Другая жизнь Ромы Гончарова 6 - Поток Нейтрино

— Солидно, — согласился с моей оценкой Паша.

— Наши из КазГУ тоже сегодня приедут, к финалу, — сказал Айдар.

Миша Гридин спустился, когда мы уже собрались идти в ресторан.

— Успокоился и жрать захотелось, — посетовал он. — Вас, я вижу, стало больше.

Я представил его Паше, Косте и Коле. Он пожал каждому руку и назвался коротко: Гридин, Ростов, институт связи.

— Это же ты с Ромой в одном номере на Подтверждении жил? — спросил Коля.

— Ага. Мы земляки почти, в Новосибирск одним поездом ехали.

Коля кивнул, и мы пошли в ресторан.

Вера Ильинична при виде новых лиц только кивнула. А за столом Мишка сел рядом со мной.

— Я решил до тридцатого остаться, когда еще такой шанс выпадет? — сказал он, разворачивая салфетку. — Номер и еда оплачены. Днем город посмотрю, а вечером ты мне будешь рассказывать, какие задачи давали.

Ужин мы закончили, когда за соседними столами уже убирали. Паша с бауманскими поднялись по номерам, Айдар спустился на улицу встречать свою делегацию, а мы с Мишей вышли в холл: новосибирцы должны были приехать вечером.

Когда дверь открылась, вошла большая группа студентов с чемоданами. С улицы потянуло холодом, и тут же я услышал знакомый голос:

— Ромочка!

Ленка Пападаки бросила сумку там, где стояла, и, перелетев через холл, повисла у меня на шее так, что я отступил на шаг.

— Мы приехали! — объявила она мне в ухо. — Все трое!

Она отодвинула меня на вытянутые руки и осмотрела с головы до ботинок.

— Похорошел. С лета — похорошел, я тебя другим помню.

Я засмеялся и обнял ее еще раз, и она оглянулась через мое плечо:

— Мишка! Гридин! И ты здесь!

— И я здесь, — сказал тот, и она отпустила меня, чтобы обнять и его.

— Участвуешь?

— Не, — покачал он головой, — свой тур я уже отсидел, теперь болею за вас.

Я восхитился тем, какой у него, оказывается, стальной характер. Никто бы не сказал сейчас по его лицу и поведению, что парень раздавлен или хотя бы расстроен. А ведь после такого провала я сам, пожалуй, не смог бы так запросто со всеми нами общаться, улыбаться и поддерживать разговоры.

— А сам ты где теперь? Где учишься, где живешь?

— В Ростове, в институте связи, — сказал Миша и усмехнулся: — Общажный клоп.

— А мы такие же, — рассмеялась Лена, — только в Новосибирске.

Вадим Осокин шел следом с чемоданом, поставил его у стойки, пожал руку Мише, потом мне.

— Ну, здорово, Гончаров, — сказал он. — Хорошо, что и ты здесь. Посоревнуемся!

— С удовольствием.

А Кира стояла за ними, в расстегнутом пальто, держа чемодан за ручку, и смотрела на меня. Я шагнул к ней, обогнув Лену.

— Привет, Кир.

— Привет, — едва слышно ответила она.

И я почувствовал, что не так-то легко это дается, при том что мы давным-давно уговорились остаться друзьями, сейчас, в реальности, а не по телефону, остро ощущалась какая-то неловкость. А может, дело было просто в том, что мы давно не виделись и успели друг друга позабыть.

Мы обнялись, и она на секунду прижалась щекой к моему плечу.

— Я так рада тебя видеть, Ром, — сказала она, отступив.

— И я тоже, Кир. Очень.

— Боялась, что не пройду отбор и не увижу тебя. — Она впервые улыбнулась. — Прошла.

Тут ее позвал Вадим: Вера Ильинична нашла в списке новосибирский политех и выдавала ключи, а про ужин сказала, что он до девяти и они успеют, если сядут прямо сейчас. Пока девушки получали ключи, Вадим отошел к доске и постоял перед ней, читая сверху вниз.

— Так ты в списке отбора, хоть и первый… — задумчиво сказал он, вернувшись. — А я думал, приедешь с московской делегацией.

— Должен был. Меня сняли перед самой поездкой, и я приехал сам.

— Вот оно что… — кивнул Вадим. — Ну и хорошо. А то я всю осень готовился, чтобы тебя обойти. Летом ты меня обскакал, теперь моя очередь.

— Я тоже за первым местом приехал, — сказал я. — Так что легко его не отдам.

— А я легкости не жду, — сказал Вадим без улыбки, и Лена фыркнула:

— Обходите друг друга сколько хотите, а первое место возьму я. Пошли есть! Ромочка, веди.

Она повисла у меня на локте и повела сама. Бросив на Киру обескураженный взгляд, я пожал плечами.

Вещи оставили у стойки, и в ресторан мы пошли впятером, а Вера Ильинична, увидев нас с Мишей второй раз за вечер, только махнула: сидите. Новосибирским принесли то, что осталось от ужина. Лена ела и говорила, Вадим ел и слушал, а Миша отвечал на ее вопросы.

— А девушка твоя не приехала? — спросила Лена, когда дошла до чая. — Та, из передачи?

— Не прошла отбор, — сказал я. — Осталась в Москве.

— Жалко. Я бы на нее посмотрела. — Лена отставила чашку. — Тогда завтра после туров покажешь нам Невский. Пойдем все впятером.

— Покажу, — сказал я.

— Я с вами, — сказал Миша.

Кира сидела рядом со мной и, пока Лена расспрашивала Мишу про Ростов, спросила:

— Волнуешься перед завтрашним туром?

— Конечно. Пока решаешь, волноваться некогда, а сейчас сижу и гадаю, какие задачи дадут. А ты?

— И я. Лена храбрится, а я нет. — Она подвинулась ближе. — Хорошо, что ты рядом. Мне с тобой спокойнее.

— Мне с тобой тоже, — кивнул я и не соврал.

Чай допили, когда в зале погасили половину ламп. Миша пожелал всем спокойной ночи и пошел наверх первым, а мы забрали вещи у стойки. У лифта я взял Кирин чемодан и довез до этажа, где их поселили; Лена шла впереди с сумкой, Вадим рядом со своим чемоданом.

— До завтра, Ром, — сказала Кира у двери