Переправа через Белую реку - Иэн Макгуайр

– Он спрашивает, зачем мы пришли, – объясняет Хирн своему спутнику. – Не теряет времени на пустую болтовню.

– Что ж, тем лучше, – говорит Шоу. – В конце концов, речь идет о простом обмене. Мы даем им несколько кусков железа, а они показывают нам, где прячется золото. И не нужно никому морочить голову.

Шоу скидывает с плеча кожаный мешок, ставит его на землю, достает камень, принесенный Скупщиком, и передает его Оуликтуку.

– Мы ищем вот такой камень, – говорит Хирн, указывая на две узкие жилки золота. – Один индеец нашел его в этих местах, и нам нужно узнать, где именно.

Сначала Оуликтук выглядит озадаченным. Потом, когда Хирн объясняет, что в их стране желтый камень считается очень ценным и, если в земле есть еще, они хотят откопать его и увезти с собой, он кивает и подзывает поближе остальных мужчин. Несколько минут они перешептываются, передавая камень друг другу. Потом Оуликтук оборачивается к Хирну и говорит, что никто из них раньше не видел таких камней, и если индеец сказал, что он с Бычьего озера, то, должно быть, он солгал.

– Индейцам никогда нельзя доверять, – добавляет он. – Вы зря прошли весь этот путь.

– Мы считаем, что он говорил правду, – настаивает Хирн. – Пожалуйста, посмотрите снова и подумайте.

Оуликтук качает головой и возвращает камень Шоу, который хмурится и спрашивает у Хирна, что происходит.

– Они утверждают, что ничего похожего никогда не видели. Он говорит, что индеец, который отдал его Скупщику, наверняка солгал.

– Они хотят получить больше железа, только и всего. Покажи им это, и увидишь, как скоро они передумают, – он достает из мешка еще один нож и протягивает его Хирну. – Скажи ему, что, если они приведут нас к золоту, то получат еще много таких.

– Возможно, вы о чем-то забыли, – говорит Хирн вождю. – Может быть, завтра, если мы вернемся с новыми дарами, вы припомните, где могли такое видеть.

Хирн протягивает нож, но Оуликтук отказывается даже прикоснуться к нему.

– Я старый, – говорит он, – но не дурак. Память у меня не хуже твоей.

– Почему он не берет нож? – спрашивает Шоу. – Теперь-то ему что не нравится?

– Он настаивает, что они не могут нам помочь, – отвечает Хирн. – И он оскорблен тем, что я ему не верю.

Шоу бросает на Оуликтука воинственный взгляд, потом отворачивается.

– А остальные? – спрашивает он. – Если вождь не хочет нам помочь, то, может быть, кто-нибудь из его подручных согласится.

Шоу выхватывает нож из рук Хирна и, шагнув к эскимосам, предлагает его Хеквау, который с довольной улыбкой берет его, но потом смотрит на отца и поспешно возвращает. Когда Шоу пытается предложить его снова, Оуликтук гневно осаживает его.

– Твой друг-калека должен проявлять к нам больше уважения, – говорит Оуликтук Хирну. – Я здесь вождь, а не он.

– Что теперь говорит этот старый дуралей?

– Он считает, что нам лучше уйти, – отвечает Хирн. – И я с ним согласен. Мы задали вопрос и услышали ответ. Продолжение споров ничего не даст.

Шоу, выругавшись, хмурится и, почесывая перевязанную культю, смотрит через замерзшее озеро на темную расплывчатую линию дальнего берега.

– Я чую эту золотую жилу и знаю, что она близко. Если эти эскимосы не помогут, я найду ее сам. Вот увидишь.

– Озеро пятнадцать миль в окружности, – напоминает ему Хирн. – Мы можем убить на поиски все лето.

– Я найду его, – снова произносит Шоу, убирая камень Скупщика в мешок и закидывая его за спину правой рукой. – Хоть день у меня на это уйдет, хоть год. Я уже потерял руку на этом деле и не собираюсь отступать только потому, что это не нравится банде безбожных дикарей.

Обменявшись сдержанными прощаниями, они уходят из деревни и возвращаются обратно по узкой извилистой тропинке, которая ведет от каменистого берега озера к болотам. По пути они проходят мимо спящей собаки, изумленно глазеющего на них ребенка и молчаливой старухи, согнувшейся в три погибели под тяжестью вязанки хвороста. Шоу бурчит, жалуясь на невежество эскимосов, а Хирн вынужденно слушает, но не придает его словам значения. После стольких месяцев в обществе шумливого помощника фактора его первоначальное безразличие к успеху этой экспедиции медленно, но верно превратилось в твердую, пусть и тайную, надежду, что она потерпит неудачу. Хотя он пока не отваживается говорить об этом вслух, отказ Оуликтука его скорее радует, чем огорчает, потому что ему хочется, чтобы Шоу, считающий себя таким могучим и непобедимым, получил щелчок по носу. «Пусть разочаруется, – думает он. – Пусть с удивлением поймет, как понял в свое время я, что мир полон разочарований и случайностей и что, какими бы разумными ни были наши замыслы и планы, мы редко получаем то, к чему стремимся».

После возвращения из эскимосской деревни Джон Шоу берет записную книжку Хирна и на чистой странице рисует очертания озера, потом разделяет рисунок на четыре сектора и нумерует каждый из них. Подозвав Хирна и Уокера, он показывает им схему и объясняет, что каждый сектор они разделят на три квадратных участка со стороной примерно в милю, обозначив границы грудами камней. Потом каждый из них будет тщательно обыскивать свой участок в течение недели, и, если они ничего не найдут, то перенесут весь лагерь дальше вдоль берега озера и начнут все заново, пока не добьются успеха. Когда Хирн напоминает ему, что земля еще покрыта снегом и золотоносные породы будут не видны, Шоу возражает, что снег скоро растает, и, если им придется обойти все озеро по кругу дважды, так тому и быть, но он не верит, что это потребуется.

– Если будем смотреть в оба и думать головой, то найдем золото, – говорит он. – На это может уйти месяц или, возможно, два, но не больше.

На следующее утро, позавтракав, они приступают к работе. Хирн и Шоу вместе проходят милю на юг, где расстаются, а Абель Уокер в одиночку идет на север. Уокер отсчитывает восемьсот шагов от границы лагеря, как наказывал Джон Шоу, и складывает из камней первую небольшую пирамиду, потом отсчитывает еще восемьсот шагов и складывает вторую, побольше. Когда ему удается разметить участок в одну квадратную милю, время уже близится к полудню, и он останавливается ненадолго, чтобы отдохнуть, поесть вяленого мяса и попить воды из ручья. Оглядывая отведенный ему участок, он думает о том, что здесь может оказаться множество скальных выступов или участков обнажившихся горных пород, и каждый он обязан тщательно осмотреть, чтобы найти любые, хотя бы мельчайшие признаки золота. Ему становится немного не по себе.