Кровавый Монарх. Том 1 - Дмитрий Веребов

— Что? — уточнила Элли.

Голос прозвучал мягче обычного. Она умела так делать — менять тон на полтона ниже, когда чувствовала, что я на пределе.

— Мне стыдно, — повторил я.

— Из-за чего? — спросила Элли максимально непонимающим голосом.

Я знал, что она всё понимает. Она понимала даже то, что я сам ещё не успел осознать. Но вопрос был частью протокола — заставить меня произнести это вслух, чтобы оно перестало крутиться внутри черепа бесконечной петлёй.

— Из-за того что я человек. Я сука с ними на одном уровне эволюции.

Я прокричал это, и рука сама пошла вперёд — снёс подголовник переднего сиденья одним движением, не рассчитав силу. Пластик хрустнул, обивка лопнула по шву, и клочья поролона полетели по салону, как снег. Я отклонился назад с тяжёлым выдохом, чувствуя, как горят костяшки.

Руки у меня всегда реагировали быстрее головы. Это было удобно в бою и совершенно бесполезно сейчас, когда враг сидел не снаружи, а где-то в грудной клетке.

— Но ты другой, — сказала Элли.

— В первую очередь я всё ещё человек. Для всех вокруг.

Это была не фраза, а итог долгого разговора с самим собой, который я вёл уже третий год. Со стороны я выглядел как кто угодно — как генерал, как бог, как чудовище из детских сказок про войну. Но внутри, в той части, которая ещё помнила вкус домашнего борща и голос матери, я оставался человеком. И именно это делало каждую сегодняшнюю смерть личной, а не статистикой.

— Но…

Элли хотела привести ещё какой-то аргумент, но я закашлял — глухо, с надрывом, как кашляют люди, надышавшиеся дыма. Она поняла намёк и не стала ничего говорить. В кабине повисла тишина, густая, как смола, и в этой тишине было слышно только моё собственное дыхание, выровнявшееся не сразу.

Я молча провалился в портал.

Переход занял долю секунды — вспышка света, лёгкое давление в ушах, и вот я уже дома. Не в той квартире с бежевыми обоями, а в настоящем доме — крепости, которую я построил сам, камень за камнем, как человек строит себе убежище от собственной памяти.

Агрис и Артём всё так же тренировались на заднем дворе. Заметив меня, они остановились — не сразу, а с той секундной задержкой, с которой останавливаются люди, увлечённые боем. Пот стекал по их лицам, мечи опустились, дыхание было рваным.

— Кровавый Монарх! — прозвучал голос Агриса.

В этом крике не было страха, только восторг — так кричат солдаты, которые видели во мне не угрозу, а защиту. Для них я был не чудовищем, а стеной между их миром и всем тем, что я видел в других мирах.

Я обернулся.

— Разрешите провести с вами бой, — продолжил Агрис.

Он стоял, чуть склонив голову, и в этом поклоне читалось не подчинение, а искреннее желание проверить себя. Агрис всегда был таким — рвался в бой не потому что любил драться, а потому что боялся однажды оказаться недостаточно хорош, когда это будет иметь значение.

— Да, Лёш, давай в полную силу, мы против тебя, — сказал Артём. — У нас так будут полноценные шансы, не просто на мечах, а всю силу.

Он говорил спокойно, но в глазах читался азарт — тот самый, который появляется у людей, десятилетиями живущих рядом с силой, которую невозможно превзойти, и всё равно надеющихся на чудо.

— Только быстро, — ответил я.

Мы вместе отправились на полигон.

Путь туда занимал минуту — по коридору, через двор, мимо казарм, где отдыхали бойцы моей теневой армии. Некоторые провожали меня взглядом, не произнося ни слова. Здесь никто не задавал вопросов. Здесь знали: если Монарх молчит, значит, внутри него сейчас идёт война похуже любой на поле боя.

— Могли бы и в доме протестировать силу, — сказал Агрис, пока мы шли.

— Не могли.

Ответ был короче, чем вопрос заслуживал, но объяснять, что от одного неосторожного движения дом может обвалиться на полквартала, не было ни сил, ни желания.

Полигон сильно изменился за последнее время. Когда-то здесь была просто земля и грязь — поле, перепаханное тысячами сапог и колёс. Теперь бойцы выложили полноценный каменный пол, плита к плите, идеально выровненный под тренировки. Камень был светло-серым, с едва заметными прожилками, отшлифованный так, что отражал пасмурное небо, висевшее над полигоном почти постоянно.

— Начнём? — спросил Артём.

Я кивнул.

Сразу после этого мелькнули мечи — оба клинка одновременно, с разных сторон, по идеальной дуге. Они двигались быстро и синхронно, несмотря на то, что их школы боя были принципиально разными: Агрис дрался резко, рывками, экономя силу для одного решающего удара, а Артём — плавно, перетекая из стойки в стойку, как вода находит путь по камню. Но вместе, плечо к плечу, они составляли нечто цельное — машину, собранную из двух непохожих, но идеально подходящих друг другу частей.

Они подбежали уже достаточно близко, когда я понял, что медлить больше нельзя. Пол провалился на несколько метров вниз — ровно в том месте, где секунду назад стояли их ноги.

Камень, который выдерживал тренировочные бои месяцами, сложился внутрь, как картон, и образовал идеально круглую яму. Пыль поднялась облаком, медленно оседая на края провала.

— Ладно он, но ты, Артём, — я покачал головой. — Куда бежите, сам сказал же, в полную силу.

Артём и Агрис лежали в яме и не понимали, что произошло. Секунда назад они были в полёте атаки, а теперь смотрели вверх, на серое небо, обрамлённое краями пролома, пытаясь сложить в голове, в какой момент земля перестала быть твёрдой.

Я же молча покачал головой и начал уходить.

За моей спиной послышались шорохи — камень скрежетал под пальцами, кто-то цеплялся за выступ. Я повернул голову и увидел, как Артём вылетает из ямы. Не выпрыгивает — вылетает, с той скоростью, с которой тело движется, когда его толкают снизу. Агрис помог ему подняться и в следующий момент сам вылетел из ямы, оттолкнувшись от его плеч. Он перелетел меня, крутанувшись в воздухе, и приземлился в паре метров позади, на оставшемся нетронутом камне.

Сразу же за ним вылез и Агрис. Он использовал меч как ступеньку — воткнул клинок в стену ямы и оттолкнулся от рукояти, оставив оружие позади. Теперь он был без основного инструмента, но всё ещё представлял опасность: голые руки Агриса стоили больше, чем арсенал целой