Окончание кровавой весны 91-го - Алексей Шумилов

Андрей кивнул.

— Ну что, не будем тянуть? Начинаем? — сразу спросил Владимир Евгеньевич, когда Максимов с Петром Ефимовичем приблизились.

— Объявите правила боя, чтобы все слышали, — попросил политтехнолог. Майор согласно кивнул.

— Зачем? — поморщился сэнсей. — Их и так все знают.

— Чтобы не было такой ситуации, как в прошлый раз, когда вы хотели меня дисквалифицировать и отдать победу противнику, — любезно сообщил Максимов.

— Ладно, — скривился тренер каратистов.

Он развернулся и громко объявил на весь зал:

— Бой проходит по свободным правилам. Разрешаются ударные техники, приемы борьбы, болевые, удушающие, разнообразные захваты. Запрещены тычки в глаза, удары в пах, кадык, колени.

«Последнее что-то новенькое», — отметил Максимов. — «Про колени речи не было, впрочем, я и так туда бить не собирался, поэтому возмущаться не буду».

— Доволен? — сенсей повернулся к Андрею. — Можем начинать?

— Вполне, — подтвердил Максимов. — Можем.

Андрей вставил капу в рот. Артур отступил на два шага, стал в боевую стойку. Максимов напряг ноги и поднял предплечья, прикрывая голову.

— Удачи, — прошептал в спину Смирнов и быстро пошел за пределы ковра.

— К бою готов? — требовательно глянул сэнсей на Максимова.

Андрей кивнул.

— Готов? — Владимир Евгеньевич посмотрел на Артура.

— Вотоф, — промычал блондин, поправил капу, и опять стал в стойку.

— Хаджиме, — крикнул сэнсей, резко махнул рукой и отпрыгнул в сторону.

Артур не бросился сразу в стремительную атаку, как ожидал Максимов. Плавно двинулся вперед, обозначая удары, и внимательно следя за противником.

«Раздергивает, чтобы я постоянно находился в напряжении, быстрее устал и прозевал настоящую атаку», — понял Андрей. — «Ладно, я тебя тоже удивлю».

Блондин дернул ногой, показывая начало «майн гери», и в этот же момент, Андрей рванулся вперед.

Пробил двоечку, добавил «маваши», оказавшись справа от противника. Прихватил отворот кимоно и рванул на себя, посекая стопу москвича.

Артур среагировал моментально. Двойку заблокировал ладонями, «маваши» — поднятым предплечьем, но подсечки не ожидал, и, разворачиваясь к ушедшему в сторону Андрею, потерял равновесие и шлепнулся на ковер. Максимов добил упавшего москвича кулаком в солнечное сплетение, одновременно получил удар ногой в челюсть и отлетел в сторону.

Артур, пользуясь секундным замешательством соперника, эффектно, прыжком вскочил на ноги. Оскалился, показав ободок капы, вытянул перчатку вперед и сделал приглашающий жест ладонью в духе Брюса Ли: «иди сюда».

Зал оживленно зашумел.

— Бей этого московского фраера, Андрюха, — крикнул знакомый хрипловатый голос.

«Старина Гвоздь», — мысленно улыбнулся Максимов.

Кто-то залихватски свистнул и сразу замолк.

Максимов осторожно пошевелил пальцами занывшую челюсть, кивнул повторившему на публику свой жест Артуру, принимая вызов.

Начал обходить слева довольно ухмыляющегося блондина, медленно сокращая дистанцию.

Резко дернулся вправо, имитируя атаку, моментально ушел обратно за переднюю ногу, развернулся и взорвался мощным боковым. Артур успел среагировать на первое движение, начав прикрывать голову предплечьем, остальные пропустил и получил боковой в открытый подбородок. В последний момент блондин сумел каким-то чудом уклониться на пару миллиметров, и мощный хук влетел не так плотно, как задумывался. Челюсть Артура мотнулась, капа с брызгами слюны полетела на ковер.

— Матэ, — закричал Владимир Евгеньевич, разводя бойцов в стороны.

Люди на трибуне бесновались, вскакивали, махали руками. Даже обычно невозмутимые каратисты и друзья москвичей что-то истошно орали с трибун, подбадривая своего бойца. Только один Никита, прикусив губу, сидел и напряженно наблюдал за боем.

— Ты оказался лучше, чем я ожидал, — прошипел Артур, вытирая кровь из разбитой губы. — Тем интереснее будет дальше. Я тебя на части порву, сучонок.

— Смотри, сам не порвись, в процессе, — сдвинув языком капу на бок, усмехнулся Максимов.

Рефери поднял капу, оттряхнул, подошел к Артуру и сунул ему в рот. Снова занял позицию между противниками.

— Готовы? — уточнил, поочередно глянув на каждого.

Соперники почти одновременно кивнули.

— Хаджиме!

Артур прыгнул вперед.Легкий отвлекающий удар левой. Затем «май-гери» в живот и стопа, не опускаясь на землю, развернулась и выстрелила боковым «маваши» в голову. Последний удар был настолько неожиданным и стремительным, что Максимов его зевнул. Стопа залетела между челюстью и скулой, снеся его в сторону, отбросив на пару метров, и заставив опереться ладонью на ковер, чтобы не упасть всем телом.

Владимир Евгеньевич промедлил и блондин, ещё одним прыжком сократив расстояние, влепил мощный удар кулаком по лицу Андрея, сшибая его как кеглю на татами.

— Матэ, — запоздало заорал судья, отталкивая ухмыляющегося Артура.

— Ты в порядке? — над Максимовым склонилось лицо бывшего сэнсея.

Андрей выплюнул капу. Голова немного кружилась, перед глазами плавали оранжевые круги.

— В порядке, — выдавил он.

Бой продолжать можешь? — поинтересовался Владимир Евгеньевич.

— Могу.

— Тогда вставай.

Андрей медленно, стараясь прийти в себя, начал подниматься.

— Держись, не падай так легко, я хочу как следует повеселиться, — ухмыльнулся Артур, и поправил снятую набок капу.

— Готовы? — буркнул Владимир Евгеньевич.

— Нет, не готов, — нагло заявил Максимов. — Капу забыл поднять.

— За такие моменты на соревнованиях замечания делают, — буркнул бывший тренер. — Поднимай свою капу и побыстрее.

Максимов нарочито неторопливо присел, обтер капу об полу кимоно, вставил в зубы и поднялся. Выбитая передышка позволила ему немного прийти в себя.

— Готовы?

Оба бойца кивнули.

— Хаджиме!

Артур налетел коршуном, чтобы добить. Ноги летели под разными углами со скоростью лопастей пропеллера. За несколько секунд Максимов пропустил носком в солнечное сплетение, «маваши» на излете в печень, пяткой в грудь, отбросившей его спиной на ковер. Блондин кинулся следом, перехватил запястье, рванул, поворачивая соперника на бок, намереваясь взять на излом.

«Руку ломает, как обещал», — молнией мелькнула мысль в голове.

Андрей оттолкнулся предплечьем от ковра, подбираясь с сопернику поближе, окольцевал «ножницами» бедра. Дернул, правую голень влево, левую — в обратную сторону, опрокидывая блондина на татами. Не ожидавший такого, москвич со всего размаху приложился затылком об мягкое покрытие и сразу же получил кулаком по зубам.

Максимов быстро убрал ноги, перекручиваясь на бок, но уйти с зоны поражения не успел. Получил стопой в грудь и отлетел на пару метров. Артур, злобно рыча, прыгнул следом. Пробил локтем по заклеенной брови, сбивая на бок