километра для таких крох?»
«Размер не определяет дальность. При обнаружении животного ближе двухсот метров комплекс включает звуковое и вибрационное воздействие, чтобы отпугнуть и предупредить тебя. Признаки разумных существ он тоже классифицирует, но автоматически на них не воздействует».
«То есть зубастое не подберётся к нам незаметно, и мы узнаем, если появится кто-то разумный».
«Если датчики правильно размещены».
«Сенсей, ты когда-нибудь пробовал просто сказать: „Да, Ан Тип, это полезная вещь“?»
«Да, Ан Тип, это полезная вещь».
Я замер.
«Вот видишь. Можешь же».
«Но это не отменяет ограничений, о которых я сообщил».
«Идиллия продержалась почти три секунды».
Я рассмеялся и сложил датчики в отдельный отсек рюкзака: восемь штук, по одному на каждую сторону будущего лагеря, с запасом на случай поломки. Снаряжение складывалось в систему: еда, вода, укрытие, аптечка, питание, оружие, наблюдение. Полноценной базы ещё не было, но для человека, который недавно очнулся среди обломков чужого корабля, это был более чем приличный набор. Пока я искал, чего не хватает, пришло в голову, что и реаниматор, и аварийный комплект, и сам разрушенный зал оказались мне ко двору, как будто удача сама позаботилась о моём выживании.
«Похоже, конструкторы о нас думали».
«В определённых пределах».
«И снова ты за своё».
«Я последователен».
«А я понимаю, почему назвал тебя Сенсеем. Не потому, что ты всё знаешь, а потому, что даже хорошую новость превращаешь в урок».
«Рад, что ты усвоил материал».
Я застегнул рюкзак и закинул его на плечи, потом проверил «Кречет» на бедре и вибронож на поясе. Надо было устроить здесь лагерь, а потом идти на разведку, но странное ощущение не давало сосредоточиться: будто за мной всё время наблюдают. Я стянул с шеи очки и надел их, потом поднял голову к колодцу.
Усиление света превратило серую полосу над головой в чёткое пятно, а за его краем виднелись обломки перекрытий и тёмные провалы. Тепловизор показал только холодный синий камень. И вот там, где свет переходил в тьму, что-то двигалось. Я успел увидеть только длинный изгиб, похожий на хребет, и серебристую искру там, где мог быть глаз, а потом край пролома опустел, как будто никого и не было.
Я не выдохнул. Пальцы сжали рукоять «Кречета», и я заметил это только через секунду.
«Спокойнее, Ан Тип. Мы всё сделаем для выживания», — тихо сказал Сенсей.
Глава 13. Чужие уроки
Тень в колодце не вернулась. Я простоял минут пять, не снимая руки с рукояти «Кречета», и дважды переключил очки с усиления света на тепловизор и обратно. Наверху оставался только холодный синий камень да серая полоса неба, в которой сквозняк лениво шевелил пыль. Либо зверь ушёл, либо затаился, и гадать, какой вариант хуже, можно было до самого вечера.
«Я зафиксировал одну тепловую отметку, и та исчезла раньше, чем ты навёл очки, — сообщил Сенсей. — Размеры оценить не удалось».
сигналило радиус.
«В завалах эффективная дальность около двухсот-трёхсот метров, — уточнил он. — Два километра возможны только на открытой местности. Звуковой отпугиватель сработает, если крупное животное подойдёт ближе двухсот».
Теперь можно было заняться делом. Вокруг бронекапсулы громоздилось столько хлама, что до стены не добраться, не наступив на очередной обломок: повреждённые кофры, расколотые короба, смятые контейнеры, куски обшивки, непонятные металлические детали. Всё это пришлось оттаскивать, а тяжесть оказалась коварной. Руки вроде бы слушались, но уже после нескольких кофров я поймал себя на том, что дышу как после забега, а в плечах поселилась мелкая противная дрожь.
«Нагрузка превышает привычный для тебя уровень, — заметил Сенсей. — Могу предложить комплекс упражнений для постепенной адаптации».
«Не надо. У меня свой комплекс. Называется "разобрать этот бардак, пока он не разобрал меня"».
Сенсей благоразумно промолчал. Тяжести я таскал по науке, потому что в моём нынешнем теле грубая сила была плохим союзником. Из завала торчал кусок арматуры в полтора метра, и вышел из него вполне приличный лом. Обрезки труб превратились в катки, широкая панель обшивки в пандус, и самые громоздкие кофры поехали вдоль стены, как на конвейере. Я прикидывал плечо рычага и угол наклона, Сенсей называл веса, и работа сразу пошла веселее.
Когда ближайшая к капсуле стена освободилась, я занялся стеллажами. Большинство были погнуты или завалены, но несколько стояли крепко. Я вытащил их из кучи, проверил крепления и выстроил вдоль стены подобие складского участка. Правило сортировки установил простое: целое и потенциально полезное на стеллажи, повреждённое и подозрительное в дальний угол, где постепенно росла гора металлолома. Сенсей читал мне маркировки, я выбирал, и мы работали как два клерка в очень странном архиве.
Сначала казалось, что в кофрах лежат обычные технические детали, но чем дальше я читал надписи, тем яснее становилось, что здесь хранились учебные пособия, причём для начальных или средних ступеней образования, если я