Грэм Макнилл - Ангел Экстерминатус

Как и на пути, приведшем его сюда, расстояние, которое он проходил с каждым шагом, не имело ничего общего с законами физики в реальной вселенной, и чудовищность зеленого солнца становилась понятной по мере того, как он приближался к самому сердцу Идрис. Пертурабо смотрел прямо перед собой, наблюдая за колеблющимся силуэтом в белом ореоле, который стоял на его дороге.

Фулгрим стоял на эллиптической платформе, прямо в конце моста, греясь в лучах исторгаемой солнцем энергии. Пертурабо даже не думал скрывать свое приближение, зная наверняка, что Фулгрим в курсе его появления.

— Это и есть то, зачем ты сюда пришел? — спросил Пертурабо, — Это Ангел Экстерминатус?

Фулгрим обернулся, и его приветственная улыбка была столь искренна, что Пертурабо на миг усомнился в том, что его действительно предали.

— Нет, это — ничто. — усмехнулся Фулгрим, качая головой, — Некромантия ксеносов и ничего более.

— Значит, никакого оружия не было?

— Не такого, которое способен представить твой чахлый интеллект, такого не было.

— И Ангел Экстерминатус? Он ведь тоже не существует?

— Пока нет, братишка. — сказал Фулгрим, — Но с твоей помощью скоро будет.

Фулгрим рассмеялся над его озадаченным выражением лица, слишком зло даже для победителя. — Даже после занудных предупреждений эльдар, ты продолжаешь не понимать.

— Ну, так просвети меня, — ответил Пертурабо, взваливая молот на плечо.

— Это я, — сказал Фулгрим, — Я стану Ангелом Экстерминатусом.

Форт был островком железа посреди океана зеленоватых призраков и их кристаллических приятелей. При всём том, что тела их были эфимерными, какая-то непреложная сущность прожитых ими жизней или какая-то скрытая особенность укреплений Железных Воинов не позволяла им просто пройти сквозь стены модульной крепости. Колючая проволока отрывала дымчатые куски от их тел, а физические ранения уничтожали их также хорошо, как и живых врагов. Они не могли пройти сквозь стены сами, но энергетическое оружие оживших конструкций могло пробить в укреплениях бреши для призраков. Их невесомые тела могли вскарабкаться по клепаным стенам форта, они могли атаковать бастионы, и их руки могли с легкостью вырывать сердца воинов, невзирая на защиту тяжелой брони.

Форрикс пробил кулаком кристаллическую голову высокой фигуры, как только она показалась над дымящимися обломками «Рино», когда-то бывшим частью восточной стены. Очередь снарядов комби-болтера вырвалась из затылка противника. Он отступил за спины, прикрывавших его троих изрядно потрепанных, но всё же уцелевших братьев. Железные Воины в силовой броне заняли его место.

Их пушки изрешетили призраков, прорывавшихся внутрь этим путём.

— Камнерожденный, — сказал он по воксу, направляясь к стойке в тени «Мучителя», возвышавшегося на своей платформе в центре укрепления. — Опасность прорыва восточной стены ликвидирована.

«Теневой Меч» оставался в режиме статичной боевой платформы на время атаки армии призраков. Необходимо было демонтировать форт, чтобы эта махина могла выехать. Но, учитывая, что он своими многочисленными орудиями сдерживал атаки эльдар, было неразумно бросать его в ближний бой.

— Несколько конструкций направляются к воротам, — ответил Фулл Бронн, — Здоровенные такие.

Камнерожденный вёл свою битву на верхушке башни «Мучителя», умело управляя его башенной пушкой «жнец», координируя огонь и перемещение воинов по периметру стен.

— Давай же, Торамино, — прошипел Форрикс, — Поторопи своих парней из Стор Безашх. Оглушительный рев боевых горнов и удары тяжелых кристаллических конечностей, эхом отражавшиеся от стен цитадели, указывали на то, что Титаны Мортис ведут бой с машинами эльдар где-то неподалеку. Отрывки вокс-переговоров других легионеров, которые слышал Форрикс, свидетельствовали, что только Мортис Валт продолжал битву, но он не ожидал никакой помощи от «Разбойника», было бы достаточно, если бы он каким-нибудь образом прикончил оба эльдарских Титана.

На всех четырех стенах крепости воины в отполированном железе, отделанном золотым и янтарно-черным, неустанно бились с мертвецами Идрис, с точностью хорошо отлаженного механизма. Каждый воин знал свою роль в бою, а все вместе они создавали несокрушимую оборону. Огонь их болтеров поливал площадь хорошо согласованными залпами. Как только у легионера заканчивались патроны, он отступал назад из боевого порядка для перезарядки, а его братья смыкали ряды.

В нынешней ситуации Форрикс и отряд тяжелого оружия действовали как мобильный резерв, затыкая дыры в обороне. И хотя он был единственным выжившим из всего отделения терминаторов, мощная броня усиливала его многократно, а убить его было очень тяжело. Он и его люди уже ликвидировали пять брешей, и предотвратили вдвое большее количество. Наблюдая за упорной обороной и стойкостью братьев на крепостных валах, Форрикс вспомнил о заводных автоматонах, построенных Железным Владыкой в ранние годы Крестового похода. Он вспомнил золотого льва, предназначенного в подарок примарху Темных Ангелов, который так и не был закончен, бронзового коня, которому так и не довелось стать главным украшением Никеи и великолепные часы, которые Жиллиман установил на самой высокой башне Храма Наказаний на Маккраге.

Железные Воины делали из войны искусство, умение, которое завораживало также сильно, как эпохальные баллады об отваге и мужестве Влка Фенрика или наездников Хогориса. Неоновые вспышки энергии молотили по стенам крепости, отыскивая ранее ослабленные места. Самовосстановители боролись с обширными повреждениями бронетехники, но ресурсы их были уже почти полностью израсходованы. Он оглядел внутренние фасады крепости, усеянные телами павших Легионеров, некоторые погибли от плазменных зарядов, прожегших их насквозь, другие лежали разорванные бесплотными когтями.

Да, Железные Воины сражались как хорошо смазанная машина войны, но её части уже были сильно повреждены. С такими темпами боя, они расстреляют последние обоймы болтеров в течение следующих трёх минут.

Форрикс погромыхал к воротам «Рино», как раз в тот момент, когда ярко-голубой шар энергии пробил насквозь отсек экипажа одной из машин. Металл вывернуло наружу, капли расплавленного адамантия и остатки плазмы вытекли на землю. Два «Рино» содрогнулись и покачнулись назад от чудовищного удара.

От второго удара разбитые бронемашины полетели назад, словно в них врезался осадный молот Титана.

Кружащийся как на льду танк несся прямо на него.

Форрикс выставил плечо и наклонился вперед, приготовившись к удару.