Эротический хоррор для похотливых домохозяек - C. В. Хант
Как и она.
Сначала все шло по плану, никто не хотел раскрывать свою истинную сущность и отпугивать потенциального партнера. И хотя они в значительной степени знали, из чего сделан другой, никого это не волновало. Она убедила его вернуться к ней домой в качестве ее мужа. Всего через несколько дней. Довольно рискованное предложение.
Но она никогда не видела его с этой стороны. Она подумала, что, возможно, перешла черту, заточив его на чердаке. Но в то время она не знала, что собирается с ним делать, и отложить его на некоторое время было лучшим подходом.
Не то, чтобы она хотела убить его сразу.
Как у нее хватило наглости связать его и оставить на чердаке? Да еще на несколько недель. Иногда вверх ногами. (Он и не подозревал, как ему повезло, что она его кормила. Обычно. Когда дело касалось Мэдди, это никогда не было само собой разумеющимся. Пятый и шестой мужья погибли на чердаке).
Проблема была в том, что она все время забывала, что Нанос там, наверху.
Что-то было надето на ее лицо, что-то вроде маски, но даже после быстрого моргания она ничего не увидела. Единственное отверстие в этой маске было маленьким для рта. Когда она облизнула губы, они были воспалены и покрыты порезами; вкус крови, густой и металлический, также появился у нее в горле.
Она поняла, что связана с головы до ног, пока боролась с невидимыми оковами. Она дрожала не от холода, а от ужаса и осознания того, что она голая. Она также чувствовала колющую боль в бедрах и руках; как будто осколки стекла из рамок для фотографий вонзились в ее плоть. По крайней мере, это было похоже на осколки стекла. Кто знал, что, черт возьми, он, возможно, уже успел с ней сделать?
Она внезапно почувствовала его приближение, и он не стал терять времени. Он схватил ее за толстые, полные груди, его рот обхватил сосок и сильно пососал. Его переполняла ярость.
Она бесполезно извивалась под ним, крича, выкрикивая его имя, умоляя его остановиться.
Он, очевидно, нашел это забавным.
Это был не первый раз, когда на нее нападали. Она хотела бы подавить то насилие, но у нее никогда не получалось.
* * *
Он был такой важной частью ее жизни... такой могущественный. Фигура отца, которому она доверяла, которым восхищалась и ради которого сделала бы все. Но когда она пришла к нему домой, как делала это много раз до этого, на этот раз все было по-другому.
Он напоил ее вином и накормил свежими фруктами, и ее молодость и неопытность опьянили ее намного быстрее и легче, чем это случилось бы с другими девушками. Он начал медленно... прикасался к ее рукам, держал ее ладони, подносил одну к своим губам, его поцелуй затягивался до такой степени, что заставлял ее чувствовать себя неловко. Ее неопытность - девственность - позволила ему действовать на нее сильнее, чем она должна была позволить. Но она была неопытна и не хотела его злить.
- Мэдди, - прошептал он ей на ухо, - ты же знаешь, что я люблю тебя, правда?
Нет, это была новая информация. От этого ей стало еще более неуютно. Что ей было с этим делать? Он был крупным и мускулистым мужчиной средних лет, который, как она знала, привык добиваться своего. Он был могущественным лидером мужчин. И женщин, по-видимому.
Поэтому, когда он схватил ее за руки и притянул к себе для поцелуя, она ахнула.
- Что ты...
Но он заставил ее замолчать более сильным поцелуем, подняв ее на ноги с дивана. Он наполовину подтащил, наполовину понес ее к спинке дивана и уложил лицом вниз поверх подушек. Он задрал ее длинное платье выше бедер и стянул трусики с бедер до лодыжек, уронив их на пол. Ногой он грубо раздвинул ее ноги.
- Нет, пожалуйста!
Но ее приглушенный крик был поглощен подушками, а он, казалось, ничего не заметил или ему было все равно.
Она почувствовала его скользкие от слюны пальцы внутри себя, его большой палец потирал ее клитор. Его толстые, мясистые пальцы прощупывали ее "киску", проскальзывая по одному, пока четыре не оказались глубоко внутри, накачивая и растягивая ее. Ощущение было такое, как будто он пытался разорвать ее на части.
Она истерически рыдала, умоляя и упрашивая... пока ему явно не надоело, и он не шлепнул ее открытой ладонью по заднице, вложив в это всю свою силу. Она закричала от боли.
- Хватит! - заорал он. - Больше ни слова!
Он взял ее сзади, медленно вводя свой огромный твердый член в ее влажное влагалище, раздвигая ее губы. Она почувствовала, как он проникает глубже, и ахнула, в ужасе от того, что должно было произойти. Она никогда раньше не была с мужчиной и задавалась вопросом, все ли они такие огромные.
Он толкался, все так же медленно, пока не вошел полностью, а затем вышел.
Она вздохнула с облегчением, что все закончилось! Это было ужасно, но, по крайней мере, она это пережила. Это было не так больно, как ей...
Внезапно он вошел в нее, всей своей неистовой мужской силой врезавшись в нее, с силой швырнув ее на диван. Каждый толчок вызывал новую волну боли, и, казалось, это длилось целую вечность.
Она ничего не могла с собой поделать и снова умоляла его остановиться. Но она перешла черту. Она ослушалась его.
Он схватил ее с дивана и швырнул на пол. Она ударилась головой и на мгновение увидела звезды. Пульсирующая боль пронзила ее виски, а из носа потекла кровь. Она встала на колени и заметила лужу крови под ними обоими, льющуюся из ее растленных отверстий. Он ударил ее ножом? Откуда взялась эта кровь? Ее тошнило, отчаянно хотелось сбежать, но у него были другие идеи.
- Поднимайся, - сказал он, держа свой все еще твердый член в руке. - Открой рот.
Она знала, что говорить было бы ошибкой, но она не могла представить, что эта покрытая кровью и жидкостью штука попадет ей в рот.
Она не знала и половины всего.
Он толкал ее назад, пока она не прислонилась к дивану, все еще стоя на коленях. Он привел ее в более вертикальное положение, пока ее голова не оказалась на уровне его промежности.
-