Господин ищет не любовницу - Илиоса
Он заплатит. Ну, конечно! Мне заплатят за роль эскортницы. Боже, Оксана, до чего ты докатилась?!
Воздух между нами стал горячим, будто мы стояли слишком близко к огню.
Я вздохнула.
— И что же я должна делать?
— Просто быть рядом. Держать мою руку. Смотреть на меня так, будто для тебя нет никого важнее в зале. И если кто-то спросит… скажешь, что да, мы вместе и кресло нам не помеха. Пусть видят, что между нами есть искра. Даже если она будет только для них.
Я помолчала, взвешивая не риск потерять место, а риск потерять себя в этой игре.
— Хорошо, — наконец сказала я. — Я подыграю. Но только если вы пообещаете одну вещь.
Он чуть приподнял бровь, будто не привык, чтобы ему ставили условия.
— Какую?
— Что, когда мы вернёмся домой, вы согласитесь на одну процедуру. Эксперимент. С вашим телом.
Он смотрел на меня долго, а потом засмеялся.
— Обещаю, — наконец произнёс он. — Думаю, ничего хуже, чем уже со мной произошло, не случится.
Я кивнула, принимая это как сделку. А Лортас ещё не подозревал, что я задумала.
— Тогда мне понадобится красивое платье.
Лортас чуть склонил голову, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на живой интерес.
— Я всё оплачу. Все твои сборы. Выбирай всё самое лучшее. Моя любовница должна выглядеть шикарно.
Я не сдержалась и закатила глаза:
— А вы щедрый любовник, господин Лортас! Но не делайте из этого больше, чем есть. Это просто спектакль.
— Именно, — согласился он, но в голосе его прозвучало что-то упрямое, будто он уже верил в эту ложь чуть больше, чем следовало. — Спектакль. И пусть он будет безупречным.
12
Выбранное мной за несколько дней до вечернего приёма платье доставили рано утром. Не в коробке, не в простом чехле, а на руках у двух молчаливых служанок, будто это был не кусок ткани, а произведение искусства.
Оно переливалось тёмно‑винным цветом, будто впитало в себя все закаты, какие только бывали в этом городе. Ткань была тяжёлой, но струящейся, и когда я провела по ней пальцами, она отозвалась мягким шелестом, почти как шёпот.
— Это… слишком, — тихо сказала я, пока служанки расправляли складки.
— Ничего не «слишком», — раздался голос Лортаса.
Он не стоял в дверях, опираясь на трость, хотя мне хотелось бы увидеть его стоящим на ногах (и у меня уже были идеи, как попробовать поднять его). Он по-прежнему был в своём кресле, но сидел в нём так, будто оно было не клеткой, а троном. Кресло чуть скрипнуло, когда он наклонился вперёд, подавшись ближе, чтобы лучше рассмотреть платье.
— Если мы играем, то играем по‑крупному. Пусть они смотрят на мою спутницу и не могут оторвать глаз.
Я обернулась, чувствуя, как внутри всё сжимается от его взгляда. Он не смотрел на платье. Он смотрел на меня так, будто уже видел меня в нём, и эта картина ему нравилась чуть больше, чем следовало по всем правилам приличия.
— Я никогда не носила такие вещи, — призналась я, сама удивляясь, что вообще говорю это вслух.
— Ерунда. Уверен, ты справишься, — спокойно ответил он, и в этих словах не было ни лести, ни шутки.
Девушки помогли мне переодеться и сразу удалились. Когда застёжки оказались на месте, я вдруг почувствовала, как ткань обнимает меня, подчёркивая изгибы, которых я обычно старалась не замечать. Волосы уложили в причёску, не ту, что носят скромные сиделки, а ту, в которой каждая прядь будто бросала вызов.
— Ну что, — Лортас чуть склонил голову, оглядывая меня, и в его глазах мелькнуло то, что он тут же попытался спрятать за привычной холодностью. — Теперь ты выглядишь как дорогая женщина, на которую не жалко тратить деньги.
— Вероятно, так звучит комплимент из ваших уст, — улыбнулась я. — Благодарю. Вы тоже ничего так выглядите.
Он хмыкнул, и этот звук был почти смехом.
— Ничего так? — он чуть приподнял бровь, и в этом движении было столько аристократической надменности, что я невольно улыбнулась шире. — Звучит так, будто ты делаешь мне одолжение, признавая, что я не выгляжу посмешищем.
Я пожала плечами, стараясь скрыть, как на самом деле он меня поразил. В чёрном костюме, строгом и безупречном, будто сшитом не для человека в кресле, а для того, кто привык ходить по дворцовым залам, Лортас выглядел… шикарно. Одежда сидела идеально, подчёркивая широту плеч, осанку и ту сдержанную силу, которая всё ещё жила в нём, несмотря на проклятое сидячее положение.
— Пора, Ксана.
И мы отправились в путь.
Вечер встретил нас шумом, светом и запахом дорогих духов, который смешивался с терпким ароматом воска от сотен свечей. Дом господина Велмара был роскошен, как и гости.
Мы вошли в зал именно так: Лортас в своём кресле, я рядом с ним. И в этом движении было столько дерзости, что разговоры не смолкли, господа просто резко сменили тему. Я чувствовала, как взгляды скользят по мне, оценивая, взвешивая, пытаясь угадать, кто я такая и как попала в постель к Лортасу.
Лортас не смотрел по сторонам. Он смотрел только на меня.
— Дай мне руку, Ксана.
Я вложила пальцы в его ладонь, чувствуя, как под кожей напрягаются жилы, как он сжимает чуть крепче, чем нужно, будто цепляясь за эту игру, как за спасательный круг.
Мы двигались по залу не быстро, не торопливо, а так, чтобы все успели