Тени сумрака - Эльхан Аскеров
Ухватившись за древко, он потянул бердыш на себя, и тот, выдвинувшись вперёд сантиметров на двадцать, остановился. Раздался негромкий щелчок, и панель у окна отошла в сторону.
— О как! — удивлённо хмыкнул парень. — Тут повернул, там потянул, а открылось вообще едва не за углом. Ладно, давай посмотрим, что нашли, — вздохнул он и, подхватив у камина кочергу, направился к отошедшей панели.
Зацепив край дверцы, Егор встал так, чтобы оказаться вне открывшегося проёма, и принялся открывать панель настежь. Уже на последних сантиметрах раздался тихий щелчок, и в противоположную стену ударила небольшая стрелка на уровне груди человека среднего роста.
— Вот как знал, что без сюрприза не обойдётся, — проворчал Егор, мрачно разглядывая испорченную панель.
Осторожно заглянув в открывшийся проём, парень убедился, что небольшой арбалет разряжен и, сообразив, что без фонаря в этом каземате делать нечего, снова принялся осматриваться. Небольшой свечной фонарь, стоявший в самом углу за камином, заставил его зло усмехнуться и потянуться за кресалом, с помощью которого, судя по всему, разжигали камин. Запалив свечу, он пошарил в проёме кочергой, ожидая очередной пакости, а после, подперев потайную дверцу стулом, шагнул в схрон.
В слабом свете фонаря парень разглядел старое резное бюро и широкий, крепкий сундук. Удивлённо хмыкнув, он принялся открывать в бюро все дверцы подряд, и вскоре наткнулся на несколько шкатулок разного размера. Самая большая и тяжёлая была примерно сантиметров тридцать на пятьдесят, и высотой сантиметров в сорок. Почти сундучок. Самая маленькая примерно сантиметров двадцать на сторону и пятнадцать в высоту.
Откинув крышку самой большой шкатулки, парень только понимающе усмехнулся. Она под завязку была набита золотыми червонцами. Вторая шкатулка, чуть меньше, была заполнена пятирублевками. Третья имела в себе пару горстей всяких золотых побрякушек. Четвёртая была набита пачками ассигнаций, а вот самая маленькая была полна драгоценными камнями.
— Всё равно не сходится, — подумав, проворчал Егор, задумчиво покосившись на сундук.
Отложив шкатулки, парень шагнул к этому монстру и, крякнув, с натугой откинул крышку, на которой запросто можно было спать. В мерцающем свете свечного фонаря он рассмотрел масляно заблестевшие серебряные рубли.
— Вот теперь сходится, — проворчал Егор, пытаясь прикинуть, сколько тут может быть.
Громадный сундук был набит серебром более чем на три четверти. Сообразив, что без подсчёта тут не обойтись, Егор испустил стоический вздох и, прихватив с собой шкатулки, вышел из схрона. Закрыв дверь, он не забыл выдернуть из стены стрелку и, собрав всё найденное, отправился в кабинет. К его удивлению, и бердыш и держатель под факел вернулись в исходное положение, едва только он захлопнул панель.
Егор едва успел сложить всё найденное в сейф, когда появилась Глаша с чаем. Ловко сервировав стол, девушка улыбнулась и, потупив взгляд, тихо уточнила:
— Ещё чего желаете, хозяин?
И судя по лукаво блеснувшему взгляду, предлагала она не только закуску. Озорно усмехнувшись, парень одним движением сгрёб её за талию и, усадив себе на колени, тихо поинтересовался, поглаживая девчонку по бёдрам:
— Озорничать вздумала, проказница?
— Ой, хозяин, знали б вы, как мне тот старый пёс надоел, — жарко выдохнула девушка, обнимая его за шею. — Сам уж толком не мог ничего, а все вокруг виноваты. У него только с невинными получалось нормально. А вот с теми, кого уже пробовал, почитай и не выходило.
«М-да, похоже, у этого шляхтича и вправду крыша текла основательно, — подумал Егор, понимающе кивая. — Девчонка самый сок, горячая словно печка, а ему не так».
— Хозяин, а вы у нас останетесь, или обратно поедете? — гибко изогнувшись, спросила Глаша, заглядывая ему в глаза.
— Поеду, — вздохнул Егор. — Служба у меня там. Да и хозяйство серьёзное имеется, которое тоже без пригляда не оставишь, — добавил он, вспомнив про мануфактуру.
— А возьмите меня с собой, — вдруг попросила девушка и, покраснев, закусила нижнюю губу, явно страшась собственной дерзости.
— А родители твои как же? — не понял парень. — Им же родное дитя на чужбине нож острый.
— Нет никого, хозяин. Родители второй год как померли, а сёстры все замужем. Брат тоже давно своим домом живёт. Одна я тут, словно былинка на ветру. Последышем у родителей была, да ирод этот приметил и себе забрал, — всхлипнула девушка, пряча повлажневшие глаза. — Возьмите меня с собой, хозяин. Я вам как собака верной буду. Что скажете, всё делать стану, — истово заверила она.
— Я ведь жениться на тебе не смогу. Я дворянин, — осторожно напомнил Егор, лихорадочно соображая, как лучше быть.
— Да и ладно. И так проживу. Зато вы не злой и ласковый. Всё одно мне в деревне жизни не будет. Люди пальцами тыкать станут да за спиной шептаться. А я вам служить стану. Чем прикажете, тем и буду служить, — повторила она. — Я ловкая, я всё сумею.
— Подумаю, — кивнул парень, ничего не обещая.
Но похоже, девчонке и того было достаточно. Улыбнувшись так, что в комнате светлее стало, она прижалась к нему всем телом, еле слышно прошептав:
— Я дверь закрыла. Чем угодить, хозяин?
К делам Егор вернулся часа через полтора. Глаша и вправду была девушкой горячей и на любое его пожелание отзывалась с какой-то истовой готовностью. Похоже, прежний хозяин достал её своими придирками, и теперь она просто отрывалась, таким образом словно мстя ему. Во всяком случае, кабинет она окидывала каким-то победным, даже гордым взглядом. Как будто говоря, вот, смотри, как твой победитель получает то, о чём ты и помыслить не мог.
Отпустив её, парень несколько минут сидел в кресле, приводя мысли и чувства в порядок, а после, достав из сейфа шкатулку с ассигнациями, занялся подсчётом. До этого в том же самом сейфе он обнаружил сумму в триста тысяч рублей. В шкатулке же нашлось ещё четыреста. Убрав купюры, Егор вынул шкатулку с пятирублёвками и, высыпав содержимое на стол, принялся выкладывать монеты стопками, по десять штук. Так было проще и быстрее считать.
Пятирублёвок нашлось на триста двадцать тысяч. Червонцами было ещё на четыреста. Осталось пересчитать монеты в сундуке, но этим Егор решил заняться уже дома. Торчать в