Миры Брэма Стокера. Дракула. Свободные продолжения. - Вуди Аллен
— Что читаешь? — рыкнул Дракул на ухо юноше. Юнец наконец вздрогнул, со стуком уронив древнюю книгу на каменные плиты. Рваный вздох вырвался из его груди, когда он попытался повернуться на своём стуле, но запутался в собственных ногах и обрушил себя, своё пальто, стул, ненужные вещи со стола и ещё полдюжины книг в недостойную груду. Дракул не засмеялся при виде этого, хотя и хотел.
Мальчинка открыл рот, чтобы заговорить, издал похожий на крысиный писк, затем сглотнул и попытался снова, высоким и громким от страха голосом:
— А тебе какое дело?
Какая наглость!
Дракул наклонился и поднял книгу, замурлыкавшую от силы в его мёртвых пальцах:
— Мне? — он широко улыбнулся для пущего эффекта. — Мне нет до этого никакого дела. Однако ты вторгся в мой дом, забрался в моё убежище и раздражаешь меня.
Запах страха мальчишки смешался с гуляющим по крови Дракула опиатом и ударил ему в голову. Приятно, хотя и несвоевременно.
Юноша сжал губы, вся краска отлила от его лица. Его ноздри раздувались от частых, неглубоких вдохов, пока он пытался поустойчивее сесть на полу.
Дракул не стал дольше ждать:
— Берегись, мальчик, ты мне не ровня. Я требую ответов и получу их. Что ты читаешь?
— Слова, — юнец улыбнулся, действительно улыбнулся, и Дракул ощутил неприятный запах.
Удовлетворение? Немыслимо!
— Умно. Очень умно, но не стоит думать, что это спасёт твою жизнь. — Дракул повертел в руках томик. — Я видел времена, когда умников вроде тебя сжигали, вешали, ломали им кости и, — он ностальгически улыбнулся, — сажали на кол только за владение этой книгой. Дьявольские знания, так называли это люди Божьи, когда совершали работу Дьявола против науки.
— Я не верю в Бога. — Мальчишка с вызывающим достоинством вздёрнул подбородок, а затем, когда Дракул приподнял бровь, уточнил: — Я верю в то, что вижу. Я никогда не видел ни Бога, ни Дьявола. — адамово яблоко дернулось на его горле, когда он сглотнул. — Их не существует.
— Теперь ты видел Дьявола! — Дракул дотянулся тенью до дешёвой лампы и легко потушил пламя. Во внезапной темноте его глаза видели не лучше, чем глаза его жертвы, но ту выдавал шум дыхания и шорох движения. Вампир рассмеялся, протянув когтистую руку к источающему ужас человеку: — Я ожидаю, что ты воззовёшь к Богу, прежде чем мы расстанемся!
Внезапно юнец рванулся вперёд, обхватил графа руками и чем-то хлопнул по его груди:
— Гевурой я призываю тебя! — половину этих слов Дракул не знал, в отличие от той силы, которая сгустилась от них в воздухе. — Хокмой и Нецахом, я призываю тебя! — заклинатель перешёл на задыхающийся пронзительный визг, когда Дракул сжал его тонкую шею: — Кефером и Малкутом, я призываю тебя! Приди, Уриил, Архангел Мёртвых, ко мне на помощь!
Холодный, голубой призрачный свет закружился вокруг вампира, обжигая и леденя его давно мёртвую кожу. Миллион крошечных пылинок слились в огненный шар, а затем, словно молния, словно таран ударили в грудь Дракула. Сила отшвырнула его к ветхой стене, добыча выскользнула из его рук и вырвалась на свободу.
* * * * *
Ал рискнул оглянуться, только пробежав с полмили.
— Он… он не пошёл за мной. Сработало. Сработало! — он замедлил шаг, но не мысли. — О боги, это сработало. По-настоящему!
Недоверие Ала сменилось спорадическим весельем. Он перепрыгнул через изгородь и помчался по пастбищу, не обращая внимания на хрип в лёгких.
— Подумать только, я сделал это. Я! Я мог бы… прочь с дороги, дурацкая овца! Но я не… проклятье! А теперь… — Он злорадно расхохотался в небо. На противоположном берегу реки часы самой высокой лондонской башни пробили четыре.
Он достиг деревни и перешёл на рысь, почувствовав себя в безопасности в окружении коттеджей, но не в силах перестать удивляться своему открытию вслух.
— Сила этих книг! Я мог бы править миром! Книги… проклятье!
Жестокая реальность вырвала его из самодовольных фантазий: во время панического бегства из склепа в Карфаксе он забыл о всех книгах, кроме той, которую сжимал в руках.
У Ала перехватило дыхание от боли. Он остановился, всхлипывая и пытаясь рассмотреть единственную книгу, которую удалось спасти. Было слишком тёмно, даже луна уже давно зашла. Ал повертел грубую кожу в руках, прищурился, поднёс томик к лицу и ещё немного напряг зрение. Напрасно. Он от души выругался. Затем пробившийся сквозь живую изгородь отблеск света привлёк его внимание. Церковь! Десятки свечей и укрытая от ветра скамья, на которой можно читать! Ал едва взглянул на каменную резьбу с названием «Святая Екатерина» над дверью, спеша к церковному окну. Рассмотрев обложку, он снова выругался:
— Святые яйца Христовы! Долбаный немец!
Внезапно ему захотелось плакать. Ал побрёл обратно к крыльцу церкви и погрузился в раздумья:
— Знаешь, ты должен вернуться, — фыркнув, сказал он сам себе, — за это ничего не выручить. Ты должен забрать те книги. Полтвистл сдаст тебя легавым, если ты этого не сделаешь.
Ногу свело судорогой. Ал рассеянно сорвал с себя обувь, измазав руки овечьими катышками. Он чертыхнулся, вытер грязь о церковные ступени и помассировал ногу.
— Он умер. Ты его убил. Ты сам это видел, — он помолчал, потому что на самом деле ничего такого не видел. — Ну, почувствовал.
Ал встал и запрыгал на одной ноге, надевая сапог.
— Ну что ж. Возвращайся. За книгами. Иди… — в затылке закололо; из темноты в конце переулка сверкнула пара светящихся гранатовых глаз.
— Вот дерьмо! — не успев обуться, Ал рванул к двери и изо всех сил потянул за защёлку, — Проклятье! — споткнувшись о порог, он ударился и покатился по каменному полу. Сапог улетел куда-то в сторону. Он рванул ногу в безопасное место, с ужасом наблюдая за появлением монстра из темноты. У него была белая, бескровная и восковая, если не считать единственной красной полосы на лбу, кожа. Алые губы скривились от ярости, приоткрыв острые, длинные, как у дикого волка зубы. Руки заканчивались когтями. Сердце