Против канона. Счастливый финал для моего злодея - Мирослава Меленская
Ли Чжань долго смотрел на мою руку, лежащую на его предплечье. В его глазах мелькнуло что-то странное — смесь удивления и тщательно подавленного желания поверить.
— Рациональный аргумент, — наконец сухо произнес он, мягко, но непреклонно убирая мою руку. — Держись этой логики, принцесса. И мы оба доживем до конца этой непредсказуемой игры.
Он поднялся и направился к двери, ведущей в его смежную комнату.
— Спокойной ночи, мастер Чэн, — тихо сказала я ему вслед.
Он не обернулся, лишь коротко кивнул, растворяясь в темноте.
Я осталась одна. В груди ворочалось странное, щемящее чувство. Ли Чжань был именно таким, каким я его любила в новелле — холодным, расчетливым, недоверчивым параноиком с израненной душой. И чтобы растопить этот лед, мне понадобится нечто большее, чем знание сюжета. Мне придется доказать ему свою преданность не словами, а кровью.
И первая возможность для этого представится очень скоро. Ведь через три дня во дворце "Лилового лотоса" состоится ежегодный Банкет Цветения, куда, по канону, должен был тайно прибыть один из важнейших союзников Лу Фэна.
Игра только началась. И уж я точно не собиралась ее проигрывать.
ГЛАВА 7. ЯД В ЗОЛОТОЙ ЧАШЕ И НЕЗВАНАЯ СВЯТАЯ, ЧАСТЬ 1
МЭЙЛИН (Ю РА)
Три дня до Банкета Цветения пролетели в изматывающем напряжении.
Отец сдержал слово: я оказалась под строжайшим домашним арестом в собственном павильоне. Мои покои охранялись так, словно внутри хранилась Императорская печать, а не болезненная третья принцесса. Брат Лонг лично проверял караулы дважды в день, а Фэн приставил к моим дверям двух отборных «Теней», которые почти сливались с гобеленами. Императрица навещала меня каждое утро, принося редчайшие целебные сиропы и подолгу расчесывая мои волосы, всё еще напуганная тем приступом.
Единственным человеком, чье постоянное присутствие рядом со мной не вызывало у семьи лишних вопросов, был Ли Чжань в образе мастера Чэна. Лекарь Го официально подтвердил Императору, что его «огненная Ци» стабилизирует мои меридианы, и теперь Злодею был открыт круглосуточный доступ в мою спальню.
Если бы мои гиперопекающие братья знали, как именно проходят наши «медицинские сеансы», они бы поседели на месте и забыли про все манеры.
Я сидела перед туалетным столиком из полированного сандала, одетая лишь в нижнее шелковое платье. Мои волосы тяжелой темной волной спадали на спину. Ли Чжань стоял позади меня. Он снял плотные кожаные перчатки, иллюзорная личина наемника слегка рябила, обнажая острые скулы и упрямую, волевую линию подбородка истинного Темного принца.
— Расслабься, — его голос, низкий и хриплый, завибрировал в тишине комнаты.
Его большие, мозолистые ладони легли на мои обнаженные плечи. Контраст был невероятным: моя ледяная, фарфоровая кожа и его обжигающий, грубый жар. Я непроизвольно вздрогнула, подаваясь назад, в спасительное тепло его мощной груди.
Ли Чжань не отстранился. Его пальцы профессионально скользнули ниже, нажимая на ключевые точки меридианов вдоль позвоночника. Густая Темная Ци, мастерски замаскированная под тепло, хлынула в мое тело, растапливая утренний лед проклятия. Это было больно, но одновременно приносило такое острое, щемящее облегчение, что я едва сдерживала стон.
Я подняла глаза и встретилась с его взглядом в отражении бронзового зеркала. В его серо-фиолетовых омутах плескался холодный расчет, но зрачки были чуть расширены. Он сканировал мое состояние с хладнокровием палача и внимательностью лучшего лекаря одновременно.
— Вы сегодня необычайно щедры на Ци, Ваше Высочество, — прошептала я, чувствуя, как на щеках расцветает предательский румянец.
— Сегодня Банкет Цветения, — ровно ответил он, продолжая массировать узлы энергии на моей спине. Каждое его движение было выверенным и властным. — Ты должна выглядеть достаточно здоровой, чтобы выдержать многочасовую церемонию, и достаточно сильной, чтобы твои иллюзии не развеялись от первого же сквозняка.
— Вы сомневаетесь в моем мастерстве?
— Я сомневаюсь в твоем инстинкте самосохранения, принцесса, — Ли Чжань убрал руки. Жар мгновенно исчез, оставив после себя фантомное покалывание на коже. Он отступил на шаг, вновь полностью натягивая на себя маску грубого Чэна. — Расскажи план еще раз. Если мы собираемся рисковать головами в тронном зале, полном Императорской гвардии, я хочу быть уверенным, что ты ничего не упустила.
Я развернулась к нему, набрасывая на плечи теплую шаль. Мой мозг переключился с фанатского трепета на жесткий стратегический режим.
— Сегодня вечером на банкет прибудет посол Чжао из королевства Нефритовой Реки, — я заговорила тихо, чеканя каждое слово. — Официально он привезет дары в честь весеннего цветения и предложит моему отцу выгодный торговый союз. Неофициально — Чжао является одним из главных казначеев Лу Фэна.
Ли Чжань сузил глаза:
— Нефритовая Река финансирует Орден Света?
— Именно. И посол Чжао привезет не просто золото. В качестве главного дара Императору он преподнесет «Благословенный Лотос» — древний артефакт, который якобы очищает разум и укрепляет здоровье правителя.
Я сделала паузу, вспоминая сюжетные строки, от которых у меня когда-то сводило скулы от гнева.
— Этот лотос — красивый троянский конь, господин Ли Чжань. Под слоем фальшивой светлой магии в нем скрыт паразит. Если отец поставит его в своих покоях, артефакт начнет медленно выкачивать его жизненную силу, передавая ее Ордену, и одновременно служить маяком для Безликого. Через полгода мой отец сляжет от "неизвестной болезни", и никто не сможет его спасти.
Лицо наемника оставалось бесстрастным, но воздух вокруг него едва заметно потемнел.
— Твоя задача, принцесса? — сухо спросил он.
— Вывести посла Чжао на чистую воду. Когда он откроет шкатулку, я использую Иллюзию Истинной Сути. Это высшее плетение моей семьи, оно срывает любые маскировки с магии. Я заставлю всех в тронном зале увидеть гниль, скрытую в лотосе.
— И какова же моя роль?
— Не дать Чжао уничтожить артефакт, когда всё вскроется. И... защитить меня, если Лонг решит сначала рубить головы всем вокруг, а потом задавать вопросы.
Ли Чжань усмехнулся. В этой кривой,