Гибельный оплот - Элизабет Мари Поуп

под нос – ещё один куплет из баллады о менестреле, повстречавшем фею под бузиной, той же баллады, которую она уже слышала от него в лесу:Через потоки в темноте Несётся конь то вплавь, то вброд. Ни звезд, ни солнца в высоте, И только слышен рокот вод. Несётся конь в кромешной мгле, Густая кровь коню по грудь. Вся кровь, что льётся на земле, В тот мрачный край находит путь^[5].

Он добрался до террасы и умолк, оглядываясь вокруг себя:

– Где вы? – прошептал он, вертя скрытой в тенях головой.

– Рэндал, – в суете и тревогах длинного дня она напрочь забыла, что договорилась встретиться с ним на террасе вечером, после того, как стемнеет, и рассказать ему о своём житье-бытье, чтобы он передал сэру Джеффри известия от неё.

Рэндал неуверенно шагнул к окну.

– Это же не ваша комната, – с сомнением протянул он.

– Нет, но я перебралась сюда ненадолго, – Кейт решила, что не стоит объяснять ему, в чём дело. Времени оставалось в обрез, к тому же нельзя было сбить Рэндала с толку, об этом предупреждал Кристофер, очень важно было не сбить Рэндала с толку. – Смотри, что у меня есть.

Она вытащила из-за корсажа сложенный лист и стряхнула с него подаренную рыжеволосой цепочку. Что там ещё сказал Кристофер? «Говорите с ним простым языком, понятными словами и коротко. Убедитесь, что он понял, куда ему надо отправиться и как скоро нужно туда добраться».

– Смотри! Я записала все свои новости, чтобы ты передал их сэру Джеффри. Это письмо.

– Письмо? – кажется, Рэндалу понравилось. – Настоящее письмо с печатью на нём?

– Нет, печати на нём нет, но это письмо, самое настоящее, и сэр Джеффри будет рад получить его, – осторожно продолжила Кейт. – Отнеси его в Норфолк, к сэру Джеффри. Сейчас. Этой ночью. Давай я протяну его тебе сквозь прутья решетки, словно я узница в темнице, а ты пытаешься мне помочь. И никому его не показывай, потому что это тайное письмо, нельзя раскрывать тайну, – торопливо добавила она.

– Вы забыли сказать, чтобы я вручил письмо лично ему в руки, – указал Рэндал, словно ребёнок, требующий, чтобы ему рассказывали сказку точно теми словами, к которым он привык. Всё же он без дальнейших споров взял письмо и спрятал его под камзол. По всей видимости, все прочие её указания были ему знакомы и понятны.

– Да, да, правильно, и вручи лично ему в руки, – поспешно заверила его Кейт. – И, Рэндал… нужно передать сэру Джеффри ещё кое-что. В письме этого нет. Это устное послание. Скажи сэру Джеффри, что тут случилось кое-что ещё, – лучше не уточнять, чем было это «кое-что», вряд ли Рэндал справился бы с такими новостями. – И скажи ему, что нужно вернуться сюда самое позднее к кануну Дня всех святых. Самое позднее. Ты меня понимаешь?

– Я могу повторить всё, что вы мне велели, – с гордостью сообщил Рэндал. – Это тайное письмо для сэра Джеффри. Я должен отнести его в Норфолк, в дом сэра Джеффри. И вручить лично ему в руки. И сказать ему, чтобы он вернулся в канун Дня всех святых.

– К кануну Дня всех святых.

– Разве это не одно и то же?

Кейт хотелось стукнуть себя. Надо же быть такой дурой. Могла бы просто сказать, что сэр Джеффри должен приехать как можно быстрее.

– Разве это не одно и то же? – голос Рэндала снова утратил уверенность.

– Да, одно и то же, – быстро ответила Кейт, испугавшись, что он окончательно запутается, если она и дальше будет спорить с ним.

В конце концов, подумала она, разница невелика. Сэр Джеффри, конечно же, выступит в путь сразу же, как только получит письмо, и не важно, что ему скажет Рэндал.

– Не забивай себе голову моими словами, ты всё запомнил правильно и чётко. А теперь иди, пока тебя не увидели… Небеса! Я забыла! Должно быть, ворота уже закрыты.

– Не люблю, когда передо мною запирают ворота, – Рэндал неодобрительно покачал головой. – Как-то ночью, когда их закрыли, я перелез через крепостную стену за конюшнями, потому что негоже оставаться в том месте, из которого ты не можешь выбраться. Этим же путём я уйду и сегодня, чтобы никто не заметил меня. Смотрите!

Одним внезапным, невероятным движением он развернулся и сбежал по ступеням так быстро и тихо, что Кейт даже не услышала звука его шагов по камням.

Зато она услышала голос мастера Джона, который с кем-то разговаривал за дверью, выходящей в главную залу.

Она едва успела вернуться на прежнее место и опуститься на колени у очага, как в замке заскрежетал ключ, поднялась защёлка, и в дверном проёме возник мастер Джон. После первого приступа страха Кейт не думала, что он набросится на неё с ножом в руке; но к тому, что произошло, она оказалась не готова. Он даже не посмотрел на неё. Он стоял в дверях вполоборота и смотрел в сторону главной залы, слегка согнув плечи, словно только что отвесил почтительный поклон. Мастер Джон подобострастно распахнул дверь и скользнул вслед за ней, открывая её до упора, затем, к удивлению Кейт, он опустился на одно колено и склонил голову, словно придворный, мимо которого шествует королева.

Дама-в-Зелёном неторопливо вошла в комнату и остановилась, глядя на них обоих сверху вниз, почти так же, как на лесной дороге много дней назад. Она совершенно не изменилась – скорее уж, иначе стали выглядеть стены, полки и окна чулана мастера Джона, они вдруг показались ненастоящими и несуразными, будто надменное живое деревце волшебным образом проросло среди них сквозь ровные доски пола. Смешанный свет от очага и свечей мерцал в тёмных