О писателях-земляках - Мария Андреевна Чулкина
Выразительно передает автор внутренний мир Роньжина, крестьянина, знающего цену куску хлеба; вечного труженика, привязанного к земле.
Мелешин как бы подает на ладони каждую вещь, так что хочется потрогать ее руками. Причем окружающий мир в его изображении изобилует не только красками, но и звуками, ароматом трав и хлеба. Вот Роньжин точит косу и радуется предстоящей уборке хлебов. Он с наслаждением впитывает в себя «звонкий детский содом в избе», который вместе с «нежным вжиканьем бруска по металлической ленте косы» напоминает «воробьиный гомон». Или Роньжин во время обеда: «Ел и давился. Молодая, рассыпчатая картошка с огорода жгла десны и застревала в горле. Раскрасневшаяся и помолодевшая от улыбки Паранька иногда искоса бросала на него тревожные взгляды. Вся его голоштанная казачья ребятня чмокала за столом, всей коммуной выражая восторг от вкусного ситного хлеба, из муки, купленной женой в кооперативе».
Роньжин наслаждается своим счастьем и в то же время не может оторвать взгляд от иконы пресвятой богородицы, за которую он спрятал грамоты сельсовета о прощении тех казаков, кто сложит оружие. Роньжин еще не решил, будет ли он рисковать своей жизнью, примет ли предложение Матвея Жемчужного, и эти сомнения отравляют ему жизнь.
Роньжин (в отличие от героев ранних рассказов Мелешина, данных статично) привлекает наше внимание своими переживаниями, тем, что большая, светлая правда рождается у него под влиянием испытаний.
Перелом в душе казака наступает после того, как он увидел черное, обугленное хлебное поле — дело рук бывшего атамана Михайлы Кривобокова.
Так же, как в «Любаве», перестройка сознания героя не происходит на наших глазах, и в этом проявляется жизненная правда. В пути к «волчьему логову» Роньжин будет снова метаться в страхе и сомнениях, ему предстоит выдержать длительную борьбу с собой, прежде чем он утвердится в правоте своего решения.
Образы Роньжина, Матвея Жемчужного, Михайлы Кривобокова помогают глубже раскрыть основную коллизию: драму Василия Оглоблина и Евдокии.
Василий Оглоблин стоит в стороне от борьбы, занимается своим хозяйством, мечтает о семье, любит Евдокию. Одним словом, звезд с неба не хватает. Характерен такой его диалог с Жемчужным.
«— А не боишься бандитов — один? Смотри, украдут с лошадью, уведут, убьют…
— …Меня не тронут. Я никому ничего не сделал.
Жемчужный усмехнулся.
— Значит, никому ничего, говоришь? Хм… Ну, а если тронут тебя?.. Все отберут?.. Землю отберут?!. Ту, что была, и ту, что Советская власть наделила? В батраки пойдешь?
Василий снова кашлянул, недоумевая, куда это гнет матрос, растерялся:
— В батраки… Нет уж! И землю не отдам… — Кивнул на степь: — Наша она, навечно. А чтоб никто не мешал, на то вы поставлены. Вы — войска, с конями, в оружиях… Я так понимаю. А мы паши знай да сей!..
— …Вот оно и видно, по мозгам-то, сынок, ты еще пока Оглоблин».
Василий хотел найти счастье в любви. Но оказалось, что за любовь надо бороться с бывшим есаулом и его сыном Михайлой Кривобоковым. Между Василием и Евдокией встает ненавистный им, сытый и жестокий казачий мир. Влюбленные становятся жертвами «волчьей стаи».
Любовь и ненависть, радость жизни и ужас смерти, красота мира и мрак уничтожения его, — на таких контрастах построена повесть.
Еще минуту назад казалось, что они вдвоем на всем белом свете, а впереди — безбрежное счастье, как эта степь, окружающая их. И именно теперь отомстил им «казачий благообразный» мир за тот вызов, который они бросили ему.
«…Василий стоял перед ней на коленях и с нежностью смотрел в ее зовущие, полыхающие зеленым огнем глаза, потом вдруг увидел, что они расширились, остановились, застыли, глядя куда-то мимо его, и он с испугом заметил, что остекленели зрачки в них.
В глазах ее были крик и ужас и то выражение животной боли, какое бывает у коров и лошадей, когда им прижигают раскаленное тавро.
Он не успел обернуться, как страшный удар в голову свалил его на бок. Боль хрустящая и горячая оплела его и засела в затылке… Он понял, что его хотят убить…»
Снова в контрасте дается следующая сцена. На фоне мрачной степи, рядом с отчаявшейся Евдокией появляется на коне фигура матроса Жемчужного. Его облик дан почти скульптурно: «откуда-то сверху, почти с неба, вдруг раздался резкий голос:
— Эй! Тетка!
Евдокия вгляделась: перед ней серое, усталое, круглое лицо с усами. Жемчужный. Сгрудившиеся, фыркающие в землю кони. За всадниками ало поблескивали дула винтовок».
Матрос Жемчужный. Председатель сельсовета. Комиссар. Днем и ночью он охраняет покой людей. С ним и его всадниками придет, наконец, на землю справедливость и желанный покой. Это поняла Евдокия.
Но сколько еще надо приложить усилий к тому, чтобы Василий Оглоблин и Роньжин нашли свое место в жизни, чтобы они стали хозяевами своей судьбы!
Так личные, семейные драмы в повестях «Расстрелянный ветер» и «Веселые волки» переплетаются с социальными противоречиями своего времени.
Жизненно убедительны рассказы Мелешина, в которых он стремится проанализировать те новые процессы, что происходят на далеких окраинах страны.
Так мысль о социальных переменах в тундре лежит в основе рассказа «Вижу — пою», повести «Встречай друга».
Старый оленевод Онэме за 60 лет своей жизни пересек тундру вдоль и поперек. Он слывет лучшим кочевником, а также мастером сочинять песни. Но не этим горд Онэме.
Онэме горд и счастлив тем, что может петь новые радостные песни о своем народе. Талантлив народ манси, сочинил много песен, но в старое время, когда вместе с женой красавицей Мике Онэме работал на шамана Зырку, горечь и тоска звучала в их песнях.
Старого шамана Советская власть давно прогнала. Теперь всеми делами заправляет директор совхоза. Это по его поручению Онэме пойдет разведывать места для пастбищ, будет обучать молодежь трудному искусству оленеводства. Онэме доволен сыном, который учится в городе в партийной школе, спасибо Советской власти: хорошо стал жить народ манси.
В этом рассказе автору не только удалось воспроизвести национальный колорит, но, главное, доказать, как изменился сам характер мышления народа манси. «Поселок не узнать теперь», — думает Онэме. Но вместе с поселком изменился и сам Онэме и его жена Мике. Теперь им доставляет радость заботиться не только о своем добре, своих оленях, они познали большее: приносить пользу своему совхозу, всем людям тундры.
Движение сюжета в этом рассказе определяется ходом мыслей Онэме о своей жизни, о больших переменах, которые произошли в народе манси.
Главное, за что Онэме благодарен Советской власти: она признала в нем человека. Как с равным, с ним беседует