Дневник акушера. Реальные истории, рассказанные врачом роддома - Анастасия Седова
Была у меня на приеме недавно женщина. Возраст молодой, всего тридцать лет. Беременная, двенадцать недель, пришла со скрининга. Заполняю карту, стандартный опрос:
– Когда последние месячные были?
– Не помню.
– Ну, приблизительно?
– Лет четырнадцать назад.
– ???
– А я десятый раз беременная, девять уже раз рожала. Грудью всех долго кормлю, даже когда опять беременею, младшего все равно кормлю.
Нет, я многорожавших и раньше видела, и роды двенадцатые по счету принимала. Но чтобы с аменореей сроком четырнадцать лет, пусть и физиологической – ни разу. Видимо, у меня был несколько удивленный взгляд. Поэтому беременная добавила: «А знаете, сколько на прокладках сэкономила?» Меня интересовал вопрос, как она узнает, что беременная. Все оказалось банально: со всеми детьми у нее начинался токсикоз ровно в семь недель. Собственно, поэтому со всеми беременностями ранняя явка на учет и своевременные скрининги.
В живых у нее восемь детей. Один из сыновей в возрасте года и трех месяцев опрокинул на себя чайник с кипятком. Большая площадь поражения, потом – инфекция. Умер в итоге от сепсиса. Кстати, назвать годы, когда были роды, она затруднилась. То есть даты рождения своих детей она не помнит. Но зато знает, сколько кому сейчас лет. Так и восстановили с ней хронологию.
«Только не семнадцатого!»
Однажды в отделение патологии поступила беременная, Лена. Срок тридцать восемь – тридцать девять недель. Предыдущие роды завершились кесаревым сечением. Госпитализировали ее на плановое родоразрешение. Записываем предварительно на операцию на семнадцатое мая, сообщаем ей. Она категорически отказывается. А надо сказать, что даты все расписаны, свободных «окошек» нет в течение четырех дней. То есть на каждый день стоит по три плановые, а больше ставить нельзя, ибо в любой момент могут нарисоваться еще и экстренные.
Спрашиваем у Лены, неужели совсем нельзя на семнадцатое поставить? Нет, нельзя. Сквозь слезы объясняет: семнадцатого мая три года назад у нее умерла любимая бабушка. Два года назад в этот же день машина сбивает их собаку, буквально на глазах у всей семьи. А год назад – тоже семнадцатого мая – в лучший мир ушел ее папа. Мы все понимаем, вносим беременную в план на двадцать первое мая. Будет уже чуть больше тридцати девяти недель, но пациентка в отделении, под наблюдением, не страшно. Семнадцатого мая в шесть утра у Лены отходят околоплодные воды. Задержать операцию почти на сутки нет никакой физической и юридической возможности. Мягко объясняем все Лене. Она, в свою очередь, для себя решила, что эта дата – злой рок для семьи. Пока беременную везли на каталке в операционную, она все время твердила: «Наверное, ему тоже суждено сегодня умереть». Ему – это сыну, которого Лена носила под сердцем.
Операция прошла хорошо. На свет в такую тяжелую для семьи дату появился новый человечек, абсолютно здоровый. И очень хочется верить, что с рождением мальчика этот день станет чуточку светлее для его родных.Блогер в роддоме
– Это она! Она!
– Да кто – она?
– Аделина Кошкина!
– И кто это?
– Ты что, не знаешь? Наша местная знаменитость! Блогерша!
Новость о том, что к нам в отделение поступает Аделина – блогер и местная достопримечательность в определенных кругах, мигом облетела роддом. Молодое поколение было подписано на соцсети этой девушки. Оттуда же знали, что у нее есть старший сын, а сейчас семья в ожидании еще одного малыша. Даже гендер-пати устраивали.
С экрана знаменитость создала образ весьма стервозной, надменной и капризной дамы. Мы совсем не удивились, когда узнали, что она разместилась в платной одноместной палате. Весь медперсонал был предупрежден, что на этаже появилась «ходячая видеокамера». И дело совершенно не в том, что в отделении патологии есть что скрывать. Но мало кому приятно работать под объективом, да и остальные пациентки могли быть не в восторге.
Принимать и проводить первичный осмотр беременной довелось мне. Я шла в палату с большой неохотой: мне предстояло общение с крайне заносчивой барышней. Спустя буквально пару минут я поняла, насколько сильно отличается жизнь в соцсети и жизнь в реальности.
Аделина оказалась на редкость приятным человеком, очень вежливой и порядочной. Без проблем ответила на все мои вопросы, задала по существу несколько своих, поблагодарила за осмотр и подробные ответы и пошла к себе в палату. Через несколько дней у нее начались схватки. Родила она довольно быстро, часов за шесть. От эпидуральной анестезии отказалась, к нашему удивлению. На свет появилась чудесная черноволосая кудрявая девочка. Кстати, в процессе родов никаких фото/видео Аделина на делала, равно как и в отделении патологии. Лишь пара фотографий с бирками из родзала появились на ее странице с выражением искренней благодарности врачам и акушеркам, которые вели ее роды.
Конечно, выписка была из категории «дорого-богато» и на камеру – с лучшими фотографами и видеографами города, безумным количеством розового цвета во всех его оттенках, медведями-аниматорами и огромными охапками цветов. Этот день в подробностях транслировался в соцсетях.
Какое-то время страница Аделины еще мелькала в моей ленте. Однажды засветилось, как дочка сосет смесь из бутылочки. Адепты грудного вскармливания как коршуны налетели в комментариях: мол, и лень вам, и, наверное, вы просто грудь бережете и далее по списку, смотреть методичку. Но никто из них не знал, что у Аделины аденома гипофиза, которая начинает активно расти без приема лекарств. А лекарства те не просто не совместимы с лактацией, они способствуют ее прекращению. Как говорится, не судите…Неудачное ЭКО. История вторая
Звонок Саши был неожиданным. Она была моей однокурсницей, но после выпуска мы особо не общались: разные специальности, разные места работы, даже разные города. «Насть, нужна твоя помощь. У меня никак не получается с беременностью».
На тот момент я совершенно не занималась бесплодием. Дала общие рекомендации, сказала в обязательном порядке сдать спермограмму мужу – это первое, что необходимо сделать. Ну и поделилась контактами толкового специалиста по гинекологии.
Обследование показало, что проблемы имелись у обоих супругов: у Саши – с овуляцией и гормональным фоном в целом, у ее мужа – очень малый процент подвижных и хороших с точки зрения морфологии сперматозоидов. Начали лечиться, каждый у своего доктора. Ездили пару раз на консультацию в Москву. Через год активного обследования и лечения им стали все настойчивее предлагать ЭКО. Выслушав три мнения – совершенно одинаковых от разных врачей – Саша решила не тянуть кота за причинное место. Быстро собрали документы на ЭКО по квоте.
В ноябре 2019 года был перенос одного эмбриона – увы, неудачно. Остальные эмбрионы ушли в заморозку. Следующая попытка была запланирована на