Окончание кровавой весны 91-го - Алексей Шумилов

— Дяденька, пожалуйста, не заставляйте меня делать это, — лицо пацана страдальчески скривилось.

— Я ещё маленький, мне недавно двенадцать исполнилось. Не надо, пожалуйста, у вас взрослые тети есть, к ним идите, не нужно ко мне приставать, я всё маме расскажу, — плаксиво заканючил пацан.

— What is he saying?? — шотландец вопросительно глянул на дипломата.

Тот покорно перевел.

Улыбки медленно сползли с лиц американцев. Иностранцы насторожились, напряглись, взгляды стали подозрительными. Делегация замерла на ступеньках, внимательно наблюдая за происходящим и ловя каждое слово.

— Да что ты несешь, сопляк? — побагровевший Лесин, быстро глянув на американцев и нацеленные камеры, отпустил пацана, даже оттолкнул его от себя подальше. — Вали отсюда!

Ушлый ребенок рванул прочь, выкрикнув на ходу:

— Все равно всё мамке расскажу! Будешь знать, как к детям приставать!

Переводчица молчала, не зная, как поступить.

Сенатор и бизнесмен вопросительно глянули на дипломата. Тот вздохнул и перевел вопли паренька.

Тем временем, дверца «УАЗа» распахнулась, наружу выпрыгнул старшина, проводил взглядом улепетывающего со всех ног подростка, вопросительно глянул на первого секретаря.

Американцы с брезгливым интересом наблюдали за Лесиным. Камеры нацелились на милиционера, фиксируя каждое движение. Владимир Петрович едва заметно качнул головой, старшина послушно залез обратно и захлопнул дверцу.

Красный как рак Лесин быстро дошел до машины, уселся рядом с водителем. От души, срывая злость, хлопнул дверью. Черная «волга» выстрелила из выхлопной трубы клубом черного дыма и покатила прочь. За ней уехала «восьмерка» главного комсомольца и милицейский «УАЗ».

Американские гости проводили уезжающие машины взглядами, повернулись к Горовому.

— Господа, вы что-то хотели спросить? — на безупречном английском поинтересовался Сергей Дмитриевич.

— И что это, черт подери, было? — рявкнул Мак-Намара. — Почему ребенок орал, что он ещё маленький и обещал пожаловаться маме? Ваш мэр пристает к детям? Что ему понадобилось от мальчика? Он педофил?

— Ну что вы, нет, конечно, какой педофил, — нехотя ответил Горовой с таким кислым вымученным выражением лица, что всем стало всё ясно.

Мак-Намара продолжал прожигать владельца кабельного телевидения требовательным взглядом. Горовой удрученно вздохнул и виновато отвел глаза.

«Вот артист», — восхищенно отметил Романов, наблюдающий за начальником. — «Как естественно играет, с душой. Весь вкладывается в эти фразы. И ведь не придраться, ни слова не соврал, отрицает, но так, что все понимают, Лесин, точно, педофил».

— Хотя ходят разные слухи, — с трагическими нотками, глядя в сторону, выдавил Сергей Дмитриевич.

Американцы скривились. Мак-Намара презрительно фыркнул, приготовился сплюнуть, но в последний момент вспомнил, где находится и героическим усилием удержался. Сенатор Аслин брезгливо поморщился. Репортеры оживленно водили объективами камер, захватывая лица соотечественников, Горового и Романова.

— Но я им, конечно же, не верю, — торопливо добавил владелец канала. — Врут, гады. Наверно.

Лица американцев помрачнели ещё больше.

Сергей Дмитриевич помолчал пару секунд, посторонился, освобождая проход, махнул рукой, приглашая пройти, и предложил:

— Давайте забудем об этом прискорбном инциденте и перейдем к делу. Проходите, пожалуйста, в здание, я готов всё показать, познакомить с коллективом.

Уже в холле Горовой добавил:

— Сначала будет небольшая экскурсия по нашей телекомпании, покажем студию, монтажную, расскажем, как мы работаем, что снимаем. Затем перейдем в буфет, там уже накрыт стол. После небольшого фуршета, продолжим общение в моем кабинете. Прошу вас, джентльмены!

* * *

Всю дорогу Лесин сидел с мрачным видом. Водитель изредка поглядывал на него.

Только когда черная «волга» остановилась перед горисполкомом, Василий отважился спросить:

— Шеф, я не понял, что у вас с этим щенком произошло? Он так орал, будто его резали.

— Ничего, — буркнул Владимир Петрович. — Твоё дело за баранкой сидеть, с этим я как-нибудь сам разберусь, но не сейчас, а когда американцы обратно уедут.

— Как скажете, — пожал плечами водитель.

— Иди, пожри, чего-нибудь, разомнись, — распорядился первый секретарь. — Без пятнадцати час к Верке, как обычно поедем. Там будешь сидеть в машине, глядеть по сторонам. Не хватало ещё, чтобы опять колесо и крыло обосссали, нам ещё на встречу к американцам ехать.

— Не волнуйтесь, шеф, на этот раз я никуда не пойду, — клятвенно пообещал Вася. — Если какая-то зараза только штаны расстегнет, голову оторву!

— Смотри у меня, — погрозил пальцем Лесин.

Пока шеф сидел у себя, Вася успел поесть в столовой горисполкома, перекурить с другими водителями, и задремать, развалясь на водительском сиденье. Разбудил его настойчивый стук в окошко. Водитель открыл мутные сонные глаза, глянул на источник звука, сразу перегнулся к пассажирскому сиденью и открыл дверь.

— Отдохнул? — спросил немного подобревший Лесин. — Поехали к Верке, время уже поджимает.

Василий кивнул, повернул ключ, запуская зажигание, и через пару секунд тронул машину с места. Всю дорогу Лесин молчал, думая о своем. Только когда машина заехала в арку и стала возле знакомого подъезда, повернулся к водителю:

— Помни, что я сказал. Сиди и никуда не выходи. Если машиной что-то случиться, уволю с волчьим билетом.

— Шеф, все будет нормально. Я отсюда — никуда, — заверил водитель.

Владимир Петрович глянул искоса, недоверчиво хмыкнул и вылез из машины…

Приблизительно в то же время, беседующий с американцами, Горовой незаметно глянул на часы.

— Джентльмены, предлагаю сделать перерыв и пройтись по городу. Здесь в центре много исторических зданий, замечательных красивых мест и достопримечательностей, — заявил он. — Вам будет интересно это посмотреть и снять для своего фильма. Я со своей стороны тоже возьму своих сотрудников с камерами. Наша компания собирается сделать репортаж о приезде высоких американских гостей и взять у вас интервью, если вы не будете против.

А почему мы должны быть против? — улыбнулся сенатор Аслин. — Вы больше не империя зла, наши страны сближаются. С удовольствием пообщаемся с вашими журналистами…

Как только шеф скрылся в подъезде, Василий обвел взглядом пустой двор, расслабился и откинулся на сиденье. Так и сидел минут сорок, периодически посматривая по сторонам.

Вышедший из арки русоволосый подросток лет четырнадцати заставил его немного напрячься. Пацан огляделся, и уверенным шагом направился к машине. Водитель насторожился.

Подросток постучал пальцем по стеклу. Василий покрутил ручку, открывая окно, глянул недовольно.

— Чего тебе?

— Дядь, сигарету дай, — попросил подросток. — Так затянуться хочется, никаких сил нет.

— Подрасти сначала,