Помадка, фадж и покойник - Моргана Бест
На смотровом столе ходила ходуном переноска. По всей комнате валялись инструменты, а кое-где были разлиты жидкости странных цветов. Ветеринар стояла за спиной у медсестры.
– Что случилось? – в ужасе спросила Летти.
– Возникли некоторые трудности, – призналась ветеринар, явно не горя желанием вдаваться в подробности. – Впрочем, снимки мы сделали, – она кивнула на большой экран на стене. – Ключи продвигаются как надо, осложнений я не ожидаю. Если это чудови… – Она осеклась и откашлялась. – Если у кота появятся признаки дискомфорта, покажите его ветеринару. Я заметила, что она сказала «ветеринару», а не «нам», но поднимать тему не стала.
– Вы уверены, что с ним всё в порядке? – спросила я, опасаясь, что он мог покалечиться, когда его выпустили.
– С ним всё нормально, – заверила меня ветеринар, хотя злой взгляд, который она бросила на переноску, уверенности не добавил.
– Я сейчас открою переноску и проверю…
– Нет! – одновременно выкрикнули Летти и ветеринар, отступая назад. Медсестра выбежала из комнаты. Переноска слегка подрагивала – Монгрел кипел, – и я решила, что в их словах, пожалуй, есть смысл. Я подняла переноску, с трудом удерживая её, пока Монгрел тряс её изнутри, и вынесла обратно ко входу. Поставила на пол. Обе собаки в приёмной отпрянули, а женщину с сенбернаром теперь совсем не было видно из-за перепуганного пса у неё на коленях.
Когда я вернулась в холл, снова появилась медсестра.
– Сейчас принесу ваш счёт, – процедила она тоном куда злее, чем, на мой взгляд, имела право. Её не было несколько минут, и я решила, что, может, случилось ещё что-то срочное. Но в итоге она вернулась – с двумя сотрудниками и счётом.
– Вот, – сухо сказала она, протягивая мне бумажку.
– Что?! – сказала я так громко, что все в комнате подпрыгнули. – Это безумие! Рентген не может столько стоить! – Я была вне себя.
– В воскресенье тариф выше, – невозмутимо пояснила медсестра.
– Всё равно, это уже перебор, – сказала я.
– Ну что ж, в следующий раз милости просим в другую клинику, – огрызнулась она со злой улыбкой, и с глубокой ссадины у неё на лбу посыпался зелёный порошок.
– Прошу вас, – взмолилась другая сотрудница, едва сдерживая слёзы. Я вздохнула и заплатила, подхватила переноску Монгрела и понесла её к машине. Мы с Летти вышли из клиники с Монгрелом, сели в машину – и облегчение было почти осязаемым.
Монгрел снова притих, стоило мне усадить его на сиденье, но я-то знала: как только заведётся машина, заведётся и он.
– Ты в порядке, Нарел? – приподняла бровь Летти. – Это было довольно напряжённо.
– По-моему, всё прошло неплохо! – улыбнулась я. – Полезно же выводить Монгрела в люди. Может, будем делать это почаще.
Почему-то Летти выглядела так, будто вот-вот упадёт в обморок.
Глава 18
Летти помогла мне внести переноску с Монгрелом. Оставаться она не могла – сразу мчалась в спортзал. Я открыла банку его любимого корма и выложила в миску, которую поставила перед дверцей переноски. Потом встала сбоку и открыла дверцу. Он вылетел оттуда, как чистокровный скакун из стартовых ворот, и приземлился прямо на еду, которую принялся шумно «убивать». Очевидно, ключи были не слишком сытными.
Меня мутило: сначала полиция приняла меня за главную подозреваемую, потом мне угрожала Паула Прентисс, потом я тряслась из-за того, что Монгрел проглотил ключи, – не говоря уже об огромном счёте у ветеринара. Я опустилась на диван, закрыла лицо подушкой и попыталась сосредоточиться на глубоком дыхании.
Должно быть, я уснула, потому что меня чуть не хватил удар, когда зазвонил телефон. Я резко вскочила, подушка слетела – и приземлилась прямо на Монгрела. Он грозно зарычал и с яростью набросился на неё, будто та нарочно на него напала. Я в немом изумлении смотрела, как он рвёт её в клочья. Останавливать его я, разумеется, не собиралась.
Пока Монгрел расправлялся с подушкой, звонивший уже повесил трубку. Я схватила телефон и посмотрела на определитель номера. Это была Летти. Я перезвонила.
– Я должна немедленно приехать! У меня новости!
– Они хорошие? – с надеждой спросила я.
– Вроде бы! Сейчас примчусь – по телефону не могу. Мне в спортзале кое-что рассказали и просили никому не говорить, так что я должна поскорее приехать и рассказать тебе. Я только начала было жаловаться, что терпеть не могу, когда меня держат в неведении, но Летти уже отключилась. Я пошла на кухню поискать шоколад на перекус, пока её жду. Не рано ли для вина?
Казалось, прошла вечность, прежде чем появилась Летти. Я распахнула дверь, схватила её за руку и втащила внутрь.
– Выкладывай! Ты же знаешь, как я ненавижу, когда от меня что-то скрывают. Что там?
Летти выглядела очень довольной собой.
– Похоже, с тебя скоро снимут подозрения! Ну, ещё не совсем, но всё к тому идёт. Я не поняла.
– Что ты имеешь в виду? – Я прошла на кухню, и Летти последовала за мной.
– Угадай, кого я видела в спортзале? – сказала Летти. Я поморщилась. Игры в угадайку мне не нравились.
– Можешь просто сказать, Летти? – Я скрестила руки.
Летти явно наслаждалась моментом.
– Я болтала с детективом Клайдом, и он сказал, что детективы арестовали человека, убившего Питера Прентисса. Я опешила.
– Они поймали убийцу? И с каких это пор ты на дружеской ноге с детективом Клайдом?
Она лишь ухмыльнулась.
– Парня зовут Люк Феррис.
– Но его же не было в нашем списке подозреваемых, – возразила я. – Ну и ладно, по крайней мере теперь знают, что я ни при чём. А мотив-то какой?
– Вот в том-то и дело, – сказала Летти. – И, между прочим, ты ещё не совсем вне подозрений. Люк Феррис, похоже, известный киллер, и кто-то заказал убийство Питера Прентисса. Феррис не говорит, кто его нанял.
– Киллер? Как в кино?
Она кивнула.
– Ага, живой и настоящий. По словам Клайда, тебя он больше не подозревает, потому что у Люка Ферриса связи с организованной преступностью. Питер как раз вёл дела, связанные с оргпреступностью, так что они уверены: всё связано с одним из его последних дел. Клайд просил никому не говорить, так что смотри – никому ни слова.
– Да, я расскажу только троим и попрошу их никому не рассказывать, а они расскажут троим и попросят никому не рассказывать, – съязвила я.
Летти лишь пожала плечами.
– Ты должна сейчас же приехать ко мне. Я приготовлю нам обед.
– Обед – это хорошо, но зачем нам перебирать подозреваемых? Разве дело не раскрыто?
– Ты всё ещё подозреваемая, Нарел, пусть и опустилась у них в списке. Нужно выяснить, кто заплатил Люку Феррису. Это вполне могла быть Паула Прентисс или Герб Грин, а может, они действовали вместе. И ещё был Тодд Кембридж. У нас трое подозреваемых, и любой из них мог нанять Люка Ферриса. Я не улавливала логики.
– Зачем мне платить Люку Феррису за убийство Питера Прентисса, если Клинт Стокленд заплатил мне за это?
– По словам Клайда, они думают, что ты могла даже заработать. Ну, «передала заказ» Люку Феррису, потому что не захотела пачкать руки сама. А ещё он сказал, что Райкер считает: Тодд