С мечты о небе. Книга 1. - Виталий Соколов

бой СБ четвёртого: нож в моих руках работал уже не как у любителя, но «не как у любителя» это ещё не «как у мастера», а Сержант, если верить Айболиту, делал возможным начать подготовку, не выходя из центра. «Аристо» я решил взять целиком: этикет и родословные пригодятся в любой момент, а понимать правила общества, в которое ты попал, не менее важно, чем уметь защищаться. Подумав добавил Хакинг взлом и прошивка искинов.

После этого свободное место на нейроке практически закончилось. Базу программирования, специальный курс, я загрузил Сенсею. Хакинг хотелось загрузить тоже, но я остановился: сначала нужно понять, что именно собираешься взламывать, а не начинать со взлома, да и Сенсей, который будет изучать программирование вместе со мной, подскажет мне, что стоит знать, а что нет. Копии всех баз с кристалла я передал Айболиту, отдельно распорядившись удалить их из памяти центра, если сюда проникнет кто-то посторонний. Он подтвердил приказ без лишних слов, и в его голосе мне послышалась странная нежность, как у человека, которому доверили самое ценное. Кристалл я вставил обратно в оправу, амулет положил в сейф вместе с ключом и чипами, и створка закрылась.

Теперь оставалось только начать.

Я вернулся в медицинский блок, ещё раз проверил расписание и лёг в тренировочную капсулу. Она оказалась чуть жёстче и теплее медицинской, как кресло пилота, и пахла не дезинфекцией, а чем-то металлическим, похожим на оружейное масло. Ремни легли поперёк груди и бёдер сами, без щелчков, и я невольно улыбнулся: то ли от воспоминаний о лётной академии, куда меня так и не взяли, то ли от мысли, что хотя бы в виртуальности я могу позволить себе что угодно.

— Айболит, запускай обучение.

— Принято, Ан Тип. Базы загружены, параметры капсулы проверены. Начинаю процедуру.

— Курсант Тишков! — рявкнул Сержант. — Спать сюда пришёл?!

Я улыбнулся. Крышка начала опускаться, и в просвет двери я успел увидеть палату напротив и над кроватью тусклые пластиковые звёзды, оставшиеся с тех времён, когда в этом центре жили дети, и маленький бальзовый планер на полке.

«До встречи через десять дней», — сказал Сенсей.

Крышка закрылась.

Из тренировочной капсулы я вывалился буквально на четвереньках. Лёгкие работали, будто я только что пробежал марафон, мышцы мелко подрагивали, а каждый вдох отзывался жжением в груди. Последние слова Сержанта ещё звенели в голове: «Зачёт, курсант Тишков. Вольно. И не вздумай решить, что я тобой горжусь». Стоило крышке подняться, и голос оборвался на полуслове. Тишина после его баса показалась странной, почти осиротевшей.

— Сенсей! Я его сделал!

«Поздравляю, Ан Тип. Ты заслужил это».

— Да уж, заслужил…

Я откинулся на спину и уставился в потолок. После того, что устроил мне Сержант, удивляться было нечему.

Начиналось всё безобидно. Когда я поднял «Тень» до третьего ранга, а ножевой бой СБ до четвёртого, мне показалось, что пора переходить к практике, и я полез в тренировочную капсулу сразу после обеда. Сержант выслушал мой план молча, потом рявкнул так, что у меня заложило уши: «Знания в голове, курсант, а в ногах у тебя что? Через тридцать секунд будешь хватать воздух, как рыба на берегу!» К вечеру мой обед остался в капсуле, а следующие недели превратились в сплошную физическую подготовку.

Айболит объяснил мне это позже, когда я лежал на кушетке и пытался не потерять сознание.

— Боевые базы «Тени» выше третьего ранга вам закрыты, юный господин. Дело не в возрасте, а в том, что тело ещё не готово. Вы выполните нормативы, и допуск откроется: ограничение действует только на боевые дисциплины, остальные базы доступны без оговорок. Единственное исключение методы дознания и допросов: здесь решают психические показатели, и пока они не позволяют.

Нормативы Сержант принимал сам. Бег, силовые упражнения, выносливость, координация и реакция, и всё под непрерывным контролем, потому что капсула создавала телу настоящую нагрузку: в виртуальном кроссе у меня горели лёгкие по-настоящему, а ноги наливались свинцом к третьему километру. Сержант вёл счёт в десятых долях секунды и каждую ошибку объяснял голосом и стилем, не оставлявшим сомнений в его педагогических талантах.

— Тишков! Ты чем бежишь, ногами или благими намерениями? Ещё круг!

Когда я наконец решил, что хуже уже не будет, начались сами занятия, и стало хуже. Меня били регулярно, методично и с педагогической целью. Сержант не позволял закреплять ошибочные движения, безжалостно использовал каждую открытую позицию и объяснял мои промахи самым наглядным способом, то есть очередным ударом. После первого месяца я перестал спорить с его методами и просто старался не падать. Он бросал мне коротко: «Не отвечай на каждый удар, курсант. Выживи три секунды, и он сам откроется. Бей по суставу, а не по лицу, лицо у него крепче твоего кулака».

Следующие месяцы мы с Сенсеем проходили десятидневные циклы под ускорением, а потом шли пересдачи нормативов. Он сам не мог учить базу программирования: искин усваивает такие базы только параллельно с разумным, и поэтому каждый цикл мы проживали вместе, я головой, он в собственном процессе, и шаг за шагом довели специальный курс до пятого ранга. Кроме того, выполнив нормативы, я получил допуск до четвёртого ранга на боевых базах Теней. Айболит сам огласил это, как оглашают решение суда, и добавил: «Это не поощрение, а констатация. Вы дошли до этого сами».

Спустя полгода я сдал итоговую квалификацию: пять минут против трёх противников одновременно, без критических ошибок. Сержант, как выяснилось, не любил красивых побед.

— Курсант Тишков, — сказал он на последней секунде, — ты дрался, как баран, но баран упрямый. Зачёт.

Продержался я не красиво, а упрямо, на остатках сил и с твёрдым намерением не доставлять ему удовольствия ещё одним провалом. После душа и нормального обеда я почувствовал себя почти человеком, причём настолько, что решил выбраться наружу и поохотиться. Кроглы за последние месяцы успели соскучиться по моему вниманию, а я по возможности размяться без инструктора, который пытался превратить меня в универсальное оружие.

Оконный лаз, из которого я когда-то выбрался навстречу первому кроглу, я давно заложил плитами, а лестницы у главного входа обрушил с помощью дроидов Айболита, так что единственным рабочим выходом остался технический тоннель за парковкой. Я прошёл по нему привычным маршрутом, проверил в подсобке снаряжение, убедился, что «Кречет» заряжен, и вышел к руинам искать следы.

Кроглы держались обычно у зарослей и разрушенных зданий, где было где спрятаться, и я уже знал, как их искать, на что обращать внимание и какие места лучше