Гибельный оплот - Элизабет Мари Поуп

– Мы отличаемся от вас, – ответила Дама. – Уж не думаешь ли ты, что сможешь жить, как мы?

Кейт вскинулась. Её больно задел не вопрос, но тон, которым тот был задан.

– Я не знаю, как вы живёте, – выпалила она. – Но почему для меня ваша страна ужаснее, чем для вас?

– Скоро узнаешь, если отважишься. После чего придёшь ко мне в слезах и будешь умолять о том, что сейчас я предлагаю тебе сама.

– Но до тех-то пор можно подождать? – упрямо спросила Кейт.

– Не дерзи, девчонка! – вмешался мастер Джон. – Сударыня, если пожелаете напоить её, я могу…

Дама даже не взглянула на него. Она неотрывно смотрела в лицо Кейт, и в глазах её, как и в складке губ, едва-едва проступало весёлое изумление.

– Можешь ждать сколько угодно, – ответила она. – Конец будет один.

Она поставила кубок на столик рядом с тарелкой фруктов и откуда-то из-под плаща извлекла узкую полоску зелёного шёлка.

– А это зачем? – настороженно спросила Кейт.

– Чтобы завязать тебе глаза. И нет, здесь я не предоставлю тебе выбора, потому что ты не должна видеть дорогу.

Последним, что видела Кейт – видела с необыкновенной чёткостью, – стал стоящий на столе кубок, который мягко блестел в свете пламени. Это был обычный серебряный кубок, из тех, что каждый день ставили на господский стол. В следующий миг ткань легла на лицо, и он исчез. Щеки коснулось холодное дуновение из ведущей на террасу двери.

– Держись за мой плащ, – велела Дама.

Кейт схватилась за складку ткани, которую ей сунули в руку. Чувствуя себя щенком на поводке, она неловко спустилась по ступеням с террасы и, спотыкаясь, двинулась по знакомым камням внутреннего двора. Вскоре они остановились, послышался скрип петель, и дальше они уже шли по нестроганым доскам. Воздух внезапно сгустился, потяжелел, в нём разлился сухой и сладкий запах зерна.

Кейт не сразу поняла, где они находятся, но затем вспомнила, как раз за разом наблюдала из окна за возчиками, которые выгружали из тележек мешки зерна. Они были в Ричардовой башне. Тайный путь, должно быть, начинался отсюда.

Она быстро, взволнованно шагнула вперёд, и тут же услышала приказ держаться позади.

Кейт послушно отстала. Не важно. Теперь она получила ответ на множество вопросов, которые ставили её в тупик: почему мастер Джон отправляет так много припасов в старую башню, а не в погреб в новом крыле, почему нет никаких явных свидетельств его торговли с волшебным народцем. Тайный проход в кладовые замка позволял им приходить и брать всё, что нужно, даже в тех случаях, когда открыто они появиться не могли.

– Здесь лестница, – раздался голос Дамы. – Положи свободную руку на стену слева от себя и держись к ней как можно ближе.

Кейт бы упала, если бы не подчинилась. Лестница оказалась винтовой, очень крутой, с неровными каменными ступенями, выщербленными и истёршимися за долгие века. Каждый шаг давался ей с трудом, она спотыкалась, оскальзывалась и беспомощно цеплялась за стену. Лестница делала поворот за поворотом, уводя всё глубже и глубже, и к тому времени, когда они дошли до ровного места и снова остановились, Кейт чувствовала себя так, словно её мозги тоже начали вращаться. Воздух по-прежнему оставался спёртым, но теперь он стал холодным, и она подумала, что, должно быть, они спустились глубоко под землю. Затем её правой щеки коснулось легчайшее дуновение тепла, словно Дама зажгла лампу или свечу.

– Иди медленно, – раздался её голос. – Пригни голову и опусти плечи, чтобы не ушибиться. Здесь везде камень, а проход очень узкий и низкий.

Они сделали двадцать шагов и резко свернули влево, затем ещё тридцать четыре шага и свернули вправо, девяносто пять и снова влево, сто два и…

– Сто три, сто четыре, влево, – прошептала Кейт про себя, отчаянно стараясь не сбиться. Что ж, занятие ничем не хуже кошмарных шахмат вслепую, в которые отец когда-то заставлял её играть с ним, чтобы развить память и сообразительность. Если ей удастся запомнить очередность поворотов и количество шагов между ними, то оставалась надежда (очень смутная надежда), что она сможет найти дорогу назад к Ричардовой башне, когда настанет время.

Подвела её собственная неуклюжесть. Всё шло хорошо до тех пор, пока Дама не предупредила: «Осторожней, здесь скользко», – и следующие пять минут Кейт все силы тратила на то, чтобы удержаться на ногах, позабыв и про повороты, и про количество шагов. Когда в конце концов они выбрались на твёрдый участок, она окончательно заблудилась.

Через некоторое время воздух заметно потеплел и стал влажным, словно пар, но Кейт не знала, чем вызвана эта перемена, а вскоре снова похолодало. Затем откуда-то издалека до неё донесся звук. Поначалу она решила, что это гром, но затем поняла, что это невозможно, слишком глубоко под землёй они находились. Ревела и бурлила вода, может быть, водопад или полноводная река, и гул эхом разносился по пустотам провала. Тропа извивалась и вихляла туда-сюда, и чем дальше они шли, тем громче становился шум, так что даже стена у Кейт под рукой начала легонько дрожать.

Стена внезапно исчезла, и они вошли в этот шум – в него и поверх него; они будто выбрались из прохода и ступили на выступ или мост над пропастью, где их окружило звонкое эхо; оно металось меж скал, дробилось, отражалось от стен, разносило шипение брызг и невыносимый грохот воды, которая обрушивалась на уступы, аркады и груды осыпавшихся камней далеко внизу. Затем так же внезапно они снова оказались в проходе. Над головой Кейт сомкнулся каменный свод, такой низкий, что она задевала его головой. Шум водопада постепенно слабел, пока не остался где-то позади, как свет в конце тоннеля.

Новый проход оказался прямым и очень гладким, он быстро расширялся и становился выше; через несколько минут она уже не дотягивалась рукой до стены и не чувствовала над головой давящий вес камня. Но после грохота над пропастью воцарившаяся тишина сводила с ума. Шум хотя