Сиротка Пердиды - Стефан Вул

— Вы сказали — Сильвен?

— Да. Мы назвали его Сильвен Бадер. А товарищи звали его Силбад.

Макс вскочил.

— Что?!

Затем он ловко скрыл своё замешательство, не дав старому Бадеру заметить, насколько потрясло его услышанное. Притворился, будто ослышался: ему казалось жестоким вновь сводить двух людей, столько лет проживших порознь и разделённых пространственно-временным смещением.

Старик показал ему фотографии. На одной был маленький мальчик с металлическим шлемом на голове, на другой — подросток с измученным лицом. Ошибки быть не могло: это был Силбад. Только гораздо моложе, но совершенно узнаваемый…

Силбад умер на той же неделе. Агония была мучительной. В бреду он по-детски звал Микро или тихонько скулил:

— Спой мне песенку Атрала голосом мамы…

Когда всё закончилось, Макс распорядился поместить тело в саркофаг, чтобы похоронить Силбада на Девил-Болле.

Белль горевала так, словно потеряла близкого родственника. Максу пришлось утешать её.

— Вы думаете, Силбад обрадовался бы, увидев, как вы плачете? Он бы ещё обвинил вас в том, что вы затуманиваете небо Девил-Болла.

— Как это?

— Вспомните: зелёный цвет!

Сквозь слёзы она улыбнулась.

— Если он нас слышит, — сказал Макс, — то наверняка со мной согласен.

Белль удивлённо посмотрела на него.

— Вы верите в посмертное существование, Макс?

— Не знаю. Это выше нашего понимания… Взять хотя бы Силбада. Он обратился к самому себе в прошлом. Старик помог спасти ребёнка, которым когда-то был сам. Но если он, уже взрослый, всё-таки был спасён, значит, и Клоди должен был спастись. Причём при тех же обстоятельствах! Получается, существует некое постоянство прошлого… и будущего. Точнее, следовало бы сказать — имманентность… Ах, да что я несу, Белль! Наверное, всё уже предопределено…

Белль снова улыбнулась — печально и насмешливо. Затем спросила:

— А было ли предопределено, что великий Макс впервые в жизни потерпит неудачу в путешествии?

— Что вы хотите сказать?

— Вспомните, Макс. Вы всегда хвастались, что выходите победителем из любой передряги. Говорили: «Разве в моём характере проигрывать?» А теперь вы потеряли сразу двух дорогих вам людей — хотя это был один и тот же человек, — несколько месяцев, потраченных на бесполезное путешествие, и целое состояние, заключённое в вашем грузе. Вы уязвимы перед чем угодно, только не перед чувствами. Вот за что вас и следовало бы ухватить, чтобы заставить споткнуться. Не так ли?

Теперь улыбнулся и Макс.

— Тут всё зависит от обстоятельств. Чувства могут принести мне гораздо больше, чем отнять. В сущности, это путешествие оказалось для меня полезнее всех предыдущих, вместе взятых.

Белль даже слегка возмутилась:

— Вы и тут нашли способ…

Он перебил её:

— Я не об этом. Не о деньгах.

Макс посмотрел на неё и подумал, что она великолепна. В поднятых к нему глазах ещё мерцали недавние слёзы. Чуть припухшие губы, приоткрытые в ожидании и обрамлявшие жемчужный блеск зубов, делали её желаннее, чем когда-либо.

Он уточнил:

— Я собираюсь увезти с Девил-Болла сокровище, какого ещё никогда не было на борту моего звездолёта…

Голос его слегка охрип. Наконец он признался тихо, проникновенно:

— Но всё зависит от вас.

Белль уже всё поняла и сама потянулась к нему, отдаваясь его объятиям.

КОНЕЦ