Боги выше королей - Сергей Анатольевич Артюхин
Вообще «Орел» даже в момент своего рождения был если и не устаревшим, то точно не самым свежим. Требовалось над ним хорошенько поработать — и понятное дело, что разработать новую платформу за пару лет казалось задачей просто-напросто нереальной, даже с деньгами Эскобара. Как говориться, девять женщин родить ребенка за месяц не смогут.
Но массированных инвестиции в рестайлинг вкупе с решением некоторых отдельных проблем за два с небольшим года хватило, чтобы считать то, что будет сходить с конвейера новой линии завода в Барранкилье и завода AMC в Онтарио новой моделью.
Вообще, получившийся автомобиль — FAB’Águila' для испаноязычного рынка, AMC’New Eagle' для рынка американского — Пабло нравился. И не только ему: серийная версия, представленная в марте на Женевском автосалоне, вызвала взрыв интереса. В основе, конечно, лежала поделка пятнадцатилетней давности, но добавилась солидность, совмещенная с хищностью и брутальностью, при некоторой плавности обводов и толикой спортивности — спасибо участию специалистов из Лотуса в настройке подвески. Ну и новые двигатели, конечно, тоже стали совсем не лишними на этом празднике жизни. Вместе с полным приводом, угу.
Да, на полноценное обновление это не тянуло (хотя как сказать), но лиха беда начало: за успех проекта Пабло не переживал хотя бы потому, что гарантированный госзаказ как минимум в Южной Америке обеспечит достаточный объём производства. Понятно, что этот самый госзаказ сложно было бы не получить, учитывая, что взятки люди Эскобара давать не разучились, а чистотой помыслов отличалось очень малое количество специалистов по закупкам (и не только в Южной Америке, так то). Впрочем, учитывая среднее качество дорог на континенте, «Орёл» имел все шансы выиграть и в честной борьбе. А стоит нарастить «флот» и можно будет начать зарабатывать на запчастях, как и всякому себя уважающему автоконцерну. Заодно, подмешивая в продажи деньги от иного вида деятельности — и повышая тем самым белую и совершенно легальную маржинальность…
Но, надо сказать, что журналисты — причем многие даже и совершенно честно, от души — автомобилем восторгались и пророчили успех, да «фокус-группа» из отобранных покупателей тоже была не разочарована. В общем, речь Эскобар набрасывал совершенно уверенно.
— … «Орёл» станет «первой ласточкой», — Пабло сделал паузу, пережидая взрыв смеха от запланированной шутки. — В разработке у нас сразу две платформы и я нисколько не сомневаюсь, что уже скоро имя «FAB» станет на одну строку с «Тойотой», «Дженерал моторс», «Фольксваген»…
Очередной взрыв восторга, очередные фразы про светлое будущее и космические корабли, бороздящие пространства вселенной…И пусть ни о какой «Тойоте» мечтать на самом деле не приходилось, то сделать приличного автопроизводителя второго эшелона…почему бы и нет. Мысли о подоплеке успеха пришли как-то сами собой, нисколько не отражаясь на лице Эскобара.
Секрет был прост: грязные деньги и никаких забот о сроках окупаемости инвестиций.
Купить лучшие станки на рынке? Не вопрос. Причем официально там будут скидки и небольшие суммы. Неофициально же, нужные люди получат в конверте интересные бонусы. А иногда не в конверте, а в дипломате…
Платить лучшим инженерам зарплату вдвое-втрое от рынка и обеспечить райские условия жизни? Вообще не проблема.
Лучшие испытательные стенды в мире? Аэродинамические трубы? Компьютеры и CAD системы? Сверхскоростные камеры? В мире капитализма, пораженного стагфляцией, за живые деньги можно было купить что угодно. Особенно, если ты готов платить «сверху» и, тем более, готов к щедрости в отношении личных финансов ответственных товарищей.
Результатом всех этих «кунштюков» стало появление стремительнонабирающего мощь автоконцерна.
Тот же DMC-12–2 резко набирал в продажах — просто потому, что проработка болезней базовой модели не вызвала каких-то сверхсложностей, учитывая бесконечный поток инвестиций. Новый двигатель от Лотуса с гораздо более приличной мощностью, чем оригинальные 130 лошадиных сил, настройка подвески…Плюс инвестиции FAB в оборудование и обучение персонала.
Резкий рост качества сборки и невероятное улучшение динамических характеристик при почти неизменной цене и всё том же культовом дизайне — и пожалуйста, DMC-12–2 продавался в количестве почти пяти тысяч машин в год. Да, денег на этом пока что Пабло особо не зарабатывал, но солидности его компании — и ему самому — это придавало невероятной.
Ставку, впрочем, сеньор Эскобар делал не на нишевые машины, а вот как раз на нового Орла, на успешные модели Jeep-а, и, конечно, на перезапуск «Мини»: над новой платформой вот уже считай три года работала команда сильнейших инженеров под руководством переманённого из Форда Боба Лутца. И уже скоро на рынке должна были появиться сразу несколько образцов, которые, как надеялся Эскобар и руководство FAB, смогут если не взорвать рынок, то, как минимум, серьёзно его потрясти: недорогая качественная машина с хорошим двигателем и шикарной управляемостью. Ну и опционально — полным приводом.
Вообще, подход Пабло к организации белого бизнеса не так, чтобы отличался чем-то невероятным: берешь талантов, заваливая их деньгами и ресурсами, ставишь рядом опытного управленца, даёшь им цель — и отходишь в сторону. Сегодня каждая компания из холдинга — не только автомобильная, а вообще — Эскобара строилась примерно по таким принципам. В первую очередь потому, что Пабло совершенно не требовалось переживать об акционерах, советах директоров, сроках возврата инвестиций: он просто хотел, чтобы его компании делали лучший на рынке продукт.
Очень сложно такое сделать «по-честному» — хотя бы потому, что на реализацию подобного принципа нужна просто прорва денег. Но если так совпало, что деньги тебе буквально некуда девать (вот прямо буквально некуда: Пабло начинал всерьёз задумываться о том, что контейнеры в джунглях так-то не самая плохая идея), то в таком случае очень быстро может что-то сложиться.
Мысли Пабло, продолжающего жать руки, махать, улыбаться на полном автомате, невольно перескочили на денежные потоки от наркобизнеса. Густаво и младший из братьев Очоа, отвечающие за эту часть их денежной машины, разводили руками и неверяще мотали головой каждый раз, когда разговор заходил про выручаемые суммы.
Поставки кокаина, присевшие было на пару лет, вернулись на прежние уровни и с легкостью их превзошли, достигнув по итогам 85-го почти семи сотен тонн. Конечно, до рекорда постпандемийного 2022-го в 1700 с лишним тонн оставалась еще дистанция огромного размера, но так и людей на планете жило пока не