S-T-I-K-S. Надежда - Даниил Владимирович Ткаченко

Холод посмотрел на Алису, затем на Кирилла, остановил взгляд на Рамове. Звякали капли дождя по куску жести, с фасада здания обвалился кусок штукатурки. Пауза затягивалась.

— Ну и? Мне долго ждать? — спросил Холод.

— Мы нычку искали, — Рамов сплюнул кровью. — Наш кореш оставил хабар в лагере, но в каком именно не сказал.

— Решили скрысить?

— Нет. Кореша сожрали давно.

Пионер вскинулся, хотел что-то сказать, но Холод небрежным жестом руки заткнул его.

— Что за хабар?

— Жемчужина. Черная, — вклинился Кирилл.

— Нашли?

— Да. Она у этого, — кивнул на Пионера и поморщился от боли в шее. — Слушайте, мы не знали, что у вас интерес в этом лагере. Нам фиолетово.

— Гонит он! — взбесился Пионер. — Не за хабаром шли! Что-то другое искали! Вот, смотрите.

Пионер показал рисунки, составленные Гипом.

— Ходили, жалами водили, вынюхивали…

— Ну так мы не знали, какой именно лагерь! — напомнил Кирилл. — По рисункам ориентировались.

Холод достаточно долго рассматривал рисунки, потом аккуратно сложил и убрал в нагрудный карман.

— Жемчуг был? — обернулся к Пионеру.

Тот нехотя кивнул. Холод продолжал смотреть. Пионер с еще большей неохотой показал жемчужину, Холод забрал ее.

— Получишь долю, не бойся.

— Так это… Может, в счет будущей оплаты, за несколько месяцев… или год… я бы взял целую жемчужину.

Друзья Холода ухмыльнулись. Рыжий презрительно, интеллигент понимающе.

— Это не я решаю, — снизошел до объяснения Холод. — Что у них по умениям?

— Этот целитель, этот глаза умеет отводить, но он выдохся, где-то перегрел умение и неопасен. А девка вообще пустышка.

— Новенькая? — заинтересовался Холод.

— Та не, просто без умения.

Кирилл снова обратился к своему умению. Его ресурс, казалось, до сих пор находится в отрицательном значении и восполняться не спешит. Боль в затылке и коленях он не замечал, весь был сосредоточен на поиске спасения. Эта троица явно работает на внешников, хотя на муров не похожи. С другой стороны, Кирилл видел не так много муров, но был во власти стереотипа, что все они уголовники. Значит, лагерь действительно тот самый, раз его так охраняют, и даже платят осведомителям, чтоб те докладывали обо всех, кто вдруг заинтересовался старыми пионерскими лагерями. Разумно.

Кирилл незаметно напряг руки. Их он плоховато чувствовал, слишком сильно Пионер затянул веревки. Душу разрывало отчаянием, злостью, безнадегой. Ну почему все опять так⁈ Кто мог подумать, что Пионер — осведомитель⁈

Пионер вдруг кашлянул, пошатнулся. Потряс головой, потом его глаза закатились, он захлопал ртом, как рыба на воздухе и упал кулем на землю. Холод и его товарищи долю секунды смотрели на упавшего, потом стволы автоматов резко уставились на пленников.

— Нет! — остановил их Холод. — Живыми!

Троица кинулась в здание, причем двери проигнорировали, запрыгнули в окна с ловкостью акробатов. Кирилл заметил, что вода на бетоне вокруг головы Пионера мелко пузырится, шипит. Алиса завороженно смотрела на Пионера, воду, глаза ее показались какими-то стеклянными, не живыми. Кирилл толкнул ее плечом.

— А⁈ — девушка дернулась всем телом, заморгала.

— Что это было⁈ — зашептал Кирилл. — Это ты сделала?

— Я…

— В нашу сторону говори!

— Я не знаю… Я захотела, чтобы он сдох, и… Мне плохо…

— Держись! — яростно зашептал Ник, активировал свой дар целителя и начал накачивать девушку силами. Напрямую передавать ресурс умения он не мог, но хоть что-то…

Алиса просветлела лицом, выдохнула.

— Еще так можешь⁈ — взмолился Кирилл. — Только не пробуй сразу! Представь, что у твоего умения есть аккумулятор, посмотри, сколько в нем заряда!

Алиса на миг задумалась.

— В нем что-то осталось, но трудно понять…

Из здания вышли Холод и его бойцы. Подошли к пленникам, уставились на Пионера. Рыжий перевернул его ногой. Лицо Пионера было очень бледным, искаженным.

— И какого хрена с ним случилось? Ваша работа? — спросил Холод.

— Если бы мы так умели, вы бы тут не стояли, — ответил Ник. — Это инсульт.

— Откуда знаешь?

— Вижу. Я целитель.

— Инсульт у иммунного? — усомнился интеллигент, впервые заговорил.

— Пионер какую-то дурь долбил постоянно на привалах. Она давление в космос загоняет и кровь от нее густеет. Слушайте, давайте разбежимся? — нашел в себе силы Кирилл. — Нам ваши дела неинтересны. А мы пойдем своей дорогой.

— Легенда у вас хорошая, но вот он, — указал на Ника. — Ее портит. Поедете с нами. Скиф, освободи им ноги.

Кирилл внутренне взвыл. Нужно что-то делать. Когда их посадят в броневик и привезут… куда привезут, уйти будет в миллион раз сложнее. Он посмотрел на Алису, улыбнулся ей. Девушка не ответила, смотрела вопросительно. Кирилл едва заметно кивнул.

Рыжий перерезал веревку на ногах Алисы, девушка встала. Затем наступил черед Ника, он тоже поднялся. Когда Скиф склонился над сидящим Кириллом, Холод вдруг покачнулся и осел, словно у него подрубили ноги. Скиф удивленно повернул к нему голову, раскрыл рот, но сделать или сказать что-то не успел. Кирилл изо всех человеческих и квазовских сил ударил его связанными кулаками в кадык. Скиф страшно захрипел, выронил нож и схватил себя за горло, кашляя сгустками крови.

Ник не терял времени. Кулак Кирилла едва-едва врезался в горло рыжему, как он схватился за ствол автомата оставшегося противника, Интеллигента, как называл его про себя. Рамов увел оружие в сторону, попытался повалить врага массой своего тела, сделать подсечку ногами. Интеллигент перестал тянуть оружие на себя, отпустил автомат и вытащил из кобуры пистолет.

Выстрелить ему не дал Кирилл. Он, ревя как паровоз, врезался ему в ноги и опрокинул.

— Нож! — крикнул Кирилл Алисе.

Интеллигент отбивался бешено, отчаянно, со звериной жестокостью и решимостью, присущей людям, когда понимают — шутки кончились, их убивают. Пистолет получилось выбить — Кирилл всей дурной силой взял руку на излом и кость влажно хрустнула, прорывая мускулы и кожу. Сразу стало легче, с одной рукой пыл противника значительно поугас. Но и Кириллу с Ником не давали развернуться связанные в запястьях руки. Они наседали сверху, не давая Интеллигенту встать или добраться до опасного содержимого карманов.

Подбежала Алиса, замахнулась ножом, ища куда бы всадить его Интеллигенту.

— Нет! — остановил ее Ник. — Нам веревки режь!

Кирилл сделал то, чего очень не хотел — ударил противника лбом в нос. И