Звоните Манькову! Том 5 - Денис Деев
— Не обольщайтесь, Юрий Иванович, — сказал я, глядя на генерала. — Не думайте, что всё это из-за какой-то заводской клиники. Клиника была лишь удобным поводом. До нас бы всё равно докопались. Смотрите сами: сначала их фонд «Аметист» тихой сапой прибрал к рукам Тульский оружейный завод. Потом подмял под себя ЦКИБ. Это не случайность и не совпадение. Оружейный рынок — невероятно лакомый кусок, и они будут методично зачищать его дальше. Под себя. Конкурентов им здесь не надо. А мы — конкуренты.
Зимов грохнул широкой ладонью по столу так, что на столе подпрыгнул графин.
— А шиш им с маслом! — рявкнул он, поднимаясь во весь свой богатырский рост. — Ты, Олег, грандиозную глупость сделал, что сразу ко мне не пришел! Почему не доложил по форме⁈ Мы бы нашу Людмилу из этого паршивого РОВД в два счета вытащили!
— Юрий Иванович, — я примирительно поднял руки, — вы не понимаете. Утром ее должны были передать из милиции в Министерство безопасности…
— Ну и что⁈ — взревел генерал. — Отставить панику! Надо было бы — мы бы их здание штурмом взяли! Я в Куфабском ущелье и не такие высоты брал!
У окна Степан чуть заметно, одними губами усмехнулся и деликатно отвел взгляд на улицу. Я же тщательно, как сапер, подбирал слова. Мой внутренний голос настойчиво сигналил: спорить с генералом в лоб сейчас категорически нельзя. Человек он горячий, настоящий, да еще и советской закалки. Дай ему сейчас шашку, и он действительно сам, впереди на лихом коне, поведет нас в атаку хоть на чекистов, хоть на черта с рогами. Но я, гость из две тысячи двадцатого года, слишком хорошо знал, сколько таких вот прекрасных, честных и горячих голов полегло в девяностые. И гибли они не в честном бою в ущельях, а в темных подъездах, во взорванных машинах и на загородных дачах. И генералы среди них тоже были, пули званий не разбирали.
Поэтому я заговорил мягко, по-штабному, раскладывая факты перед ним, как топографическую карту.
— Юрий Иванович. Давайте посмотрим на ситуацию трезво, без эмоций. Мы ведь не в убытке. Двадцать процентов сверху кажутся мелочью, согласен. Но подумайте вот о чем. Мы продали всю партию. Оптом. Разом. До последнего, черт возьми, ствола. Так в нормальной торговле просто не бывает! Всегда что-то мертвым грузом зависает на складе, что-то не берут из-за неходового калибра, что-то ломается и возвращается по гарантии. Товар хоть и импортный, а заводской брак никто не отменял. А тут — сто процентов реализации за один день! Без затрат на склад и охраны, без рекламы в газетах, без возвратов. Для любого коммерсанта это фантастический, небывалый успех.
Люда со стуком, едва не расплескав чай, поставила кружку на стол. — Ну какой же это успех, Олег⁈ — в ее голосе звякнула обида. — Нас же вынудили! Нас заставили!
— И плевать! — жестко отрезал я, поворачиваясь к ней. — Деньгам, Людочка, абсолютно всё равно, вынудили нас их заработать или нет. Они не пахнут ни угрозами, ни камерой ИВС. Мы их заработали. Честно, по всем документам.
Я повернулся к невозмутимому главбуху:
— Инесса Павловна, как только деньги от структур Рощина упадут на наш счет, первым делом закройте весь долг «Ареса» перед охранным предприятием «Рубеж».
Инесса Павловна степенно, с королевским достоинством кивнула и сделала аккуратную пометку карандашом в своей необъятной папке. Она единственная в этой комнате выглядела по-настоящему умиротворенной: деньги пришли, кредиторка закроется, баланс сойдется копеечка в копеечку. А всё остальное — суета сует.
— А дальше-то что? — Зимов тяжело, словно из него выпустили пар, опустился обратно на стул. — Магазин-то у нас теперь пустой! Витрины эти бархатные, сигнализация по последнему слову, сейфы пудовые! Ценники, мать их, тушью с вензелями выписаны! Что мы там продавать будем, Маньков⁈
Я понял, что настал переломный момент. Нужно было превратить это сокрушительное поражение в новую возможность, да так, чтобы в это поверили все присутствующие. Я встал из-за стола и начал неторопливо расхаживать по кабинету.
— Юрий Иванович. Вот вы сейчас сами сказали: витрины, сукно, сигнализация, сейфы. А теперь послушайте себя внимательно. Что у нас есть? У нас есть шикарное помещение в самом центре города. С круглосуточной охраной. С сигнализацией, которую, если сработает, весь квартал слышит. С отличными витринами. Я обвел взглядом команду. — У нас есть Люда, которая своим умом и горбом этот магазин создала. У нас есть Анна Леопольдовна на таможне. У нас есть Влад и работающий, проверенный польский канал поставок. Есть Степан и его «Рубеж». Есть наш главбух, — я почтительно кивнул Инессе Павловне, — у которой ни одна копейка мимо кассы не проскочит.
Я выдержал театральную паузу, давая им осмыслить сказанное.
— Поймите вы наконец. Магазин — это не ружья. Магазин — это полки! А были бы полки — товар всегда найдется.
В кабинете повисла тишина. Зимов нахмурился, тяжело переваривая эту непривычную для советского человека буржуазную логику. А я продолжил, уже с нажимом:
— И знаете что? Да ну его к чертовой матери, этот оружейный рынок. Там через год-другой будет сплошной, непроглядный криминал. Стволы будут массово уходить налево, на бандитские разборки, к примеру. И на каждую нашу новую партию будут смотреть через прицел люди вроде Рощина, а то и ребята похуже, без галстуков и тормозов. Нам сказочно повезло, что сейчас мы отделались потерей ниши и двадцатью процентами прибыли, а головы свои на плечах сберегли!
Но Люда так просто сдаваться не хотела.
— Но там же такие сумасшедшие деньги крутятся! — воскликнула она.
— Деньги и в нефти крутятся, — я равнодушно пожал плечами. — И в золоте-бриллиантах. И в водке. Но поверь мне на слово, Люда, соваться туда нам не стоит. Оторвут голову по самое не балуйся.
Тут Зимов, хлопнув себя по колену, поднял еще один больной вопрос:
— А с Филиппом-то теперь как быть⁈ Мы же взяли на работу специалиста по оружию высшего класса! Человек, можно сказать, гордость забыл: полы нам драил, ценники ночами каллиграфически выписывал! А оружия… оружия теперь не будет⁈
Я на секунду замялся. Вот о Филиппе Васильевиче я в суматохе этого утра думал меньше всего.
— Пристроим мы Филиппа Васильевича, — сказал