Времятрясение - Линда Бакли-Арчер

— Какое своевременное сообщение! Мадам, я — ваш покорный слуга! — воскликнул преподобный. — Пожалуйста, примите нашу самую горячую благодарность! — Он потряс клочком бумаги перед носом Гидеона. — Это превосходные новости, превосходные!

Предсказательница испуганно оглянулась, явно не желая привлекать к себе внимание, и сэр Ричард жестом дал понять преподобному, что следует умерить бурные восторги.

— Мадам, — с легким поклоном сказал сэр Ричард, — мы очень вам обязаны.

Сэр Ричард вынул из кошелька гинею и протянул женщине. Она качнула головой и оттолкнула его руку.

— Но откуда нам знать, что она говорит правду? — спросил Питер. — Ее мог подослать Дегтярник. Может, это ловушка?

Предсказательница взглянула на Питера и сказала:

— Эта молодая леди поручится за меня!

Кэйт вдруг отошла от Питера и закрыла лицо руками.

— В чем дело, Кэйт? — встревожился Питер.

Кэйт снова схватила его за руку.

— Ничего… Со мной все в порядке. Мы можем доверять этой леди. Она — предсказательница, а синяк на ее лице — дело рук Дегтярника.

Кэйт посмотрела на женщину и вдруг ощутила смрадный запах реки, услышала плеск воды, перед глазами возникло видение комнаты с высоким потолком, набитой всяческими старинными предметами, блеклые стены комнаты поблескивали от сырости. Через круглое окно виднелись зеленовато-коричневые бурлящие воды Темзы. Она видела моряков и вздымающиеся паруса торговых кораблей. На фоне окна вырисовывался злобный профиль Дегтярника, который глядел на город.

— И все-таки почему вы решили нам помочь? — спросил Питер.

— В моих снах я всегда видела оракула. Ее лицо посещало меня всю мою жизнь.

— Какого такого оракула?

Предсказательница указала на Кэйт. Большие глаза гадалки нервно блуждали по сторонам, будто она никак не могла решиться остановить взгляд на пугающей ее девочке-призраке. Голос предсказательницы дрожал.

— Я родилась с даром ощущать эхо от того, что происходит сейчас, но это ничто, по сравнению с силами, которые проявятся в вас, миледи…

— Что вы хотите сказать? — испуганно спросила Кэйт. — Какие еще силы?

— Держу пари, вы и сами уже что-то подозреваете… По правилам, я должна выказывать вам почтение, как положено ученику, и хранить в тайне то, что в моих снах ваше появление извещает о разрушении и отчаянии. Скажите, умоляю вас, миледи, то, что я вижу, — это конец света?

Кэйт с несчастным видом посмотрела на всех и покачала головой.

— Перестаньте называть меня миледи! Никакая я не миледи… Я не понимаю, о чем вы говорите!

— Тогда я могу только молиться, видно, я не точно понимаю свои видения…

Предсказательница замолчала, увидев группу пышно разодетых людей, проходивших мимо, те громко переговаривались и передавали друг другу корзину, наполненную конфетами. У одной женщины была высоко взбитая, сильно припудренная прическа, украшенная крошечными фигурками экзотических птиц, чьи синие и желтые перья придавали живость ее туалету. Ветер усилился и сдул одну из птичек с головы дамы. Леди и джентльмены почти не обратили внимания на нашу компанию, даже на избитого Гидеона. Ветер дул все сильнее, подгоняя леди и джентльменов. Тут Кэйт увидела в грязи маленькую деревянную птичку, подняла ее и зажала в кулачке. Предсказательница, будто загипнотизированная, все еще внимательно смотрела на нее.

— Я хотела бы хорошенько послужить вам, поэтому и сообщила, где находится мастер Синекожий, вам это поможет. Ваша судьба связана с его судьбой, хотя, не сомневаюсь, это вам тоже уже известно.

Питер и не старался скрыть недоверие, но когда женщина схватила его ладонь в свои горячие, сухие, сильные руки, он от неожиданности вскрикнул. Предсказательница, нахмурившись, стала сосредоточенно изучать его правую ладонь. Очень скоро гадалка отпустила его руку, словно то, что она увидела, ее разочаровало.

— Что такое, мистрис? — спросила Ханна. — Что вы такое увидели?

Предсказательница обернулась к Питеру.

— Вы — ее охранитель, но вы потеряете ее. И все же вы должны держаться за нее столь долго, сколько сможете, потому что от этого все и зависит…

Питер и Кэйт испуганно переглянулись, то ли не понимая, то ли не желая понимать.

В конце концов предсказательница взяла руку Гидеона.

— Уверена, вам не нужны слова предсказателя, чтобы подтвердить связь по крови. Ваша рука напоминает руку Синекожего, — сказала она и, кивнув в сторону Питера, продолжила: — Помогайте мальчику. Он нуждается в вас больше, чем думает.

Слова женщины взволновали всех, но никто и слова не успел промолвить, как предсказательница исчезла из виду, поклонившись Кэйт, словно выказывая особое почтение.

После долгого молчания заговорил сэр Ричард:

— Ха! Этой женщине не место на ярмарке Бартоломью, она, по меньшей мере, должна быть на сцене в Друри-Лэйн…

— Совершенно согласен, мой дорогой друг! — с жаром согласился преподобный. — У нее истинный талант, просто кровь стынет в жилах! К тому же, мне кажется, я уловил запашок джина — она наверняка пьяна.

— Вот что, мои дорогие друзья, — продолжил сэр Ричард. — Не время грустить! Мы же разумные люди и не станем шарахаться от темных теней! Давайте вернемся в Линкольн-Инн-Филдс. Ужин и отдых быстро восстановят наш дух после такого вечера.

— Эге, — откликнулся преподобный. — Ужин и отдых. Обещаю, этим вечером я славно поработаю над бычьим языком, приготовленным Ханной.

Гидеон попытался выпрямиться:

— Конечно, пусть Ханна и дети возвращаются, но как вы, мои дорогие друзья, можете думать о том, чтобы прекратить на сегодня поиски? У Синекожего сейчас явное преимущество! В этом городе не найдется ни одного бродяги, который хоть в чем-то откажет ему. Теперь мы знаем, где Дегтярник живет. Умоляю вас, пока он не исчез, как дымок в тумане, давайте отправимся в погоню.

— Вы не оставите нас! — крикнул Питер. — Вы не можете идти один!

— Но если вы готовы доверять этой женщине в одном пункте, — сказал сэр Ричард Гидеону, — готовы ли вы поверить ей и в другом? Вы соглашаетесь с тем, что Дегтярник может быть вашим братом?

Гидеон опустил голову и посмотрел на свои руки.

— Что вы скажете, мистрис Кэйт? Ведь сегодня вечером у вас была возможность разглядеть Дегтярника ближе, чем вам хотелось бы.

Кэйт посмотрела на руки Гидеона. Она ничего не ответила, но Гидеон все прочитал по ее глазам. Кэйт увидела, как он страдает, размышляя над ужасной правдой — человек, которого он презирал и ненавидел, мог оказаться родным по плоти и крови.

Сэр Ричард посмотрел на преподобного. Тот кивнул.

— Что ж, если мистер Сеймур настаивает, давайте без промедления отправимся в путь.

Когда наша компания уходила с ярмарки Бартоломью, Кэйт подошла к преподобному Ледбьюри и протянула ему то, что вытащила из своей сумки.

— Это ваш парик, преподобный. Сегодня все складывалось очень плохо, но, по крайней мере, я хоть нашла