Кровавый Монарх. Том 1 - Дмитрий Веребов

Артём кинул один из своих запасных клинков в меня. Бросок был рассчитан точно: он явно ожидал, что я уклонюсь, и меч пролетит мимо, а подхватит его на лету Агрис, уже вооружившись для второй волны атаки.

Я перехватил меч в полёте — пальцы сомкнулись на рукояти прежде, чем клинок успел развернуться, — и отправил его обратно, тем же движением, без паузы. Артём уклонился, едва успев отвести плечо, и металл прошёл в сантиметре от его уха.

— Довольно, — сказал я и достал свой клинок.

Оба рванули в мою сторону одновременно, с двух направлений, пытаясь зажать меня в клещи — тактика, которую они явно оттачивали заранее именно для такого случая.

Как только они оказались в моём поле досягаемости, меч пропал из моих рук. Исчез, растворился в воздухе — не брошен, не потерян, а просто перестал быть нужен. Лучшее оружие — то, которое не видел твой враг.

Из груди и спины вылетели небольшие ракеты — короткие, почти бесшумные, похожие скорее на вспышки света, чем на оружие. Они ударили в обоих одновременно и отправили нападавших на землю мощным толчком, не нанеся никаких увечий: ни ожогов, ни ран, только грубую силу, швырнувшую их обратно на камень.

Я быстрым движением коснулся каждого из них мечом — лёгкое касание клинком к горлу, формальность, которая в любой другой схватке означала бы смерть, а здесь означала только одно слово.

— Проиграли, — сказал я довольно раздражённым голосом.

Я вернулся обратно сразу же, как бойцы встали на ноги.

Портал выплюнул меня в коридоре жилого крыла — том самом, где тишина была густой и домашней, без единого отголоска полигона. Я прошёл мимо дверей, за которыми спали мои люди, мимо старых доспехов, выставленных вдоль стен как трофеи чужих войн, и наконец дошёл до комнаты Кристины. Рука уже тянулась к ручке, и впервые за долгое время внутри что-то расслаблялось — не до конца, но достаточно, чтобы вспомнить, каково это, когда тебя ждут не как оружие, а просто так.

И как на зло заговорила Элли.

— Лёш, у нас заканчиваются материалы. Отправить солдат на захват? — сказала она прямо в ухо, будто считала, что момент самый подходящий.

Я тяжело вздохнул. Моя рука почти коснулась ручки двери. Она зависла в паре сантиметров от неё, и в комнате слышалась лишь тишина — не тревожная, а спокойная, та самая, которая бывает, когда человек просто существует, не ожидая ничего плохого. Кристина явно не была занята, и именно в такой момент меня всё отрывают от неё.

— Много? — спросил я, убрав руку от дверной ручки.

Пальцы сжались в кулак сами собой — не от злости на Элли, а от усталости от самого факта, что покой не может продлиться больше пяти минут.

— Около двадцати трёх процентов от общего количества, — ответила она.

Цифра не была катастрофической, но и не была мелочью, которую можно отложить до утра. Материалы — это не абстракция, это щиты на доме, патроны для теневых солдат, топливо для порталов. Без них всё, что я построил, медленно начинает ржаветь.

— Я сам. Другие миры уже давно не слышали про Кровавого Монарха, — ответил я.

В этих словах было больше, чем простое решение лично заняться добычей. Мне нужно было напоминание — не им, мне самому — что я всё ещё способен на что-то, кроме проигранных спарринговых боёв и разговоров с искусственным интеллектом в закрытой машине.

— Ты уверен? — уточнила Элли.

— Вполне, — сказал я. — Куда нам нужно?

— Самое безопасное место — это планета КК23, почти безжизненная планета. Территория, где находится наш материал, огромная. Ресурсов хватит с лихвой, но время затратится много — около суток, — сказала она.

Сутки. Целые сутки вдалеке от дома, от Кристины, от этой самой двери, у которой я только что стоял. Я прикинул это время в голове и понял, что оно слишком дорогое для простой добычи сырья.

— Долго. Давай самый быстрый способ, — сказал я, отойдя от двери в комнату Кристины.

Шаг назад по коридору дался тяжелее, чем любой удар на тренировке. Но дом подождёт, а материалы — не бесконечны.

— Самый быстрый — планета ГК37. На планете идёт война, и если вмешаться, то мы завладеем всем необходимым, и на всё про всё уйдёт не более часа.

— Ну давай начнём с того, какое там количество и вооружение?

— Общая численность всех армий того мира — около десяти миллионов солдат. Вооружение примитивного уровня, примерно двадцатый век твоей Земли.

Десять миллионов звучало внушительно для любого нормального военачальника. Для меня это была просто цифра — ни больше, ни меньше значимая, чем количество капель дождя за окном.

Я, не дослушав информацию, открыл портал и вместе с парой танков попал в новый мир.

Переход ощущался как удар холодного воздуха в лицо — резкий перепад давления, смена гравитации, и вот я уже стою на чужой земле, а за спиной выгружаются из портала боевые машины, рыча двигателями.

Грязь и сырость встретили меня. Небо было низким, тяжёлым, пропитанным дымом сгоревшего пороха и чего-то химического, что явно не относилось к естественной атмосфере планеты. В небе открылись порталы, из которых вылетели орды дронов — десятки, сотни маленьких механических силуэтов, рассекающих воздух с механическим гулом. Они зачистили половину необходимой мне территории за считанные минуты, расчищая путь не через бой, а через саму логику пространства — убирая всё, что могло стать помехой.

Я же сел на верхнюю башню танка, и мы поехали вперёд. Броня под ногами гудела от движения гусениц, грязь летела в стороны мокрыми комьями, оседая на корпусе машины тёмными разводами. Вся дорога заняла около пятнадцати минут. Вся территория — под моим контролем.

Самолёты летали и сбрасывали на меня сотни бомб — одна за другой, волнами, заливая небо чёрным дымом разрывов. Толку не было. Единственный вред, который могли мне нанести, — это мои же дроны и мои же танки, случайно оказавшиеся на линии огня собственной техники. Чужое оружие этой планеты скользило по моей защите, как вода по стеклу.

— Эл, территория под моим контролем, высылай технику, — сказал я, стоя на башне танка посреди выжженного поля.

Тут же открылись порталы, в которые въехал огромный «БелАЗ» и десяток карьерных экскаваторов — громадные механизмы, лязгающие и скрипящие, въезжающие строем, будто парад индустриальной мощи среди руин чужой войны.

— Готово, начинаем