Боги выше королей - Сергей Анатольевич Артюхин
В общем, для большого начальства казалось логичным решение не тратить ресурсы Короны на борьбу с ветряными мельницами. Так, мелочь подбросить — на случай, если там что-то есть…И понятно почему.
Во-первых, результаты. За прошедшие годы таск-группа, собранная для доказательств, не добилась особого успеха. Нет, в целом они набрали кучу косвенных свидетельств правоты теорий Гордовски — почему группу и не распускали, собственно, — но ничего по-настоящему серьёзного. И при этом Эскобар все эти годы тоже не на месте стоял, набирая авторитет, богатство и влияние. И теперь, став для южноамериканцев символической уже фигурой, он превратился и для английской разведки в человека если и не неприкосновенного, то, как минимум, требующего более чем серьёзных аргументов для решений об операции против него.
Во-вторых, Англия пришла к восемьдесят шестому году в тяжелом, без шуток, состоянии.
Катастрофа 82-го нанесла совершенно чудовищный удар по моральному духу, оборонительным возможностям и, конечно, экономике. Ирландия и Фолкленды…Одно было хуже другого. Неудивительно, что за прошедшие три с половиной года сменилось аж четыре правительства: люди ждали, что чиновники и политики смогут что-то придумать, но придумать ничего, особо, не получалось. Лейбористы, правда, со второй попытки вроде начали что-то нащупывать, отказавшись, по большому счету, от немедленного восстановления флота всеми силами и начав уже серьёзный переговорный процесс с Северной Ирландией — но это было лишь первым шагом. Который ещё не факт, что получится закончить, хотя бы потому, что консерваторы от одной перспективы даже обсуждения признания референдума в Ирландии впадали в истерику с разбрызгиванием слюней.
Флот всегда был гордостью Британии — последние сотни и сотни лет. И когда его утопили (ну, может и не полностью — но большую часть) — причем утопили не русские, не американцы или немцы какие-нибудь, а аргентинцы! — первым желанием было кинуться, восстановить, не считаясь с ценой… и отомстить.
Вот только «не считаться» не вышло, потому что стоила постройка нового флота столько… В общем, не экономике с кучей проблем и инфляцией почти в семнадцать процентов годовых было реально заниматься военными кораблями. НАТО получило серьёзный урон, но американцев, почему-то, это волновало не настолько сильно, как должно было — и это при том, что русские продолжали наращивать собственные силы. Гордовски винил в этом демократов и вечную войну с расходной частью бюджета…
В общем, новое правительство Великобритании решило, что если подобная дыра в строе НАТО не волнует американцев, то и его — это самое правительство — это волновать тоже не должно, и сосредоточилось на урезании расходов. Хотя, казалось бы, лейбористы…
Снижение расходов, в том числе на силовые структуры, в целом привело к тому, что остров начал захлебываться от наркотиков. Кокаин, экстази и МДМА приплывали — и прилетали — через океан. Европейские соседи, впрочем, тоже не отставали — героин, в частности, приходил в Британию именно со стороны Франции.
Распространение — всё более широкое с каждым днём — этих субстанций разной степени чистоты и опасности вызвало резкий рост мелких и средней тяжести преступлений. Это начало повышать общую криминогенность обстановки, как напрямую, так и косвенно. Те же хулиганства, вандализм, угоны машин…От бандитизма страдал и бизнес, в том числе и крупный, что тоже экономике пользу не приносило. Больше увольнений, больше проблем в семьях, больше алкоголиков и наркоманов — и вот она, положительная обратная связь, раскручивающая маховик кризиса сильнее и сильнее, день за днём…
А затем назрела ещё одна проблема — стремительный отток грамотных специалистов. В США, в континентальную Европу… Да в ту же Ирландию: там намечался серьезный экономический рост, поддерживаемый скорым объединением и масштабными инвестициями — и это всё стремительнее вытаскивало из английской экономики ирландцев, возвращающихся на родной Зеленый остров…
Ну и, конечно, заметный поток эмигрантов потянулся в Южную Америку. Тот же Эскобар, например, совершенно не скрывал своих активных рекрутинговых усилий. Казалось, что он не гнушался никем: футболисты и тренеры, специалисты по маркетингу и архитекторы, химики и инженеры, опытные рабочие и врачи, электрики и слесари, школьные учителя и медсестры, доктора наук и рядовые исследователи… Тысячи и тысячи людей активно принимали предложения о работе с релокационным пакетом в комплекте, уезжая в центральную страну Боливарианского содружества, где экономический рост сдерживался нехваткой специалистов.
Гордовски, конечно, не знал, но отток мозгов из Англии вызывал в груди Эскобара какое-то особое щемящее чувство. Не радость от мести, но нечто вроде этого…Злорадство? Schadenfreude? Пожалуй, последнее. Все три части души по этому вопросу у Пабло были в абсолютном согласии…
И вот на этом фоне американец пришёл просить дополнительные ресурсы на увеличение таск-группы… Идиотская затея, стоило признать.
— Старею, наверное, — пробормотал Гордовски, докуривая сигарету.
Затушив её о каменный парапет и бросив окурок в реку, где тот поплыл, кружась в мелких волнах, он покачал головой. Это зрелище почему-то показалось ему символичным: его карьера, его репутация — всё это плывёт по Темзе, растворяется в мутной воде, никому не нужное и не интересное. Мусор.
Ведь на самом деле, если подумать, даже поверь они ему насчет Эскобара, то не факт, что смогли бы выделить хоть что-нибудь…
В такие моменты хотелось, как минимум, напиться, но помогало то, что несколько соратников он всё же нашёл. Во-первых, его группа — оперативник и два аналитика. Во-вторых, ещё несколько человек в МИ-6. В основном — молодежь, готовая думать «вне рамок». Например, молодой аналитик по имени Саймон, который три месяца просидел в архивах, пытаясь вскрыть пути поставок оружия ирландцам, прошедшие мимо внимания МИ-5 и МИ-6, и нашедший странную корреляцию между несколькими перехватами крупных партий экстази в Европе, и активизацией ячеек ИРА в Ливерпуле.
Но таких людей было слишком мало. Слишком мало, чтобы пробить стену неверия. Слишком мало, чтобы изменить приоритеты британской разведки, оказавшейся в глубочайшем кризисе после катастрофы начала восьмидесятых, и больше занятой препятствованию американским планам в Саудовской Аравии по наращиванию добычи с падением мировых цен на нефть — просто потому, что месторождения в Северном море становились единственной надеждой Британии на выкарабкивание из экономического кошмара. Когда-то уголь Кардиффа обеспечил доминирование Британии. Теперь нефть Северного моря должна спасти её от дефолта и окончательного впадения страны в ничтожество…Кредит МВФ и без того оказался достаточно унизительным для еще недавно великой империи.
Гордовски поднял воротник пальто, повернулся спиной к реке и медленно пошёл в