Маркатис #6. Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями) - Гарри Фокс

— часть мира Мордрика, его тень, его загадка. И если Эрик полезет в это, он может создать лишние проблемы. Как для неё, так и для себя. А ещё — в голове проступило отчётливое, холодное осознание: «Помочь ей значило бы помочь Мордрику. А помочь конкуренту — значит ослабить свои собственные шансы на то, чтобы стать тем, кого ждёт мадам Вейн. Она ждёт человека, который умеет выбирать правильные битвы. И эта — не моя». Он отбросил мысли о девушке, как отбрасывают ненужную вещь. Это было не его дело. Он не мог позволить себе отвлекаться. Он должен был сохранять ясность ума и сосредоточиться на своих собственных целях, и не дать этому чувству отвлечь его от его истинного предназначения.

Наследный принц Роберт Арканакс продолжает укреплять свои позиции как ключевая фигура имперской политики. Его действия оказывают многоуровневое воздействие на империю: от военной реформы до экономических изменений и социального климата.

Положительные аспекты:

1) Укрепление западных границ. Активное участие Бладов в баронских выборах и усиление обороны Лизерборна создают дополнительный щит против возможной агрессии Эгнилоса.

2) Рост доверия со стороны военных кругов. Личная победа над Алой Розой и тактическая перестройка армии вызывают уважение среди профессиональных военных. Участие потомков Гинейлов и вассалов Бладов подтверждает, что наследный принц способен объединять разрозненные силы.

3) Укрепление связей с Бладами. Союз с домом Бладов становится всё более прочным. Герцог Каин Блад официально поддерживает Роберта, а герцогиня Лана Блад публично демонстрирует верность наследному принцу.

4) Повышение авторитета среди простого народа. Личные инициативы принца, направленные на справедливость и помощь слабым, формируют в глазах крестьян и мелких торговцев образ «справедливого правителя».

Нейтральные аспекты:

1) Неопределённость в среде аристократии. Некоторые дома (например, Эклипсы, Штернау) занимают выжидательную позицию. Они не выступают открыто против, но и не спешат присягать на верность.

2) Перестройка системы вассалитета. Реформа армий и сокращение частных войск создаёт временный хаос. Вассалы адаптируются, но процесс требует времени и может вызвать сопротивление на местах.

3) Изменения в управлении баронствами. Процесс выбора нового барона Лизерборна одновременно укрепляет влияние Бладов и создаёт поле для интриг среди кандидатов.

Негативные аспекты:

1) Экономическая напряжённость. Сокращение частных армий и перераспределение ресурсов ударило по доходам некоторых домов. Это вызывает скрытое недовольство и замедление производственных процессов.

2) Рост влияния радикальных сил. Появление графини Людмилы Светлой и её сторонников вносит раскол. Её идеи о «чистоте» и кострах находят отклик у консервативной части аристократии и угрожают стабильности.

3) Угроза со стороны Эгнилоса. Военные приготовления Эгнилоса не прекращаются. Это создаёт дополнительную нагрузку на западные провинции и требует постоянной готовности к обороне.

4) Социальное напряжение. В крупных городах (особенно в Вельмархте) растёт недовольство среди простых людей, вызванное нестабильностью и слухами о возможной войне.

Поддержка населения:

* Народ:

Среди крестьян и горожан растёт симпатия к Роберту, особенно среди тех, кто пострадал от произвола старых аристократов.

* Дворянство:

Мелкие дома и обедневшие дворяне видят в нём шанс на усиление. Крупные дома — открыто поддерживают. Колеблющиеся дома сохраняют нейтралитет.

* Духовенство и релегиозные круги:

Разделены. Часть поддерживает графиню Людмилу, часть — имперский порядок и реформы принца.

* Купцы и торговцы:

Заинтересованы в стабильности. Поддерживают Роберта, так как его реформы обещают упорядочение торговли и снижение произвола.

* Гильдии и ремесленники:

Ожидают. Новые порядки пока не принесли видимых улучшений, но слухи о справедливости принца вызывают осторожный оптимизм.

Атмосфера в империи:

* Ожидание. Вся империя замерла в ожидании развития событий. Война с Эгнилосом, исход баронских выборов, судьба реформ — всё это создаёт состояние неопределённости.

* Напряжение. Границы на западе готовятся к обороне. На востоке — наблюдение за ОГД. Внутри — интриги и перегруппировка сил.

* Надежда. Многие видят в Роберте нового правителя, способного объединить разрозненные земли и провести реформы без крови.

Имеются тайные собрания, которые обсуждают политику за стенами без ушей. Они считают, что принц не тот, кем кажется. И вскоре культ и «Треугольник Ужаса» вернутся.

Арты: принцесса Эгнилоса, графиня Алой Розы и портрет Роберта Арканакса.

Комната утопала в полумраке.

Тяжёлые бордовые портьеры были задвинуты, и только пламя камина да редкие свечи в высоких канделябрах отбрасывали на стены дрожащие, живые тени. В воздухе пахло воском, старым деревом и чем-то сладковатым — то ли от духов, то ли от дыма, который тонкой струйкой поднимался от догорающих поленьев.

На стене, прямо напротив камина, висел портрет.

Он был большим, в массивной позолоченной раме, и на нём был изображён молодой человек с ярко-синими волосами и пронзительными синими глазами. Он смотрел прямо перед собой, с лёгкой, едва заметной усмешкой, будто знал что-то, чего не знали другие. Его лицо было спокойным, почти надменным — таким, какое бывает у людей, привыкших побеждать.

Принцесса Аурелия стояла в трёх шагах от портрета, держа в руке тонкий метательный нож. Её золотые волосы струились по плечам, а сапфировые глаза, обычно спокойные и холодные, сейчас горели ледяным огнём. На ней было тёмно-бордовое платье с золотой вышивкой, глубоким вырезом и длинным разрезом, открывающим стройную ногу.

Рядом с ней, чуть позади, стояла графиня Элизабет фон Розенкранц. Её чёрные, гладкие как смоль волосы были собраны в низкий пучок, открывая тонкую шею. Чёрные глаза — без единого светлого пятна — смотрели на портрет с холодным, почти хирургическим интересом. Она была в тёмно-изумрудном платье с серебряной вышивкой, и в её руке тоже был нож.

— Он смотрит на меня, — сказала Аурелия. — Даже на портрете он умудряется смотреть так, будто я ему что-то должна.

— Тогда сделай так, чтобы он больше не смотрел, — спокойно ответила Элизабет.

Аурелия подняла руку, прицелилась и метнула нож. Клинок со свистом прорезал воздух и вонзился прямо в правый глаз портрета. Холст дрогнул, и на нём появилась глубокая, рваная дыра.

— Это за Марию, — тихо сказала принцесса. — Она могла бы быть моей подругой. Вместо этого она выбрала его.

— Не она выбирала, — поправила Элизабет, поднимая свой нож. — Это он её украл. Он забрал всё, что должно было принадлежать нам. Торговлю, влияние, союзы. Даже нашу гордость.

Она бросила нож. Клинок вонзился в лоб портрета, прямо над переносицей. Рама чуть дрогнула, и маленький кусочек штукатурки упал на паркет.

— И он выжил, — продолжила Аурелия, беря