Маркатис #6. Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями) - Гарри Фокс

— Извините за грубость, господин. Но не могли бы Вы покинуть мой дом? Я должен… ознакомиться со своим товаром.

Мордрик посмотрел на него. Тяжело, пристально, с тем выражением, которое не предвещало ничего хорошего.

— Лицензия.

Мужчина замер.

— Что?

— Лицензия на раба имеется? — повторил Мордрик. — У тебя есть документ, подтверждающий, что она твоя собственность?

— О… господин, — мужчина замялся, его глаза забегали, — она же не с нашего материка…

— Тогда у тебя нет доказательств, что она принадлежит тебе, — перебил Мордрик. — Верно?

Мужчина колебался. Его пальцы теребили край грязного тулупа, он переминался с ноги на ногу, но не решался ни ответить, ни возразить.

— Я дам тебе десять крон за неё, — сказал Мордрик.

— Я отдал за неё…

— Не хочу даже думать, откуда у нищего больше десяти крон! — гаркнул Мордрик, и мужчина съёжился, как побитая собака. — Я даю тебе десять крон за неё и дам пять крон ещё, если дашь мне информацию о твоём торговце.

Мужчина посмотрел на девушку. Она сидела неподвижно в углу. Потом он перевёл взгляд на монеты в руке Мордрика, сплюнул на грязный пол и сухо, почти с облегчением, сказал:

— Ладно. Местные шлюхи всё равно приятнее.

Он взял деньги, торопливо пересчитал, затем нехотя рассказал, где видел торговца, как тот выглядит и когда обычно появляется в городе. Мордрик слушал, запоминал, кивал.

Затем он подошёл к девушке.

— Пошли со мной, — сказал он, протягивая руку.

Она испуганно посмотрела на него, потом на мужчину. Её глаза расширились, но она не шелохнулась. Мужчина, пряча деньги, усмехнулся:

— Да, вали. Знатный член тебя отымеет сегодня.

Мордрик развернулся и, не говоря ни слова, врезал мужчине по лицу. Тот рухнул на пол, хватаясь за разбитый нос. Из пальцев посочилась кровь.

— Моли богов, чтобы рыцари не пришли и не отрезали твой язык за подобные слова, — сказал Мордрик, глядя на него сверху вниз. Голос его был спокойным, почти равнодушным, но в нём слышалась нескрываемая угроза.

Девушка, увидев это, быстро поднялась, нацепила на себя мешок и, не глядя на мужчину, направилась к двери.

Мордрик выдохнул, потер шею и, глядя ей в спину, пробормотал:

— Проклятье. Хотя с твоей необычной внешностью, может, мешок будет временно правильным решением.

Он вышел за ней, прикрыв за собой дверь. Морозный воздух ударил в лицо. Девушка остановилась и замерла, ожидая его решения.

— Идём, — сказал Мордрик, беря её за руку. — Я найду, где тебя приютить. А потом… разберёмся.

Кэйтлин стояла в тени обветшалого навеса, прислонившись плечом к холодной каменной стене. Её тёмно-бордовое бархатное платье с высокой вышивкой на воротнике резко контрастировало с грязью и убожеством этой части города. Снег мягко падал на её длинные розовые волосы, но она не обращала на это внимания. Её единственный глаз — второй был скрыт за золотой повязкой с трезубцем — пристально следил за происходящим у покосившейся хижины.

Она видела, как Мордрик вышел, как за ним, спотыкаясь, вышла девушка с мешком на голове. Он взял её за руку, и они направились в сторону центра.

Кэйтлин ухмыльнулась. Её губы тронула лёгкая, почти ласковая улыбка.

— А вот наша рыбка и поймала в сети рыбака, — прошептала она, почти беззвучно.

Она достала из складок платья небольшой коммуникатор, покрытый серебряным узором. Пальцы её быстро пробежали по сенсорной панели, набирая короткое сообщение:

«Беглянка в доме Лизерборна. Под наблюдением. Жди инструкций.»

Она отправила. Спрятала коммуникатор обратно.

Улыбка стала шире, но в ней не было тепла — только холодное, почти хищное удовлетворение. Она ещё раз взглянула на удаляющиеся фигуры — Мордрика, ведущего девушку в сторону дома кандидатов, и тихо рассмеялась себе под нос.

Кэйтлин развернулась и, не оглядываясь, направилась в сторону рынка — туда, где среди шума и суеты можно было легко затеряться.

Арт вышел корявым чуток. Но вы поняли)

От автора: с 18:00 до 00:00, будет глава. А то порой задерживаюсь.

9 февраля. Обед.

Я рухнул на стул с таким чувством, будто меня только что пропустили через магическую мясорубку, а затем собрали обратно — но с ошибками. Голова гудела, перед глазами всё ещё плавали формулы и схемы, которых я, кажется, никогда не пойму.

— Занятия стали жёстче, или мне просто кажется после долгого перерыва? — выдавил я, прижимая ладонь к виску.

— Я в полном ахуе, — сухо ответил Зигги. — Я не выспался, я ничего не понял на лекции по теории потоков, и профессор смотрел на меня так, будто я лично оскорбил его мать.

Он сидел напротив, уставившись в тарелку с такой интенсивностью, будто надеялся, что суп сам расскажет ему все ответы на вопросы.

— Ты хоть что-то записал? — спросил я.

— Записал, — ответил он, не поднимая глаз. — Только это, кажется, не то, что он говорил. И не по той теме.

Я не стал уточнять. Я сам был в том же состоянии.

Девушки за столом, напротив, выглядели куда более бодрыми. Катя, Таня, Лана и Мария сидели, спокойно перекусывая, и время от времени поглядывали в коммуникаторы. Катя даже не поднимала головы, что-то быстро печатая. Мария листала экран с сосредоточенным видом. Лана держала свой коммуникатор в руке, но смотрела скорее в сторону, чем в него.

— Чем вы там заняты? — спросил я, пытаясь заглянуть в экран Марии.

Она повернула его так, чтобы я увидел — сфотографированные страницы учебника с подчёркнутыми абзацами и пометками на полях.

Я тут же резко передумал любопытничать.

— Понял. Не надо.

Мария усмехнулась, но ничего не сказала.

— А где Малина? — спросил я, оглядывая стол. На обед она не пришла.

Лана, не поднимая глаз, ответила:

— Она занята. Дела баронства. Не хочет отвлекаться.

— Какие дела?

— Не знаю, — сказала Лана, и в голосе её послышалась лёгкая усталость. — Но это касается выборов. Она сказала, что сама разберётся.

Я не стал расспрашивать. У меня и своих забот хватало.

За столом снова воцарилась тишина, нарушаемая только звоном ложек и изредка — голосами соседних столиков. Зигги пытался съесть суп, но было видно, что он делает это скорее по инерции, чем от голода.

Жанна и Аларик.

Жанна шла по коридору, надеясь, что её никто не заметит. Но надежда была тщетной.

Из-за колонны, прислонившись плечом к стене, появился Аларик. Он был в форме, с каменным лицом и глазами, которые смотрели так, будто он уже всё решил.

— Жанна, — сказал он. — Нам нужно поговорить.

Она остановилась, но не