Безнадежный - Элси Сильвер

— Бейли.

— Да?

Мои губы касаются кожи там, где ее шея соединяется с плечом. Я еще не целовал ее губы.

Я все еще не уверен, что должен. Не уверен, что восстановлюсь.

Не уверен, что смогу уйти после этого.

— Игнорируй их. — Я провожу пальцами по ее волосам с той стороны, где собираются люди, пытаясь отвлечь ее от взгляда.

Мы застыли в напряженном, тихом моменте. Моя рука в ее волосах, моя рука на ее спине, загоняя ее в клетку.

— Игнорируй их, — снова говорю я, когда мы снова поднимаемся.

— Это трудно, — шепчет она мне на ухо, и ее голос звучит немного надломленно.

Когда мы миновали толпу и направились обратно в вечернее небо, я спрашиваю: «Ты это имеешь в виду?» Я провожу ее руку между моих ног к своему члену.

Она втягивает воздух, но не отстраняется. Ее рука почти мгновенно сжимает меня через джинсы, словно она просто не может сдержаться.

— Или ты имеешь в виду, как сильно я собираюсь укусить тебя за засос, который ты оставила на моей шее в прошлый раз?

Я не даю ей возможности ответить, прежде чем вцепляюсь в нежную плоть ее шеи. Одна рука скользит под ее юбку, сжимая ее задницу достаточно сильно, чтобы оставить следы и там.

Ее резкий вздох просачивается сквозь мои коротко подстриженные волосы и по шее. Я отстраняюсь и смотрю на красное пятно, распускающееся на ее шее, прежде чем встретиться с ее страстным взглядом. Ранее обеспокоенные глаза Бейли теперь полны огня.

— Импульсивность тебе к лицу, Бейли, — хрипло говорю я, прежде чем снова поднять ее бретельку на плечо, а затем прижать ее к груди на всю оставшуюся дорогу.

Держать ее кажется достаточно безопасным. Безопаснее, чем снова ее целовать, чем снова кусать. Лучше отступить сейчас, пока мы оба не сошли с ума и не зашли слишком далеко.

Я не могу спать. Я пробовала.

Когда я закрываю глаза, я вижу Бо.

Я чувствую запах Бо.

Я чувствую вкус Бо.

Я слышу Бо.

Я чувствую, как руки Бо касаются меня, словно я действительно его. Я чувствую, как его член твердеет для меня.

Мой мозг все время занят Бо. Такое чувство, будто у меня застряла песня на повторе. Та, которую я не могу выкинуть из головы.

Мозг все время пропускает упоминание о том, что между Бо и мной ненастоящее.

Мило, как я, что выйти из режима мысленного бармена, чтобы заснуть, было трудно.

Но это хуже, чем ощущение круговорота всю ночь, которая обычно преследует меня в постели.

Намного хуже. Я нормально кружусь, и это нисходящая спираль, что я слишком возбуждена, чтобы остановиться.

Я проверяю свой телефон. Сейчас 1:54 ночи, и я установила будильник на шесть минут.

Так что нет смысла пытаться заснуть. Я намеренно готовлюсь к тому же, чтобы пройти по коридору и нацепить веселый вид. Один, где я притворяюсь, что не трогала его член в публике, на семейном мероприятии.

Я даже не уверена, здесь ли Бо. После ярмарки он проводил меня до дома, завел во внутрь и сказал, что идет к Кейду. Затем запер за мной дверь.

Итак, я осталась одна и предоставила себе. Своими порочными мыслями.

Моя голова превратила меня в кроличью нору того, как город раскрутит то, что мы сделали. Они сочтут меня дешевой шлюхой. А Бо будет бедным, грустным солдатом, который просто пытается найти свой путь. Они скажут, что я по праву выпускаю пар.

Я просто слышу, как старые девчонки, которые встречаются за утренним кофе в Ле Памплемус, будут говорить об этом.

Эта грязная девчонка Дженсен терзает бедного Бо Итона.

Благослови Бо. Благослови его доброе гребаное сердце. Для человека, который видел так много, он определенно надел розовые очки, когда дело касается меня и моей репутации.

Может быть, мы оба недооценили, насколько сильно этот город меня ненавидит, потому что я не думаю, что обещание его фамилии хоть как-то поможет.

На самом деле, это может ухудшить ситуацию.

С помощью этой помолвки я перемещалась по городу как тень. Теперь я передвигаюсь с большой чертовой мишенью на спине, ради чего следуют куча завистливых глаз, которые, кажется, следят за мной везде, куда бы я ни пошла.

Я падаю на спину и прижимаю ладонь к глазницам, готовясь встать с кровати. Мои руки опускаются, когда из коридора доносится звук будильника. Пронзительный повторяющийся сигнал на несколько мгновений нарушает тишину… За ним следует грубое «Блядь», а затем тяжелые шаги.

Я лежу на спине, насторожившись и прислушиваясь.

Тихий щелчок двери. Более мягкие шаги. А потом... тишина.

Я проверяю телефон. Сейчас 1:59 ночи. За минуту до моего будильника.

Клянусь, я считаю, что Бо стоит у моей двери. Мы задерживаем дыхание вовремя. Эти встречи в формате 2:11 негативно влияют на наш сон и способность здраво мыслить.

Легкий стук. Бабочки в животе.

— Бейли?

Мое сердце колотится. Это не рутина.

Это я поставила будильник. Я свешиваю ноги с кровати, и футболка, которая мне велика, падает до середины бедра, когда я ступаю на прохладный пол. Потянувшись к дверной ручке, я замираю. Не знаю почему. Бо не пугает меня и не заставляет чувствовать себя неловко. На самом деле, всё наоборот. Но у меня пересыхает в горле, а тело напрягается, как пружина. Если бы я не сжимала пальцами металлический рычаг, моя рука бы дрожала.

— Да? — спрашиваю я.

— Ты проснулась?

Я усмехаюсь.

— Это чертовски глупый вопрос для оператора первого уровня.

— Открой дверь, — ворчит он, явно раздражённый моим ответом.

Но кто меня может винить? Это был глупый вопрос.

Я открываю дверь и вижу своего большого глупого солдата. Его тело практически заполняет коридор, поглощая пространство и воздух. Он — силуэт в тёмном коридоре, освещённый мягким светом из его комнаты позади него. Загадочное присутствие Бо поглощает все тени вокруг него, прямо в его тьму.

Включая меня.

— Ты поставил будильник? — Я медленно приближаюсь к нему, вцепившись пальцами в дверной косяк, чтобы не упасть, как будто это может помешать мне дотянуться до него.

— Да, но мне это было не нужно. Я теперь каждый день просыпаюсь в два часа ночи.

— Но не в 2:11 же?

— Ну, я не знаю. Не успел.

Я покусываю нижнюю губу.

— Тогда почему ты продолжаешь позволять мне ставить будильник и будить тебя, чтобы поплавать?

Он пожимает плечами и опускает взгляд.

— Мне нравится плавать с тобой.

— Значит, ты просто