Кровавый Монарх. Том 1 - Дмитрий Веребов

Тогда она добралась до недавних звонков.

Им звонили из полиции.

Твою же мать.

Я погасил экран и сжал телефон. Кристина накрыла мою руку своей. Я посмотрел на неё и заставил себя немного расслабить пальцы.

Нужно было сначала попасть домой. Разбираться буду уже там.

Из аэропорта самолёт вылетел спустя пару часов после того, как мы обо всём узнали. Для окружающих мы с Кристиной находились на борту. На самом деле наши места уже заняли тени, а мы через портал вернулись на российскую базу.

Там меня встретила неожиданная картина.

Артём и Агрис сидели друг напротив друга за шахматной доской. Артём держал пальцы над фигурой, обдумывая ход. Агрис ждал, откинувшись на спинку стула.

— Тренируешься для реванша, — произнёс я, проходя мимо.

Артём посмотрел на доску, затем на Агриса.

— Пока что я выигрываю, — сказал он.

— В шахматах, — напомнил Агрис.

— А разве это не тренировка?

Агрис передвинул фигуру. Артём помедлил, прищурился и неожиданно усмехнулся.

— Ладно. Проверим, насколько ты хорош не только за доской?

— Проверим, — спокойно ответил Агрис.

Я остановился у портала.

— Только без повторения прошлого раза. Никаких ударов, от которых меня придётся ловить, — предупредил я.

— Мы будем осторожны, — сказал Агрис.

— Я буду, — поправил Артём.

Они поднялись и направились к тренировочной площадке. Я переглянулся с Кристиной и пошёл следом. Элли уже подготовила свободную зону и выдала им тренировочные клинки с тупыми кромками.

Воины встали друг напротив друга. На этот раз без угроз, без обвинений и без желания доказать что-то любой ценой. Просто два опытных бойца, которым хотелось понять, кто из них лучше.

Первым атаковал Артём. Быстро, но без прежней резкости. Агрис встретил удар у гарды, отвёл клинок и сразу ответил коротким выпадом. Артём ушёл в сторону, провернул меч в руке и заставил Агриса отступить на шаг.

Дальше они двигались почти без пауз. Артём давил и постоянно менял темп, словно пытался заставить противника ошибиться. Агрис не спешил отвечать на каждую атаку: встречал удары, смещался и ждал момента, когда напор можно будет обратить против самого нападающего.

Разок клинки скрестились у самых лиц. Артём резко разорвал контакт и попытался зайти сбоку, но Агрис развернулся вместе с ним и коснулся тупым остриём его нагрудника.

— Есть, — заметил я.

— Удар не засчитан, — возразил Артём. — Я уже вывел его на ответный.

— А если бы это был настоящий бой? — спросил Агрис.

— Тогда мы бы оба лежали, — ответил Артём.

Они снова сошлись, но теперь оба следили не только за противником, но и за силой собственных ударов. Поединок закончился почти одновременно: клинок Артёма остановился у плеча Агриса, а Агрис коснулся его груди.

— Ничья, — объявила Элли.

— Опять? — спросил Артём.

— Похоже, вам придётся выяснять это в шахматах, — сказал я.

Агрис убрал меч. Артём пожал плечами и направился обратно к доске.

Я оставил их спорить, кто всё-таки первым нанёс бы решающий удар, и повернулся к Кристине. Времени оставалось мало. Я обнял её, открыл портал и шагнул домой.

Квартира была идеально убрана.

Я остановился посреди комнаты и огляделся. Ничего лишнего на виду, никаких следов моего отсутствия. На плите стояла приготовленная еда. В воздухе держался тёплый домашний запах.

— Родители приедут примерно через двадцать минут, — сообщила Элли.

Я кивнул и закрыл портал.

Двадцать минут — достаточно, чтобы успокоиться. Я ещё раз проверил квартиру, убрал телефон и сел. Всё выглядело совершенно обычно. Оставалось встретить родителей и понять, что именно им сказали.

Я был спокоен.

Ровно до того момента, как ключ начал проворачиваться в замке...

Дыхание немного сбилось после того как ключ прокрутился до конца и я услышал как дверная ручка опустилась вниз.

Я стоял посреди комнаты уже секунды три. Успел подумать о разном: что забыл выключить свет в ванной, что на столе осталась кружка, что Кристина сейчас сидит у меня на базе и, наверное, не спит.

Я молча встал с кровати и пошел ближе к двери.

В коридоре щёлкнул замок — второй раз, кто-то проворачивал его неумело, с силой, как проворачивают, когда руки дрожат. Потом скрипнула вторая ступенька.

Родители зашли во внутрь, их лица были явно недовольными и злыми.

Отец был в куртке, не снятой, с дорожной сумкой в руке — той самой, с которой они обычно ездили в деревню внутри лежала куча одежды и мелкие бытовые приборы. Мать вошла следом, и я сразу увидел, что она плакала в машине: лицо припухшее, глаза красные, и она всё время смотрела не на меня, а куда-то в сторону.

Пахло дорогой, Бензином, кофе.

Я протянул руки для объятий как вдруг получил удар по лицу от отца.

Я упал на пол, не от удара, от неожиданости.

В ушах зазвенело. Не от боли — я давно разучился чувствовать такую боль, — а от самого факта. Кто-то ударил меня по лицу, и я это позволил. Губа треснула изнутри, я почувствовал во рту вкус крови, тёплый и знакомый, как всё на свете, что я хотел оставить за дверью.

Моя ладонь тут же превратилась в кулак, я был готов нанести удар в ответ, но мысль о том что они мои родители меня остановила.

Рука замерла на полпути. Я видел её со стороны — сжатую, с побелевшими костяшками — и медленно, очень медленно разжал.

За что? Спросил я. Сразу как поднялся на ноги.

За что?! Прокричал отец. Почему я должен срываться из отпуска потому что ты кому то там угражал. Продолжал он.

Он бросил сумку на пол. Молния разошлась, из неё вывалился край полотенца, ещё влажного.

Я перевел взгляд на мать которая пыталась сдерживать слезы.

Она стояла, прижав к груди сумку, и молчала. За всё это время она не сказала ни слова — и от этого её молчание было тяжелее отцовского крика.

Рассказывай что там было. Сказал он.

Я вытер губу тыльной стороной ладони.

Это отец кристины, он бил ее. Сказал я на удивлением всем спокойным голосом.

В комнате стало тихо. Так тихо, что стало слышно, как в подъезде закрывается лифт.

Ты тут причем? Спросила мама.

Она спросила это очень тихо, и в её голосе не было злости. Только усталость — как у человека, который уже знает ответ и просит, чтобы ему соврали.

Я люблю ее. Последовал