Охота на проклятую - 1 - Елена Абрамкина

Кира выдавила улыбку:

— Что поделать, Орден снова про меня вспомнил.

Харон поднял длинный палец, испачканный в белковом креме, и покачал им в воздухе:

— Орден о тебе не забывал и никогда не забудет, Кириана Керинар. Не обманывайся напрасной надеждой, тебе это не поможет.

От слов Бога смерти стало холодно и промозгло, словно в душу ворвался осенний ветер. Конечно, не поможет. А может ли что-то вообще помочь?

— Кстати, зачем ты сегодня пугала лорда Олрикса моим именем? — катая в длинных пальцах ягоду винограда, невинно поинтересовался Харон. — У матушки от его испуга безе пригорело.

Кира невольно улыбнулась, представив сморщенную старуху, с сожалением отправляющую в мусорку противень горелого безе и костерящую сына на чем свет стоит.

В отличие от Харона, его мать была одним из любимых персонажей фольклора всех времен и народов: Пряха Судьбы, мать Смерти, Черная старуха. Много имен, много народов, но везде она — ворчливая, старая сладкоежка. Ее боялись, ее чтили, когда-то ей даже приносили кровавые жертвы, но всегда ее образ сопровождался иронией, если не издевкой. И это было загадкой для Киры. Как можно смеяться над той, на кого неизменно оглядывается даже Бог смерти?

— Мы искали пути разговорить одного из орденских, которого отец неосторожно допросил. — Кира стерла улыбку.

Харон понимающе кивнул:

— И ты хотела меня просить, чтобы я поднял этого несчастного и узнал у него, кто указал ему на тебя? Ну, вот я здесь. Ты будешь меня об этом просить?

Кира вскинула взгляд и встретилась с непроницаемыми изумрудными глазами. На мгновение в ее сердце мелькнула надежда, но в следующую секунду она опустила голову и вздохнула:

— Нет, Харон, я не стану просить тебя об этом. Есть у меня предчувствие, что это имя мне ничем не поможет.

— Твое предчувствие тебя не обманывает, Кириана. Я могу вытащить из него имя того, кто наслал огненное безумие на твоего феникса, даже имя Великого магистра Ордена. Но это тебе тоже ничего не даст. За тобой охотится не один человек, а целый Орден. И он, поверь мне, очень хорошо защищен. Даже лорду Олриксу не остановить Орден, Кириана. Я бы, пожалуй, смог их всех увести за Пелену, но представь, как нарушится баланс, если из мира полностью пропадет такая сила. — Харон встал и подошел к Кире. — Моя задача — хранить этот мир. Но даже если я рискну ради тебя, тебе это едва ли поможет. Уход Ордена раскачает мир так, что никто не в силах будет его удержать. Долго ли ты проживешь в умирающем мире? Хочешь ли ты этого, Кириана?

Харон наклонился к ней и, взяв за подбородок, заглянул в глаза.

— Нет, Харон. Чего ради целый мир должен платить своей жизнью, чтобы я прожила пусть даже на сто лет дольше?

Бог смерти нежно накручивал на палец медные локоны и грустно улыбался:

— Какая же ты красивая, Кириана! Да я бы еще пару соседних миров отдал, если бы знал, что это действительно поможет. Но не поможет, Кириана! Не поможет!

Харон стер слезу с ее щеки и покачал головой:

— Слезы… Какие у тебя горячие, чистые слезы! — Он подцепил еще одну слезу пальцем и прислонил к губам. Слизнув ее, Харон блаженно закатил глаза. — Такие живые слезы! Не надо, Кириана! Они пьянят не меньше, чем твоя улыбка!

Кира прерывисто вздохнула и высушила слезы. Харон резко выпрямился, отпуская ее:

— Я не хочу огорчать такое юное, живое, такое прекрасное создание! Я даже сделаю тебе маленький подарок. Он не настолько существенный, чтобы спасти тебя от смерти и пошатнуть баланс, но стать чуть сильнее в твоей битве он поможет. И я бы хотел, чтобы ты, Кириана, оказала мне небольшую услугу. Не переживай, никому из тех, кто тебе дорог, это не причинит вреда, разве что беспокойство. Для тебя же это будет, пожалуй, даже безопаснее, чем сидеть здесь.

Кира вздернула бровь и лукаво улыбнулась:

— Сам Харон предлагает мне сделку? Не скрою, я заинтригована.

Бог смерти поморщился:

— Нет, давай без этого «сам Харон». Это не сделка, а просьба одного сильного мага к другому. Ну, или мужчины к девушке, которой он восхищается.

— Я вся внимание, Харон.

Бог смерти с сомнением посмотрел на нее, потом махнул рукой и таинственно улыбнулся:

— Зимой я даю бал для моих коллег. Да-да, не смотри так на меня, мы тоже любим балы, почему нет. Если некроманты не появляются на королевских балах, так это совсем не оттого, что мы не любим красивую музыку, танцы и общество прекрасных дам. Напротив, я лично люблю вальсы и кадрили. Но светские балы — слишком большое искушение для тех, кто дал клятву не иметь личного интереса в делах мира и действовать исключительно для сохранения баланса в нем. Я даже перед одной девушкой устоять не могу, что уж говорить о целом зале дам в лучших нарядах!

Бог смерти снова улыбнулся и подал Кире руку. Та покорно встала и следом за Хароном вышла на балкон. Солнце выскользнуло из-за крыш домов и бросилось ей в руки радостными лучами. В парке пели птицы, резвились мотыльки и стрекозы на пылающих алыми бутонами клумбах. Харон молчал и, чуть заметно улыбаясь, смотрел на парк. Потом он вздохнул и перевел изумрудный взгляд на Киру:

— Кого я обманываю! Таких, как ты, Кириана, сейчас в этом мире нет! — Увидев, как щеки ее покраснели, Харон грустно улыбнулся и осторожно поцеловал ее пальцы. — Этот румянец еще больше красит тебя, Кириана. Но не надо смущаться. Ты такая юная и нежная, но нить твоей жизни так тонка… Пока я могу говорить это тебе… Пока ты можешь это слышать… Я хочу, чтобы ты знала, что сама смерть восхищается тобой, Кириана. — Он еще раз поцеловал ее пальцы и отпустил руку. — Я бы мог долго воспевать твою красоту и смелость, но твое время слишком дорого, чтобы тратить его только на это.

Кира слушала Бога смерти, затаив дыхание. Боль и радость сплетали душу в причудливый узор, когда она слышала и в уме повторяла его слова.

Харон покачал головой:

— Не забывай дышать, Кириана. Тебе еще рано умирать.

Кира с усилием вдохнула и облизала пересохшие губы:

— Твои слова