Твоё безумное чудовище - Кристина Миляева

Она замерла, только всхлипывала, уткнувшись лицом в подушку. Я взял её запястья, по одному, и защёлкнул наручники. Кожаные, мягкие, но крепкие. Теперь она была прикована к спинке кровати.

— Хорошая девочка, — похвалил я, садясь рядом. — А теперь смотри на меня.

Она повернула голову, и я увидел в её глазах не только страх, но и что-то ещё. То самое, что я искал. Любопытство. Ожидание. И это заводило похлеще любого крика.

— Тебе понравилось то, что ты видела в кабинете? — спросил я, поглаживая её по щеке. Она дёрнулась, но не отвернулась. — Признайся. Ты стояла там и подглядывала, и у тебя текло между ног. Я прав?

— Нет, — прошептала она, но глаза выдали её.

— Врёшь, — усмехнулся я. — Но ничего. Сейчас мы это проверим.

Я встал, подошёл к стене и взял небольшой вибратор — изящный, перламутрово-розовый, совсем не страшный. Вернулся к кровати, сел между её разведённых ног. Она попыталась свести их, но я раздвинул колени, фиксируя её бёдра.

— Не надо, — прошептала она, глядя на вибратор с ужасом. — Пожалуйста, не надо.

— Надо, — спокойно ответил я. — Расслабься. Или будет хуже.

Я включил вибратор на минимальную мощность и провёл им по внутренней стороне бедра. Она дёрнулась, закусила губу. Я провёл выше, почти касаясь самого сокровенного места, но не касаясь. Она выгнулась, выдохнула.

— Смотри, — сказал я, проводя пальцем по её лобку. — Ты уже мокрая. И говоришь, что не хочешь.

— Это не… это не от желания, — выдохнула она, но тело говорило обратное. Оно выгибалось навстречу вибратору, ловило каждое прикосновение.

— Конечно, — я усмехнулся и прижал вибратор к клитору.

Она закричала — не от боли, от неожиданности и острого, режущего удовольствия. Я держал его там, не давая убраться, пока она выгибалась, пытаясь то ли отстраниться, то ли прижаться сильнее.

— Нравится? — спросил я, увеличивая мощность.

— Да… нет… не знаю… — выдохнула она, и глаза её закатились.

Я убрал вибратор, и она выдохнула с облегчением и разочарованием одновременно.

— Мало, — сказал я. — Ты получишь удовольствие, когда я скажу. И столько, сколько я скажу. Поняла?

Она кивнула, не в силах говорить.

Я отложил вибратор в сторону и взял с полки другое — фаллоимитатор, среднего размера, реалистичной формы. Она увидела его и задрожала.

— Нет, — прошептала она. — Только не это. Я никогда…

— Тем лучше, — я смазал игрушку гелем, который стоял тут же на полочке, и поднёс к её промежности. — Будешь учиться.

— Нет! — она забилась, закричала, но наручники держали крепко. Я вошёл в неё медленно, чувствуя, как туго сжимаются мышцы, как она пытается вытолкнуть инородное тело. Но гель сделал своё дело, и игрушка скользила легко.

— Тише, тише, — шептал я, вводя её глубже. — Расслабься, больно не будет.

Она закусила губу до крови, слёзы текли ручьём, но когда я вошёл полностью, она вдруг выдохнула и замерла. Я оставил игрушку внутри, включил вибрацию и начал медленно двигать.

— Смотри на меня, — приказал я. — Смотри, что я с тобой делаю.

Она подняла на меня глаза — мокрые, огромные, полные унижения и… да, удовольствия. Тело не врало: оно принимало эту игрушку, сжималось вокруг неё, искало больше.

— Хорошая девочка, — похвалил я. — А теперь представь, что это не игрушка, а член. Мой член. Или Димкин. Ты хочешь этого, Арина?

— Нет, — выдохнула она, но бёдра качнулись навстречу.

— Врёшь, — я ускорил движения. — Ты хочешь. Ты вся течёшь. Ты хочешь, чтобы мы трахнули тебя по-настоящему.

Она застонала — уже не от боли, от удовольствия. Я видел, как приближается её оргазм, как тело напрягается, как она кусает губы, пытаясь сдержаться.

— Не смей кончать, — приказал я. — Без моего разрешения ни-ни.

Она замерла, пытаясь остановиться, но тело не слушалось. Я убрал игрушку за секунду до того, как она должна была взорваться. Она закричала от разочарования, выгнулась, задрожала.

— Пожалуйста, — выдохнула она. — Пожалуйста, дай мне…

— Что дать? — я наклонился к её лицу. — Скажи.

— Дай кончить, — прошептала она, сгорая от стыда. — Пожалуйста.

— Не сегодня, — усмехнулся я. — Сегодня ты будешь делать то, что я хочу. А хочешь я вот что: чтобы ты отсосала мне.

Я расстегнул ширинку, достал член — твёрдый, готовый, пульсирующий. Она посмотрела на него с ужасом и желанием одновременно.

— Открой рот, — приказал я, придвигаясь ближе.

Она замотала головой, но я взял её за волосы и подтянул к себе.

— Открой рот, или я позову брата, и мы будем трахать тебя вдвоём. Сразу. Выбирай.

Она открыла. Я вошёл медленно, чувствуя, как её губы смыкаются вокруг головки, как язык неловко касается. Девственница. Нетронутая. Настоящая.

— Учись, — выдохнул я, начиная двигаться. — Учись делать это хорошо, потому что делать ты это будешь часто.

Она давилась, пыталась дышать носом, слёзы текли по щекам, смешиваясь со слюной. А я трахал её рот, глядя в зеркальный потолок, где отражалась эта картина — голая девушка, прикованная к кровати, с моим членом во рту. Красиво.

Я кончил ей в рот, глубоко, заставляя глотать. Она закашлялась, но я держал её, пока не убедился, что всё проглочено.

— Умница, — похвалил я, отпуская волосы. — Первый урок прошёл хорошо.

Она упала лицом в подушку, рыдая. А я встал, поправил одежду и подошёл к стене с игрушками. Выбрал новые — страпон, верёвки, зажимы для сосков.

— Отдыхай, — бросил я, складывая всё на тумбочку. — Вечером продолжение. И брат придёт. Хочешь познакомиться с ним поближе?

Она вздрогнула, но ничего не ответила.

Я вышел из комнаты, закрыл дверь и прислонился к стене, переводя дыхание. Член всё ещё стоял, кровь бурлила. В коридоре меня ждал Димка.

— Ну как? — спросил он, плотоядно улыбаясь.

— Изумительно, — ответил я. — Она готова. Твоя очередь — вечером.

— Жду не дождусь, — Димка облизнулся. — Хочу попробовать эту маленькую киску на вкус.

— Попробуешь, — пообещал я. — Но сначала она должна научиться