С мечты о небе. Книга 1. - Виталий Соколов
«Ан Тип, — бесстрастно произнёс Сенсей, — предлагаю вернуться к инвентаризации».
«Дай человеку порадоваться. День и без того не задался».
«Рекомендую радоваться после того, как мы убедимся, что есть всё необходимое для выживания».
«Вот за это я тебя и ценю. Всегда знаешь, как испортить момент».
Я как раз потянулся к кофру узнать что там еще ценного и полезного, когда браслет коротко вибрировал.
«Ан Тип, датчики фиксируют звук на пределе слышимости. Сверху, из колодца. Что-то царапает металл, и ритм не похож на ветер».
Я замер, вслушиваясь в пустоту. Свет в проломе дрогнул: на секунду что-то заслонило его и ушло. А я так и стоял слушая ветер играющий в проломе.
Глава 12. Всё ко двору
Звук не повторился. Я простоял минуту, не шевелясь, пока слух не начал ловить собственный пульс вместо чужих шорохов, а свет в проломе остался ровным и серым, словно его ничто и не заслоняло. Из колодца тянуло пылью, и в тихом свисте сквозняка не было слышно подозрительных звуков.
«Источник не определён, — сказал Сенсей. — Предлагаю продолжать, но без лишнего шума».
«Умеешь же ты успокоить».
Я вернулся к контейнеру и присел. Руки всё ещё мелко дрожали, то ли от голода, то ли от того, что в каждом шорохе мне теперь мерещился кто-то зубастый.
«Тактические ботинки, перчатки и защитные очки с оптическим увеличением и усилением слабого света, — перечислил Сенсей. — Всё исправно, по крайней мере согласно диагностике».
«Уже интереснее».
Я вытащил очки и повертел в руках. На первый взгляд ничего особенного: тёмная оправа, широкие дужки, мягкие уплотнители, несколько сенсорных площадок и разъём на внутренней стороне дужки, ни кнопок, ни переключателей. Я надел их, оправа мягко обхватила голову, и изображение на миг потемнело, а потом вернулось к нормальной яркости.
«Сопряжение установлено. Доступны оптическое увеличение, цифровое масштабирование, усиление слабого света, тепловизор и вывод служебной информации. Управление через нейроком: выбери объект взглядом и подтверди мысленно».
Я обвёл взглядом зал, обломки и погнутые панели и остановился на разбитом контейнере в дальнем углу. Мысленно выделил его, и контейнер прыгнул навстречу, сперва чуть-чуть, потом сильнее, пока не оказался в нескольких шагах: вмятины на корпусе, следы коррозии, остатки выцветшей маркировки. Буквы были мелкими, но я прочитал их без усилия: «Учебное пособие № 374. Скелет юнианнского крогла».
Читал я на аграфском. Ещё недавно эти завитки казались мне закорючками, а теперь складывались в слова так же легко, как русские. Планета три тысячи лет принадлежала Дому Ночной Тени, и учебные пособия здесь, разумеется, подписывали на языке хозяев.
«Крогл?»
«Вероятно, название местного животного. В моих базах недостаточно сведений, чтобы определить вид».
Рядом с контейнером и правда белел скелет: длинный позвоночник, массивный череп, мощные челюсти, вытянутые рёбра. Размером он был с хорошего быка. Если пособие учебное, значит, зверь настоящий и где-то снаружи, возможно, ходят его живые родственники.
«Надеюсь, этот давно никого не ест».
«Скелет признаков активности не проявляет».
«Благодарю. Именно это мне и хотелось услышать про зубастого покойника».
Я переключил режим. Усиление света вытащило зал из полутьмы: серая зернистая картинка с резкими тенями, в которой проступили даже углы, куда не доставал свет из пролома. Тепловизор оказался эффектнее: мир стал густо-синим, мои ладони горели жёлтым, а реаниматор и накрытый тканью Рианор растворились в холоде стен, как вещи, давно ставшие частью здания.
«С такими очками можно осматривать помещения, не таская фонарь».
«Пока хватает заряда. И они не делают тебя всевидящим: стена остаётся стеной».
«А я уже собирался смотреть сквозь неё».
«Для этого нужно оборудование другого класса».
«Жаль. Было бы удобно».
Я повесил очки на шею и взялся за ботинки. Массивные, с усиленными носками, плотной подошвой и гибкими вставками на сгибах, они были мне заметно велики, и стопы болтались в них, как в вёдрах.
«Размер не подходит».
«Не спеши. Активируй подгонку».
Мысленная команда и внутри что-то шевельнулось: материал обхватил ступни, убрал лишний объём и зафиксировал голеностоп. Я встал, топнул раз-другой, и ботинки сели как влитые. Когда я выпрямился, нижние края комбеза ожили: ткань стянулась вокруг голеней и срослась с верхом ботинок так, что не осталось ни щели.
«Класс!»
«Герметичное сопряжение снижает риск попадания пыли и мелких частиц. Полноценной защитой от аэрозолей костюм не будет».
«Ты умеешь испортить даже самое приятное открытие».
«Я умею отличать подтверждённое от предполагаемого».
Перчатки оказались без пальцев, и я уже собирался отложить их, но Сенсей объяснил, что такая конструкция рассчитана на работу с интерфейсом костюма. Я надел их, и материал подстроился под руки, облегая ладони и оставляя кончики пальцев открытыми, а над костяшками легли жёсткие накладки. Я сжал кулаки, разжал, согнул кисти: ничего не мешало.
«Защита кистей и фиксация запястий. Заменой бронеперчаткам не являются».
«Понял, понял. Не проверять на прочность собственной головой».
Чем дальше я разбирал контейнер, тем сильнее он мне нравился: здесь лежало то, что действительно пригодится после аварии, а не набор для красивого отчёта. Кто-то, проектировавший комплект, понимал, что человеку с минимальными знаниями о планете нужны простейшие вещи.
Следом нашлась палатка, компактный свёрток из армированной ткани в герметичном чехле.
«Автономный модуль укрытия, — пояснил Сенсей. — Каркас, оболочка, фильтрация воздуха, обогреватель. Рассчитан на одного-двух человек».
«То есть можно переждать непогоду и не ночевать под открытым небом».
«Если площадка подходит, а фильтр справляется с местной атмосферой».
«У тебя талант превращать любую хорошую новость в список условий».
«Условия обычно и отделяют хорошую новость от плохой».
Спорить с этим было трудно.
В узком креплении на внутренней стороне контейнера лежал нож в плотных ножнах. Рукоять была удобной, с противоскользящими накладками; на ножнах имелись крепления для пояса. По подсказке Сенсея я активировал клинок, и по металлу пробежала едва заметная вибрация. Я подобрал с пола обломок пластопанели толщиной с палец и, помня про тишину, провёл по нему лезвием. Вибрация отозвалась в ладони тонкой дрожью, и пластик разошёлся, как масло, без хруста и скрипа.
«Вибронож. Десантный вариант. При контакте с твёрдой поверхностью вибрация увеличивает нагрузку на кромку».
«Полезная вещь».
Я закрепил нож на поясе, и он лёг на место так естественно, будто я пользовался им всю жизнь. Конструкторы, видимо, и добивались этого: чтобы в нужный момент не приходилось вспоминать его место на обмундировании.
Но настоящий сюрприз ждал в следующем отделении. Там