(Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание - Александра Воронцова
Мне стало страшно.
На секунду мне показалось, что все было подстроено.
Совсем все, как раз для того, чтобы проклятые Ренци получили мою кровь и смогли убрать меня с дороги к своей цели.
Паника накатила так внезапно, приступ был настолько сильный, что я даже не поняла, как это произошло.
Я атаковала.
И вновь метила в Дориэна.
Удар вышел на удивление сильным, и он мог бы для Ренци с его хлипкой защитой стать смертельным, если тот не уклонится. А Дориэн и не подумал этого делать, не знаю, что у него было в этот момент в голове, но на мгновение мое сердце перестало биться.
Время замедлилось.
Этот миг, в который мое заклинание ударило Ренци прямо в сердце, а тонкая оболочка того самого неактивного щита неожиданно вспыхнула, отражая атаку, растянулся на вечность.
Я забыла дышать и, когда щит поглотил удар, оставив Дориэна невредимым, я наконец смогла вдохнуть воздух. Голова закружилась. Перед глазами потемнело. Спасительный, хоть и позорный, обморок принял меня в свои объятья.
«Я старательно натягивала рукав порванного платья на длинную глубокую царапину.
— Дай посмотреть! — яркие синие глаза упрямо смотрели в мои.
— Еще чего! Мне и небольно совсем!
На самом деле было больно. Острый длинный шип боярышника пропорол кожу глубоко, но я больше боялась взбучки от тети. Я уже прикидывала, куда спрятать рваное платье, чтобы не выслушивать нотации о том, как должны вести себя маленькие леди. По мне им полагалось быть ужасно скучными занудами. Я как раз недавно узнала это слово — зануда. Оно как нельзя точно отражало то, кем мне предстояло стать в ближайшем будущем. Иначе всем за меня будет стыдно.
Если тетя увидит платье, головомойки мне не избежать.
А еще противных тушеных овощей на ужин и запрета гулять по поместью без надзора.
— Если ты мне покажешь, я покажу тебе свой шрам, — заинтриговал меня приятель.
— Точно покажешь? — начала торговаться я.
— Клянусь Покровителем!
Посопев, я подняла пыльные оборки. Глянула и сама и поморщилась.
Кровь выступила с одного края царапины и собралась в противную каплю.
Пока я размышляла о том, удастся ли мне скрыть свою рану, мальчишка наклонился и слизнул каплю.
— Что ты делаешь? — заинтересовалась я.
Мне не ответили вместо этого, вырвали из травы два листа подорожника. Один из них мой друг потрепал так, что выступил сок, и выдавил его мне на рану. А второй прилепил сверху.»
— Мне кажется, это уже тенденция, Чаргетто, — отчитал меня Ренци, когда черный туман рассеялся у меня перед глазами. — Я про то, что ты пытаешься меня убить. А я потом почему-то ношу тебя на руках.
Он и в самом деле держал меня у себя на коленях, сидя в кресле посреди всего этого бардака.
— Ты меня напугал. Сильно. Я не хотела.
— Я так и понял, — сурово согласился Дориэн, усаживая меня поудобнее и уложив мою голову себе на плечо. — Предлагаю на экзамене тебя просто разозлить или напугать. И ты сразу станешь нормальной и начнешь швыряться фаерболами или чем помощнее.
— Неужели ты думаешь, что до тебя никому не приходила в голову подобная идея? — кисло спросила я и поморщилась, голова опять раскалывалась и подкатывала тошнота. Я теперь, что, всегда буду от малейшего напряжения исчерпывать резерв? — Меня и пугали, и злили. Все без толку. И только тебя я готова убить.
— Всегда знал, что я особенный.
Кажется, желание треснуть Ренци и чем-нибудь посильнее у меня никуда не делось. Впрочем, я могу немного повременить. Прямо сейчас я чувствовала, как он делится со мной силами.
— Ты нес какую-то чушь. Что я не могу быть ей. О ком ты говорил?
— Это не важно, — отмахнулся Дориэн, но я не отставала:
— Знаешь, что это некрасиво? Ты сказал, что та незнакомка была лучше, чем я. Хотя бы скажи, как ее звали.
— Ван. Ванесса.
Когда-то я не выговаривала некоторые буквы и вместо «Фран» говорила «Ван». Естественно, почти все считали, что это сокращенное от Ванессы.
Все-таки мне придется разгадывать секрет Ренци, потому что непостижимым образом он стал и моим.
Глава 64. Дедукция
— И одно ее упоминание погрузило тебя в боевой транс? — нарочито насмешливо спросила я.
Затаив дыхание, ждала ответа.
Я пока вовсе не была уверена, что стоит рассказывать Ренци, что презренная дочь преступника Чаргетто и его обожаемая Ванесса — одно и то же лицо. Честно говоря, сказать очень хотелось, чтобы посмотреть на выражение его физиономии.
Только уж очень остро Дориэн отреагировал.
Еще и упрекнул в каких-то «штучках рода Чаргетто». Меня все больше волновала та часть репутации моей семьи, о которой я и не подозревала. Завтра, пока Ренци будет встречаться со своей проклятой невестой, у меня появится возможность отправить письмо тете. В академии, разумеется, тоже был ящик для магической отправки, однако, я подозревала, что мою почту захотят проверить. Лорд Фаджио непременно не откажет себе в желании засунуть породистый нос не в свое дело.
На мой вопрос Ренци ответил неожиданно тепло:
— Ван была лучшая.
Это было произнесено с искренним восхищением, отчего я внезапно ощутила что-то наподобие укола ревности.
Какая глупость — ревновать к себе же! К невесте же я его не ревновала!
Потому что не с чего. У меня не было никаких чувств к этому наглому снобу, который постоянно распускает руки.
Но то, как он говорил о Ван, заставило меня захотеть, чтобы хоть кто-нибудь так же отозвался обо мне.
Я все еще не могла поверить, что Дориэн — это тот самый синеглазый мальчуган. Такого просто не могло быть. Но, что удивительнее всего, Ренци меня не узнавал. Допустим, я могла не разглядеть друга детства в напарнике. Все-таки он вырос, возмужал, черты лица его переплавились во взрослые. Но я-то почти не изменилась! Разве что волосы потемнели.
Почему-то стало обидно.
Я отстранилась от Дориэна и слезла с его коленей.
— Уже готова продолжить начатое? — с насмешкой в голосе Ренци контрастировала протянутая им рука, чтоб подстраховать, если меня опять подведут силы.
— Если ты снова начнешь меня обвинять непонятно