Московский сыщик. 1903. Книга 3. - Максим Шаравин

— Ясно, пока мы работаем, вы тут пироги едите, — усмехнулся Рябинин, снимая сюртук.

Через пару минут все уселись за стол и приступили к поеданию пирогов с чаем.

Белозёров сидел за столом с задумчивым видом, тщательно пережёвывая пирог.

— О чём задумался, Василий Игнатьевич? — спросил Румянцев, делая глоток чая.

— Думаю о том, что расследование, начавшееся, казалось бы, с простого убийства купца Гусятникова, выходит совершенно на другой уровень, — посмотрев на Фёдора Емельяновича, ответил Белозёров.

Через полчаса, когда все поели, заговорил Рябинин:

— Давайте думать, что будем делать дальше… — не успел Аристарх Платонович закончить фразу, как за дверью раздался громкий топот, а следом — громкий стук.

— Войдите! — крикнул Воронов.

Дверь распахнулась, и в кабинет влетел взъерошенный дежурный:

— Ваше высокоблагородие! Нотариуса убили, от которого вы недавно приехали!

— Откуда узнал? — Воронов мгновенно поднялся с места.

— Из полицейского участка звонили. Аркадий Ильич с городовыми уже туда поехал. Просит вас и судебного следователя прибыть на место.

— Хорошо. Лужин ушёл уже? — уточнил Воронов.

— Нет, ваше высокоблагородие, — ответил дежурный.

— Иди к нему, пусть собирается. Скажи, что Тихон сейчас подойдёт, поможет забрать аппаратуру, — приказал Иван Макарович.

Дежурный выскочил из кабинета.

— Ну, что скажете, господа? — Воронов обвёл всех взглядом.

— Скажу одно, — заговорил Белозёров, поднимаясь. — Хорошо, что мы забрали у Боброва его блокнот. Заказчик начинает заметать следы. А вот кто будет следующим, я понятия не имею.

— Надо Горюнову сказать, чтобы усилил надзор за «Греком» и перевёл его в одиночную камеру, — Рябинин тоже встал. — Не хватало нам ещё одного трупа прямо внутри полицейского участка.

Пролётка мчалась по улицам вечерней Москвы, громыхая колёсами по мостовой. В экипаже сидели судебный следователь Аристарх Платонович Рябинин, начальник сыскного отделения Иван Макарович Воронов, полицейский надзиратель Василий Игнатьевич Белозёров и фотограф Лужин, бережно державший в руках штатив с камерой. Фёдор Емельянович Румянцев и Тихон Мохов остались в кабинете Воронова, чтобы при необходимости оперативно среагировать, если поступит новая информация.

Двухэтажный каменный дом Боброва встречал их тишиной и слабым светом, пробивавшимся сквозь окна первого этажа. Возле главного входа дежурили двое городовых, отгоняя любопытных прохожих, постепенно собиравшихся у крыльца нотариальной конторы. Из двери дома навстречу прибывшим вышел начальник полицейского участка Аркадий Ильич Горюнов и околоточный надзиратель.

— Добрый вечер, — поздоровался Горюнов и посмотрел на околоточного. — Докладывай.

— Добрый вечер, — начал говорить околоточный надзиратель, прикладывая руку к козырьку картуза. — Нашли убитым нотариуса Боброва. Ничего на месте преступления не трогали, всё оставлено ровно так, как обнаружили, ждём только вас.

— Кто именно обнаружил тело? — спросил Рябинин, подходя к крыльцу дома.

— Дворник Михей, — ответил околоточный. — Александр Афанасьевич сразу после вашего отъезда велел помощникам отменить все визиты и никого к нему не беспокоить, потом закрылся в кабинете.

— Откуда знаешь, что мы здесь были? — спросил Рябинин.

— Так помощники нотариуса и сказали. Я их допросил уже. Протоколы вот, — околоточный протянул протоколы допроса. Судебный следователь быстро пробежал их глазами.

— Значит, они ничего не слышали? — уточнил Аристарх Платонович.

— Никак нет, ваше высокоблагородие, — ответил околоточный.

— Ладно, давай дальше про дворника. Как он обнаружил, что Бобров убит? — произнёс судебный следователь.

— Дворник пошёл прочищать водосточную трубу во дворе и заметил, что створка окна в кабинете нотариуса приоткрыта, хотя на улице сырость и холод. Постучал по раме, привлекая внимание господина Боброва, но никто не отозвался. Тогда дворник принёс лестницу, поднялся и заглянул в окно, а там Александр Афанасьевич на столе лежит и не шевелится. Дворник перепугался, забежал в приёмную и сообщил помощникам. Они позвонили в участок и меня нашли. Я по прибытии дверь выбил, думал, у господина Боброва может приступ какой и врач нужен, но он уже это… того. Помер. Да и как тут не помереть-то. Там всё кресло в крови… — околоточный надзиратель замолчал.

— Трогал руками что-нибудь? — спросил Белозёров, подходя ближе.

— Никак нет, ваше благородие, — ответил околоточный.

— Аристарх Платонович, я пойду гляну следы возле окна. Если дверь заперта была изнутри и убийца ушёл через окно, то, может, там следы есть, хотя скорее всего дворник всё затоптал, — сказал Белозёров. — А Пётр Степанович как раз успеет общие снимки сделать.

— Хорошо, Василий Игнатьевич, — кивнул Рябинин и вместе с Горюновым, Вороновым, Лужиным и околоточным пошёл в кабинет нотариуса.

Белозёров проводил их взглядом и направился на задний двор дома.

Как Василий и предполагал, все возможные следы убийцы были затоптаны дворником, а возле окна продолжала стоять лестница. Недолго думая, он поднялся по ней к окну и осмотрел подоконник. Не найдя ни следов, ни отпечатков, Василий спустился по лестнице и направился в кабинет нотариуса.

Александр Афанасьевич Бобров сидел в кресле за своим большим письменным столом. Его тело бессильно откинулось на спинку, а голова лежала на груди. Всё кресло было в крови. На полу была лишь маленькая лужица, в которую продолжала изредка капать кровь.

Белозёров подошёл ближе к столу и внимательно осмотрелся.

— Заказчик действовал очень быстро, — тихо произнёс Василий Игнатьевич. — Убийца пришёл к нотариусу почти сразу после нашего отъезда.

Белозёров посмотрел на Лужина:

— Пётр Степанович, вы общие снимки уже сделали?

— Только кабинета. Так что отойди в сторону, Василий, я продолжу. Потом тело осмотрим, — ответил фотограф.

После того как Лужин закончил со снимками, они приступили к детальному осмотру. Пока Пётр Степанович делал снимки, Белозёров оглядывал кабинет, отмечая для себя характер повреждений и расположение вещей, чтобы восстановить картину случившегося.

Кабинет нотариуса подвергся быстрому, но весьма опытному обыску. Книги на полках шкафа были чуть сдвинуты, бумаги из папок на столе вытащены и свалены в кучу на полу, а выдвижные ящики письменного стола выдернуты и выпотрошены. Особое внимание убийцы привлёк сам стол. Потайная крышка, за которой находился секретный тайник Боброва, была грубо выломана с помощью прочного ножа или фомки. Лакированная древесина вокруг крышки была покрыта глубокими царапинами и сколами.

— Видите, Аристарх Платонович? — Белозёров указал на вскрытый тайник письменного стола. — Очень похоже, что искали блокнот