Шоколад, ложь и алиби - Моргана Бест
– Когда вы видели его в последний раз?
– Ещё в школе, – ответила я.
– И у меня тоже, – добавила Летти.
Оба детектива поднялись.
– Пока это всё. Но если что-то вспомните, пожалуйста, свяжитесь с нами. Я закрыла за ними дверь и прислонилась к ней спиной.
– По крайней мере, похоже, в этом убийстве они меня не подозревают, – сказала я Летти.
– И на том спасибо, – отозвалась Летти. – Думаю, в их глазах все из нашей школы под подозрением. Не хочу тебя пугать, Нарел, но мне уже становится по-настоящему страшно. Похоже, в городе орудует серийный убийца, который охотится на наших бывших одноклассников.
– Только на «Популярных», – возразила я. – Я правда думаю, что убийца – кто-то, кого они травили.
Летти задумалась.
– Ты ведь понимаешь, что нам теперь придётся сделать?
У меня появилось скверное предчувствие.
– Что?
– Тебе придётся пойти на встречу выпускников.
– Нет! – запротестовала я. – Пожалуйста, не заставляй! Тогда все узнают, кем я была раньше.
– Но ты и есть ты, – Летти, похоже, не поняла моего возмущения.
– Но сейчас я – новая я! – сказала я. – Не хочу, чтобы они знали, какой я была прежде.
Летти покачала головой.
– Нарел, ты несёшь какую-то чушь. Пойдём лучше позавтракаем.
– Тебе разве не надо сегодня на работу?
– На сегодня впечатлений мне уже с лихвой хватило, – сказала Летти. – К тому же нам надо составить план на встречу выпускников.
– Я не пойду, – твёрдо сказала я. – И точка!
Летти лишь усмехнулась.
Глава 11
На мне было переливчатое платье цвета горького шоколада – подарок от Летти, щедрый и совсем не в моём стиле; раньше я и представить себя в таком не могла. Оно было коротким и по фигуре, и, как справедливо заметила Летти, смотрелось превосходно. А вот каблуки обернулись моим заклятым врагом. Тоже подарок Летти, они заставили меня держаться за её руку, чтобы не потерять равновесие.
– Как тебе вообще удалось уговорить меня сюда прийти? – спросила я, слегка покачнувшись.
Летти самодовольно улыбнулась:
– Не понимаю, чего ты боишься, Нарел. Школа была сто лет назад. Эти люди больше не властны над тобой.
– Ты не видела Люсинду и Мэнди на днях! – возразила я. – Они были просто ужасны…
– Тсс, – оборвала меня Летти. – Они стоят прямо там. Я нервно огляделась, но Летти потащила меня к бару. Несмотря на мои протесты, она заказала мне коктейль – я-то больше по вину. Всё же за стойкой, обозревая зал, я и правда немного успокоилась.
Полумрак оказался мне на руку. Зал недавно отремонтировали: пышные бархатные портьеры, стены в оттенках между фиолетовым и тёмно-синим, красивая паркетная доска, та же тёплая древесина уходила и на потолок. Получалось довольно эффектно, хотя старомодные потолочные вентиляторы с допотопными плафонами смотрелись здесь не к месту.
– А если кто-нибудь меня узнает? – спросила я тревожно.
Летти пожала плечами:
– Справишься, Нарел. Ты теперь уверенная в себе женщина. Я не удержалась и хихикнула – слишком уж ироничной была ситуация. Я обвела зал взглядом, пытаясь узнать лица. Люсинда с Мэнди почти не изменились со школьных времён, их я бы узнала и без недавней встречи. А вот остальных узнать не смогла.
Сам бар был довольно уютный: на одном конце слегка подвявший горшок с растением и рядом серебряный поднос. На доске в рамке мелом выписаны коктейли: Строуберри Филдс, Мохито, Сангрия, Манхэттен.
– Убийца, скорее всего, тоже здесь сегодня, – невозмутимо заметила Летти. Я испепелила её взглядом.
– Это должно меня успокоить?
– Просто будь начеку, Нарел. Приглядимся к подозреваемым, потом вернёмся домой и допишем их имена на нашу белую доску.
– Захватывающе, – сказала я с сарказмом.
Летти уже собиралась ответить, но тут появилась Люсинда Шо-Смайт и прервала нас.
– Кого я вижу – Летти Смит! – проговорила она нарочито гадким тоном. – Неужели ты наконец обзавелась подругой? Я набрала побольше воздуха, заранее ужасаясь тому, как отреагирует Люсинда, когда узнает, кто я. Прежде чем я успела открыть рот, Люсинда наклонилась вперёд и в упор меня разглядела.
– О, здравствуйте. Это вы открываете ту милую лавочку?
– Шоколадную, – поправила я, нервно схватившись за живот.
Она сморщила нос.
– Как давно вы знакомы с Летти?
– Почти всю жизнь, – сказала я. – Ты меня не узнаёшь, Люсинда? Я Нарел Майерс.
Люсинда рассмеялась – тем самым визгливым, до боли знакомым со школы смешком:
– Не знаю, кто вы на самом деле, но зачем изображать эту особу – ума не приложу.
Я встала с барного табурета и взглянула ей прямо в лицо.
– Это нехорошо, Люсинда. Я и есть Нарел.
– Да, она и есть, – твёрдо сказала Летти.
Люсинда отшатнулась, будто привидение увидела. Уверена, при всём желании она не смогла бы удивиться сильнее.
Наконец она выдавила:
– Нарел? Ты делала пластику?
– Да. Хочешь контакт моего пластического хирурга? – с намеренной язвительностью спросила я, ожидая, что её это заденет.
Её ответ меня совершенно ошарашил.
– Спасибо! – искренне обрадовалась она. – Вот моя карточка. Пришлёшь мне информацию на почту?
– Э-э… ну, конечно, – пробормотала я. Краем глаза я видела, как Летти чуть не складывалась пополам от смеха.
Люсинда ещё секунду таращилась на меня, потом взялась за старое:
– У тебя интересный цвет платья, Нарел. Ты его выбрала потому, что он напомнил тебе о шоколаде? Я пыталась сострить, но ничего путного так и не придумала.
Она продолжила с нескрываемой злобой:
– Платье ровно того же жуткого коричневого цвета, в каком Гамильтон щеголял, когда умер, – и чем это кончилось, ты и сама знаешь! Вряд ли ты захочешь повторить его судьбу. Пора бы понять, что шоколад тебе не на пользу, а в этом цвете у тебя совершенно землистый вид.
Сделав это прелестное замечание, Люсинда поспешила прочь.
– Всё та же штучка, – заметила Летти. Она кивнула туда, куда ушла Люсинда. Та уже ухватила Мэнди под руку и тыкала в мою сторону. Мэнди таращилась на меня, разинув рот. Заметив мой взгляд, они тут же отвернулись, прыская и перешёптываясь заговорщически.
– Всё оказалось так ужасно, как ты ожидала? – спросила Летти. Я перевела дух.
– Нет, к счастью, обошлось. Но она ведь всего одна из «Популярных». Подожди, вот остальные подтянутся!
– Думаю, «Популярных» осталось немного, – мрачно сказала Летти, – после всех этих убийств-то.
– Сейчас я других не вижу, да и всех не помню. – Я кивнула в сторону танцующих. – Вон тех женщин я узнаю, а вот мужчин – ни одного.
– По-моему, мужчины иногда меняются куда сильнее, – заметила Летти. – Взять хотя бы актёра из «Гарри Поттера» – теперь его и не узнать. Некоторые мальчишки из школы, повзрослев, совершенно преображаются.
– Пожалуй, верно. – Я ещё раз оглядела зал. – Подожди, того мужчину я узнаю.
Летти проследила за моим взглядом.
– Ага, Уэйн Сайдботтом. Он, между прочим, вернулся в город. Купил винодельню неподалёку.
– Правда? Молодец. Над ним ведь в школе сильно издевались.
Стоило мне это сказать, мы с Летти многозначительно переглянулись.
– Новый подозреваемый номер один, – тихо произнесла Летти. Я пригляделась к Уэйну. Он уставился в бокал, но вдруг поднял голову и метнул в сторону Люсинды и Мэнди по-настоящему ядовитый взгляд.
В этот момент Люсинда подошла к стене с огромным экраном. Взяла микрофон, постучала по нему – раздался жуткий визг.
– Все сюда! – объявила она.
Народ нехотя обратил внимание и потянулся к экрану.
– Добро пожаловать на