S-T-I-K-S. Надежда - Даниил Владимирович Ткаченко

Чем дальше они уплывали, тем сильнее у всех накалялись нервы. Они впервые шли по реке днем. Места вокруг глухие, берега сильно заросли густым лиственным лесом, деревья чуть ли не касались воды, но это лишь сильнее пугало. Казалось, за каждым кустом их ожидает патруль внешников или муров. Пока они в лодке, то беззащитны. Алиса спросила Кирилла про его умение, тот грустно и зло покачал головой.

Заряд аккумулятора показывал 12%, когда они наконец увидели протоку, ведущую к их недавнему укрытию. Ник посмотрел на Алису и Кирилла, те кивнули без всякого обсуждения. Продолжать плыть днем никто не хотел.

Уже в знакомом месте они вытащили лодку на берег, спрятали в кустах. В полном молчании направились к дому на болоте. Кирилл шел впереди, внимательно смотрел под ноги, по сторонам. Зато Ник, словно был тут впервые, несколько раз глупо проваливался по колено в трясину.

Внутри домика тоже ничего не изменилось. Они расселись по лавкам, закрыли дверь на засов, уставились в пустоту. Шелестел дождь по остаткам рубероида на крыше. Когда промозглость начала вгрызаться в их тела, Алиса положила на пустую консервную банку три таблетки сухого горючего, подожгла.

Снова в полной тишине Ник занялся ранами друзей. Алису проигнорировал, и не от вредности. Девушка пострадала меньше всего, — разбит нос, губы, гематома на половину лица. Пройдет само. А вот Кириллу досталось. Рамов «видел», как под черепом на его затылке скапливается гематома, сдавливающая мозг. Насколько знал Ник, это могло привести к самым разным последствиями. Он попросил Алису стянуть Кириллу рассеченную кожу на голове специальными скобками, а сам погрузился в процесс целительства.

Минут через двадцать Рамов ощутил, что еще немного и он сам упадет без чувств. Остатками сил просканировал свое тело. Ничего критичного, даже рука, которую, казалось, сломал Пионер, была цела. Остальное — мелочи. Ушибы, ссадины.

Ник так увлекся целительством, что забыл о разговоре с Полковником. Осознание дыры, в которой очутился, продрало душу страхом, тоской и отчаянием. Неделя. Семь дней. За это время нужно либо смириться с судьбой, скорой смертью и отдать Кирилла с Алисой в лапы внешников, или… Не будет «или», вдруг четко понял Рамов. Слишком малый срок дал Полковник, чтобы можно было успеть выкрутиться. И как это сделать? Взять штурмом Базу? Смешно.

Впервые после побега от внешников Ник задумался, правильно ли поступил. Но ничего уже не вернуть. Либо смерть родителей, Марии и сына, или… Ник остро пожалел, что остался жив. Будь их побег неудачным, все бы давно закончилось. Блаженная пустота. Ничего никому не должен, от тебя все отстали. Нет необходимости рвать жилы и выживать. Увы, но сейчас даже самоубийство его не спасет.

Тут Рамов понял, что не имеет права умереть и от лап зараженных. От этого осознания стало совсем тошно. Не то чтобы он собирался и очень хотел быть сожранным, но когда на кону не только твоя жизнь, это совсем другое дело.

Кирилл начал допытывать Алису, что она сделала и как. Она не могла толком объяснить. Просто захотела, чтобы Пионер умер. Тоже самое случилось и с Холодом.

— Вспоминай! — наседал Кирилл. — Каждую мелочь. Как ты хотела, чтобы они умерли? От остановки сердца, прекращения мозговой активности…

— Не знаю я!

— Ник, может, посмотришь?..

— Я целитель, а не знахарь, — буркнул Рамов.

— Ну, мало ли…

Кирилл сел рядом с Алисой, начал опять расспрашивать, просить прислушаться к открывшемуся умению. Алиса честно старалась, но без особого успеха. И все равно Кирилл сиял так, словно нашел портал обратно домой.

— Ты спасла нас, — серьезно сказал он. — Спасибо.

— Не все же вам меня спасать, — слабо улыбнулась девушка. Она говорила в сторону, стараясь скрывать распухшую часть лица.

Ник их радости не разделял. Смотрел в одну точку и все глубже погружался во мрак отчаяния, безнадеги. Кирилл и Алиса не замечали его состояние, увлеченные обсуждением умения последней. Рамов их понимал, они просто искали любой повод, лишь бы не думать и не обсуждать текущее положение дел. Черт, а ведь всего лишь утром они сидели в этом домике, и жизнь была прекрасна… Почти.

— Надо тебе на ком-то попробовать, — решительно сказал Кирилл. — О! Принесу лягушку!

— Еще чего! Не хочу я лягушек убивать.

— Тогда кого? — туповато спросил Кирилл.

— Вода, — машинально сказал Рамов. — Когда Пионер валялся дохлый, дождевая вода вокруг его башки пузырилась. Помните? И пузырьки очень мелкие были, резкие.

Кирилл и Алиса начали обсуждать, гадать, как это связано. Но эйфория от спасения постепенно угасала. Их речь становилась вялой, пропадал энтузиазм, а в голову лезли мысли о том, что делать дальше.

Наконец Кирилл совсем уж сбился, пробормотал что-то неразборчиво и замолчал. Таблетки сухого горючего прогорели, Алиса подожгла новые. В домике стало теплее, но сейчас душу Ника не согрело бы и целое Солнце.

— Ну? Что дальше делаем? — наконец спросил Кирилл. — Походу, про лагерь можно забыть.

— Почему? — возразила Алиса. — Сейчас — да. Но в будущем?.. Внешники ведь не узнали, зачем именно мы шли? Или думаете, догадались? Ник? — она потормошила Рамова за плечо. А тот сидел как тряпичная кукла, из которой вытащили внутренний каркас.

— Да, Ник. Внешники могли догадаться? — спросил Кирилл со значением.

— Может быть…

— Каким образом? — насторожилась Алиса. — Ну, они узнали тебя, но остальное? Мало ли зачем ты в лагере оказался.

— Лучше исходить из худшего варианта…

— Почему ты так уверен? Что именно ты услышал в переговорах внешников по рации? Что Ник Рамов ищет проход домой? — Алиса повысила голос. Рамов отстраненно подумал, что в ней остается все меньше от той прежней Алисы, — тихой, скромной. Но иначе и нельзя. Если бы она спустя полгода в Стиксе осталась прежней — это была бы проблема…

— Отстань. Я все силы потратил на Кирилла. У него в башке гематома величиной с яблоко была. У нас остается один вариант. Искать Диониса и надеяться, что сектанты помогут. Дионис переоденется под Полковника, придет на Базу, скажет, что Ника Рамова нужно наградить и срочно открыть портал, отправить его с друзьями домой. Это самый реалистичный вариант.

— Почему внешники так на тебе зациклены? Что ты такого им сделал?

— Совратил дочку Полковника. А потом