Маркатис #6. Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями) - Гарри Фокс

Мордрик остановился и окинул взглядом линию обороны.

— Так, — сказал он себе тихо, — посмотрим, что здесь можно улучшить, пока мы ещё не начали воевать.

Он сделал шаг вперёд. Ему нужно было понять, как этот регион сможет выжить, если Эгнилос решит ударить. И как он сможет помочь ему выжить.

Мордрик отошёл от оборонительных стен, когда заметил движение на окраине. Среди редких прохожих, закутанных в потёртые тулупы, выделялась странная пара. Мужчина — сутулый, с острыми плечами, в грязном овчинном тулупе, тянул за собой фигуру, укутанную в мешковатое одеяние. На голове у неё был плотный мешок, затянутый верёвкой у шеи, и её руки, бледные и тонкие, были скованы кандалами. Она шла, спотыкаясь о неровную мостовую, и от холода её плечи тряслись мелкой дрожью. Она не издавала ни звука, не пыталась сопротивляться, просто покорно брела за мужчиной.

Мордрик замедлил шаг, но не остановился. Он сделал вид, что рассматривает покосившуюся вывеску на ближайшем доме, пока пара не скрылась за углом. Затем он спокойно, без лишней спешки, двинулся следом, держась на расстоянии. В его голове уже крутились вопросы: «Работорговля? Долговая кабала? Или что-то похуже в этом забытом богами городе?»

Он прошёл за ними через несколько кривых улочек, где дома стояли вплотную друг к другу, а под ногами хлюпала грязная жижа, смешанная со снегом. Мужчина свернул в тупик, где ютилась низкая, покосившаяся хижина, обшарпанная, с подслеповатым окошком, затянутым бычьим пузырём. Он распахнул дверь, втолкнул девушку внутрь и скрылся за ней.

Мордрик остановился в тени навеса, задумчиво потирая подбородок. Мысль мелькнула быстрая, холодная: «Надо было взять кого-то с собой. Хотя бы одного из тех здоровяков из таверны. Хотя и это могло всё испортить. Там могут быть и другие, а я без оружия. Только ремень. И намерения, разумеется».

Он помедлил всего мгновение. Тишина за дверью казалась подозрительной — ни криков, ни звуков борьбы. Девушка молчала. Мужчина тоже.

Мордрик подошёл к двери, постучал — три коротких, уверенных удара, без колебаний.

Дверь приоткрылась на цепь, и в щели показалось лицо мужчины — худое, с испитым лицом, окружённое спутанными волосами. Его глаза бегали, пальцы нервно сжимали край двери.

— Чего Вам, господин? — спросил он.

Мордрик улыбнулся — добродушно, даже приветливо, как если бы речь шла о погоде или о том, который час. Он слегка развёл руками, показывая, что пришёл без оружия.

— Да вот, гулял, смотрю, как тут у вас жизнь идёт, — сказал он, заглядывая через плечо мужчины в тёмное нутро хижины. — А Вы, я смотрю, гостью принимаете. Может, я не вовремя? Просто мне показалось, что она выглядит… уставшей. И не совсем по своей воле. — Он выдержал короткую паузу, не сводя глаз с лица мужчины. — Так что я решил спросить. Вдруг ей нужна помощь?

Мужчина цыкнул.

— Не требуется, — сказал он, и голос его стал жёстче, но в нём послышалась неуверенность. — Что-то ещё?

— Могу ли я поинтересоваться у леди? — спросил Мордрик, не сходя с места.

— У леди? — усмехнулся мужчина, и усмешка его была кривой, с надрывом. — Будет Вам, господин. Такую дрянь леди называть? Вы, наверное, чуток обезумели.

Мордрик не повысил голоса. Он просто посмотрел на мужчину — спокойно, даже лениво.

— Грубите аристократу? — переспросил он. — Шея, видимо, устала голову держать.

Мужчина замер. Его глаза бегали, пальцы на двери дрожали. Он сглотнул и, помедлив, медленно снял цепь.

— Я не хотел оскорбить Вас, — сказал он, и голос его сел. — Проходите.

Мордрик шагнул внутрь.

Хижина была бедной до нищеты — земляной пол, стены из грубо отёсанных досок, в углу дырявая печь, из которой тянуло дымом и холодом. Единственный свет давала тонкая свеча, воткнутая в бутылку. В углу, на куче тряпья, сидела та самая фигура — девушка в мешковатом одеянии, с мешком на голове. Она не шевелилась.

— Развяжи и сними мешок! — приказал Мордрик, не глядя на хозяина.

Мужчина помедлил, но подошёл и дрожащими пальцами развязал узел, стащил мешок.

Девушка подняла голову.

Мордрик замер.

Он не мог сказать ни слова. Воздух, казалось, вышибло из лёгких.

Она была красивой — не той, броской красотой, что сразу бросается в глаза, а той, тихой, почти неземной. Её каштановые волосы были коротко, грубо отстрижены, словно ножом, и это делало её похожей на дикого, раненого зверька. Её глаза, слишком большие для её худого лица, смотрели прямо на Мордрика. Они были ярко-голубыми, почти светящимися даже в полумраке хижины.

Но самое странное — на её тонкой шее, чуть выше ключиц, горел узор. Он не был татуировкой, не был магическим знаком, он казался вплавленным в саму кожу, как рубин, пульсирующий слабым, тёплым светом. Узор напоминал восточные вензеля — изящные, текучие линии, которые, казалось, дышали.

Мордрик перевёл взгляд на мужчину. Тот стоял, сжавшись, и смотрел в пол.

Мордрик наконец выдохнул. Он смотрел на неё, и слова застревали в горле. Потом он перевёл взгляд на мужчину:

— Кто это? Что за…

— Раса? — выдохнул мужчина, и голос его сорвался. — Не знаю. Сказали, с другого полушария.

Мордрик нахмурился. Его брови сошлись к переносице, и он посмотрел на мужчину так, будто тот только что сказал, что небо зелёное.

— Эль'Кор-Ши плоская, — сказал он. — Какое другое полушарие? Если в деревне плохое обучение, то это не значит, что можно не знать такие обычные истины.

— Я говорю, что мне сказали, — пробормотал мужчина, отводя глаза.

— Кто сказал?

— Торговец.

Мордрик цыкнул.

— Работорговец, — сказал он, и голос его стал холоднее. — На территории Бладов ещё не отказались от таких законов, но это не значит, что можно жестоко обращаться с девушкой.

Мужчина начал оправдываться, зачастил, замахал руками:

— Я не жестоко! Я её… я просто привёз! Мне сказали, что она… что она не человек, что она…

— Замолчи, — сказал Мордрик тихо, и мужчина тут же замолчал.

Мордрик перевёл взгляд на девушку. Она всё так же сидела неподвижно, но её глаза — огромные, голубые, светящиеся в полумраке — смотрели прямо на него, без страха, без надежды. Просто смотрели.

— Как тебя зовут? — спросил он, и голос его стал мягче.

— Лятура ши мэху точи, — ответила она. Голос был тихим, с лёгким акцентом, который Мордрик не мог узнать.

Он помолчал, переваривая услышанное.

— Понятно, — выдохнул он.

Мужчина нахмурился, но быстро взял себя в руки. Он скрестил руки на груди