Охота на проклятую - 1 - Елена Абрамкина

Кира замерла, не донеся чашку до рта, потом медленно опустила ее на столик и подняла на Ронатан цепкий, жесткий, как у родного отца, взгляд.

— Хочешь сослать меня в Южное имение? Зачем, если Ордена здесь не будет?

Лорд Олрикс потер пальцы. Да, глупо было предлагать такое. Но не говорить же ей, что тайна ее рода больше не тайна: если Славис что-то узнает — а он не сегодня-завтра разнюхает, — он не станет молчать.

— Просто не хочу нагружать тебя сверх меры перед началом обучения, — попытался вывернуться Ронатан, но сам понял, как глупо это звучит: только что он вытолкнул ее живым щитом перед Советом Лордов, а теперь не хочет слишком нагружать.

Кира покачала головой и усмехнулась уголком рта:

— Ты забыл, что я словесник и любую ложь вижу, как собственные пальцы?

— Не забыл! — Ронатан сердито сжал кулаки. — Но когда я последний раз оставлял Министерство на тебя, мне пришлось вытаскивать тебя из-за Пелены.

Кира отвела взгляд и снова уставилась в камин:

— А мне тебя — из Черного лабиринта.

Полено в камине прогорело и гулко ухнуло, поднимая сноп искр. Кира поймала рукой искры, собралась их в сверкающий комок и с силой швырнула обратно.

— Ты не доверяешь мне Министерство?

— Доверяю, дело не в этом. — Ронатан отвернулся от дочери и прошел к окну. Разговор поворачивал совсем не туда, куда нужно было. Ронатан постоял немного, исследуя потоки магии в кабинете, но ничего необычного не заметил: Кира либо научилась-таки владеть собой, либо слишком устала, чтобы ярко реагировать на его слова. Что ж, оно и к лучшему: — Ладно. Не для того я сделал тебя главой дома, чтобы прятать в дальнем поместье.

В конце концов, он оставляет ее не одну — Маркус будет рядом.

Отпустив Киру в ее кабинет, Ронатан вызвал Маркуса.

«Лорд Олрикс, время завтрака, — невозмутимо откликнулся тот. — Если небо не рухнуло на землю, а этого, насколько я могу судить, не случилось, я буду через тридцать пять минут».

Ронатан с досадой стукнул кулаком по столу! Проклятый упрямец! Меняются, миры, эпохи, даже правители, а Маркус все также не изменяет своей привычке. Даже если бы это самое небо рухнуло — а если фон Вайриксы откроют Врата, примерно так и будет, — вряд ли Маркус прервал бы свое священнодействие с тарелками и переменой блюд.

Ронатан усмехнулся: хоть что-то остается постоянным, хоть что-то… В конце концов, не прямо же сейчас ему уходить к Вратам, а значит, время поговорить с заместителем у него еще найдется.

— Самое время оставлять ее одну! — Климентин без стука вошел в кабинет отца и остановился, сверля негодующим взглядом широкую спину.

Лорд Олрикс, тяжело опершись о стол, вглядывался в карту:

— Действительно, время вполне удачное, — пробормотал он, не поднимая глаз.

Климентин хлопнул дверью, заставляя оленьи рога над камином нервно подпрыгнуть, а отца обернуться и недовольно поморщиться:

— Не шуми. Я вполне серьезно. Лучшее время, чтобы дать Кириане возможность ощутить бремя власти, сложно придумать: значительная часть ее недоброжелателей, в том числе Орден, уходят, за ней присматривает Маркус… и Харон. Пусть попрактикуется в безопасных условиях.

Климентин сложил руки на груди и упрямо посмотрел на отца:

— Кире не нужна власть! Ей нужен лекарь, круглосуточно! Из-за магии Харона раны на плечах практически перестали заживать. Сегодня она потеряла сознание на тренировке, и у меня ушло пять поглотителей, чтобы привести ее в чувство. Она и без того слаба, а после нападения Эрнста и подарка Бога смерти вообще неясно, почему еще дышит. Твоя практика будет стоить ей жизни!

— Конечно, ей не нужна власть, — протянул Ронатан, возвращаясь глазами к карте. — Если бы Кириана стремилась к власти, я бы запер ее от беды подальше, а так… — Он взял карандаш и принялся писать на бумаге координаты, сверяясь с картой. — Ей все равно рано или поздно придется принять на себя это бремя. Если она, конечно, доживет до того момента.

— Я остаюсь с ней! — подходя вплотную к столу и заслоняя ладонью часть карты, твердо произнес Климентин.

Ронатан вздохнул, отложил карандаш и, потянувшись, покачал головой:

— Нет, Клим. Сильный лекарь нам может оказаться нужнее. С Кирой останется Оливия.

Климентин вскинул голову:

— Мастер Йотун — хороший лекарь, но она же не знает… — Он запнулся, заметив дрогнувшие в полуулыбке губы отца. — Что она знает?

— Достаточно, чтобы выполнять свои обязанности, — стерев улыбку, сухо ответил лорд Олрикс. — Ты идешь с нами. И Алекс. А если понадобится, то и Джейкан с Джонатаном тоже придут. Кире и без вас забот хватит.

Климентин прошел по комнате и остановился у окна:

— Но она еще совсем ребенок. Не боишься оставлять ребенка во главе рода?

Ронатан снова взял карандаш и склонился над бумагами:

— Этот ребенок несколько лет назад уже показал, чего стоит. Кириана, не вы с Алексом удержали мой род от самоуничтожения, а меня от сумасшествия.

Климентин вновь скрестил руки на груди и поднял глаза к небу. Сквозь тучи слабо пробивалась красная звезда.

— Удержала, но чего ей это стоило! Я до сих пор не знаю, как мы сумели ее вернуть.

— Не твоя забота, я ритуал помню хорошо, надо будет — повторим, — отмахнулся лорд Олрикс. — За эти годы Кира выросла и окрепла. Сейчас ей будет проще, чем тогда.

Климентин молчал, глядя на небо, и Ронатан сердито сжал челюсти. Не желает, упрямец, оставлять девочку одну! А ведь какие-то четыре года назад именно Климентин отказал ей в помощи, из-за чего Киру зашвырнуло за Пелену. Одно слово, одно простое заклинание — и девочка бы просто получила скачок боли уровней на десять, несмертельно. Демон отвернулся от сына и одернул себя: «Если бы кто-то лучше себя контролировал, Кире не понадобилось бы вымаливать помощь у братьев»! Да, они оба тогда оказались виноваты и оба поплатились за это, глупо теперь переваливать вину друг на друга.

— Почему ты так жесток с ней? — Климентин опустил голову и толкнул носком ботика скомканный лист бумаги. — Она всего лишь маленькая девочка, которая нуждается в тепле и заботе, как все дети. Но я никогда не видел, чтобы ты или мать приласкали ее.

«Приласкали?!» — лорд Олрикс едва не поперхнулся, перед глазами пронеслись и безумный Рудольф, произносящий слова проклятия, и Александр, протягивающий Ронатану новорожденную, едва живую девочку, Совет Лордов, с подозрением поглядывающий на подрастающую Киру и вот теперь наконец углядевший то, что Олрикс так тщательно старался скрыть… Конечно, не было вины последней Керинар ни в