Боги выше королей - Сергей Анатольевич Артюхин

Вертолет — старый-добрый «Ирокез» с миниганом на борту — примчался на помощь. Не «Суперкобра», конечно (на такое договориться с Торрихосом Пабло даже не пытался), но завидовать противнику Эскобар не стал бы.

Длинная линия трассеров соединила вертолет с домом, откуда вели огонь, и его фасад буквально начал осыпаться. Балкон исчез в облаке каменной пыли и крошки.

— Сдохните, гады! — рявкнул Матео.

Пабло на долю секунды поморщился — и не потому, что был против (а как раз наоборот), но стрелять из тяжелого пулемёта по домам в центре Панамы…Потребуется очень, очень долго объяснять произошедшее журналистам.

Если, конечно, Пабло отсюда выберется и его этот вопрос вообще будет волновать.

Матео тем временем снова попробовал сдать назад, врезавшись в горящего сзади «Носорога». Как ни странно, получилось: со скрежетом удалось сдвинуть останки автомобиля, освобождая пространство.

Метр. Два. Пять…Матео уже выкрутил баранку, начав разворачивать тяжеленный автомобиль, когда из переулка справа выскочил грузовик: старенький «Форд» F-600 из второй половины шестидесятых.

Пабло успел подумать, что водитель грузовика совершенно точно не местный идиот, случайно попавший под перестрелку: хотя бы потому, что нормальный человек при звуках пулемётной стрельбы обычно старается ехать в противоположную сторону, а «Форд», наоборот, вылетел прямо им наперерез.

— Тарань! — крикнул Хорхе.

Матео уже и сам всё понял: двигатель взревел на все свои семь с половиной сотен «лошадей», «Носорог» прыгнул вперёд…

Удар получился страшным: массивный усиленный бампер внедорожника врезался в грузовик примерно за передним колесом, смял дверь, переломил раму и буквально развернул его вокруг собственной оси, убив заодно водителя…

К сожалению, в «Форде» шофер был не единственным человеком: из кузова на дорогу высыпалось сразу несколько бойцов, один из которых держал в руках «супербазуку».

Пабло увидел их совершенно отчётливо и словно в замедленном режиме, сам при этом он на автомате приоткрыл тяжеленную дверь автомобиля, поднял револьвер и начал стрелять.

Боевик с гранатометом успел лишь только привстать, когда в него одна за другой влетели сразу две тяжелые пули. Его сосед с «калашниковым» прожил не сильно дольше: хотя третьим выстрелом Пабло промазал, но четвертым попал — и этого хватило. 357-й «магнум», оказавшийся в грудной клетке, обычно даёт повод поразмыслить о выборе жизненного пути.

А затем начал стрелять Хорхе: три быстрые короткие очереди почти мгновенно уронили на асфальт тела противников.

Вот за это, собственно, он своим людям и платил.

В ушах звенело: грохот от стрельбы в замкнутом пространстве автомобиля добавил проблем и без того пострадавшему слуху.

— Проход! — заорал Матео. — Держитесь!

«Носорог» полез между стеной и искалеченным грузовиком: процарапавшись вдоль его кузова…Правое зеркало с хрустом оторвало, по крыше продолжали барабанить пули, а по пути движения кто-то выскочил из дверей магазина.

Пабло успел увидеть молодого мужчину в джинсах, светлой рубашке и с прижатым к плечу автоматом. Но сделать тот ничего не успел: охранник рядом с водителем выстрелил дважды, попав боевику в грудь. Тот упал ничком, выронив оружие, и машина промчалась дальше. Пабло почему-то успел увидеть совершенно ненужную деталь: у убитого были красивые красно-черные кроссовки AirJordan…

Именно в этот момент впереди появился гранатомётчик: вышел из-за угла совершенно спокойно. И это явно был не какой-нибудь полубезумный фанатик — слишком уж правильно держался, слишком уж спокойно двигался.

И в руках у него была длинная труба — Пабло узнал советский РПГ-7 мгновенно, ведь, в конце концов, за последние годы он видел этих штуковин больше, чем иной советский прапорщик.

— ВПЕРЁД! — заорал Эскобар, но Матео и без приказа уже вдавил педаль в пол.

Гранатомётчик присел на колено, и они явно не успевали: до него оставалось метров сорок, может, пятьдесят и угол для стрельбы из машины был совершенно не подходящий.

Впрочем, в бою участвовал не только «Носорог» эль Патрона: пулеметная очередь с вертолета стегнула по позиции гранатометчика, заставив его укатиться куда-то за мусорный контейнер.

Впрочем, он успел нажать на спуск: граната рванула к ним…

Пабло видел её.

Не то чтобы прямо-таки разглядел вращение или что-нибудь подобное — человеческий глаз на такое не рассчитан, — просто мозг выхватил серо-зелёный предмет, стремительно увеличивающийся в размерах.

Матео резко крутанул руль, едва не опрокинув автомобиль — и их всех этим спас, граната прошла мимо левой фары. Прошла она рядом, промахнувшись на полметра максимум, скорее меньше.

Прошла — и врезалась в стену позади…Что-то тяжелое хорошенько долбануло по корме «Носорога», отчего его дернуло вправо, стекло осыпалось, и плечо снова вспыхнуло агонией.

В этот же момент Пабло почувствовал удар в ногу. Не боль — пока нет, просто будто молотком шлёпнули по бедру. Он посмотрел вниз. На светло-серых брюках расплывалось тёмное пятно.

— Ohrenet, blya, — почему Пабло выругался на русском, он и сам бы не ответил.

Хорхе повернул голову.

— Босс!

— Потом, — почему-то накатило спокойствие. Шок? Да вряд ли…

— Вы ранены!

— Да я в курсе…

Пабло провёл рукой по ноге: крови хватало, но шла она не фонтаном, а значит, бедренная артерия, скорее всего, цела. А вот что именно прилетело — пуля, осколок, кусок металла от двери — вопрос пока открытый и в данный момент абсолютно неинтересный.

Гораздо интереснее был тот факт, что впереди улица расширялась. Метров через сто начиналась небольшая площадь.

Матео снова прибавил.

— Уходим, — слово далось неожиданно тяжело. Позади сражались парни, причём, похоже, в меньшинстве и даже вертолет не особенно уравнял шансы.

Хорхе кивнул, даже и не подумав спорить — просто потому, что понимал.

Это и было одной из самых мерзких сторон нормальной профессиональной охраны: иногда люди обязаны умереть, чтобы один конкретный человек продолжал жить.

Причём все заранее об этом знают…но всё равно подписывают контракт. «Носорог» оставил место боя позади и исчез за поворотом.

Стрельбу было слышно ещё секунд двадцать.

Ожила, наконец, рация.

— Альфа-один, Альфа-один, это Бета-три! Северный маршрут чист! Повторяю, северный маршрут чист! Полиция перекрывает Avenida Central!

Хорхе схватил рацию.

— Здесь Альфа! Уходим на север! Где второй вертолёт?

— Поднимается! Еще четыре минуты!

Пабло скривился…Четыре минуты, что они значили в мирной жизни? Ничего… Сходить в туалет, выпить кофе, выкурить сигарету.

В бою четыре минуты иногда превращаются в отдельную маленькую жизнь.

— Нам уже не нужен вертолёт, — сказал Эскобар. — Двигаем в больницу.

Хорхе посмотрел на его ногу.

— Да, именно поэтому, — спокойствие превращалось