Бастион - Кир Злой
Стража возле ворот мгновенно сомкнула ряды, перекрывая нам путь. Начальник караула направился к фургону, чтобы изучить содержимое, но наши военные его не подпустили ближе чем на десять шагов, как не пропускали раньше во дворе Академии никого из нас. Вспыхнула короткая, злая перепалка. Сержант рявкнул про личный приказ ректора и впечатал в грудь офицеру плотный документ с печатями. К спору подоспел дежурный маг заставы. Я видел, как он проверяет подлинность бумаги заклинанием, а потом торопливо достает свой кристалл связи. После короткого разговора с командованием маг нервно кивнул офицеру. Стража неохотно расступилась, и наш конвой наконец покинул территорию столицы и выкатился на широкий северный тракт.
Стоило нам только миновать массивные городские ворота и проехать несколько десятков метров, как завибрировал один из моих кристаллов связи.
Я слегка наклонился, накинул на голову капюшон и достал кристалл, держась рукой за его грани.
— Слушаю, — тихо ответил я.
— Арден, это Мердок — в голосе хозяина трактира сквозила явная тревога. — У меня срочные и очень плохие новости.
— Говори, — почти шепотом произнес я.
— Эвелина бесследно исчезла.
Я нахмурился, сильнее сжимая теплый кристалл.
— Ее номер пуст, — зашептал Мердок. — Она уже больше суток не выходила из него и даже не просила еды. Я пытался стучать, но она отмалчивалась. Сегодня я вскрыл дверь. Внутри никого нет, некоторые вещи пропали, но я точно знаю, что она не выходила через главный выход.
— Я понял тебя, Мердок. Не предпринимай никаких действий. Продолжай наблюдение. Если появятся важные новости, передавай их Салверу. Я ближайший месяц буду не досягаем для связи.
— Понял вас, — завершил разговор Мердок.
Я убрал потухший кристалл обратно. Грудь сдавило нехорошим предчувствием. Наша поездка в бастион только началась, мы едва успели отъехать от столицы, а плохие новости уже начали догонять меня. Исчезновение Эвелины именно сейчас не могло быть простым совпадением.
Глава 16
За пределами столицы пейзаж стремительно менялся. Каменные дома уступили место небольшим деревням, полям и густым лесным массивам. Широкий Северный тракт уверенно уводил наши повозки все дальше от городских стен.
Для многих простолюдинов это было первое путешествие за пределы окрестностей Аленграда. Они азартно разглядывали придорожные постоялые дворы, редкие патрули и торговые повозки, то и дело обгонявшие наш военный конвой.
— Вот это я понимаю, практика, — довольно заявил Томас, выглядывая наружу. — Не то что болотный марш. Сидишь в тепле, смотришь на мир, а лошади сами везут тебя на север.
В этот момент колесо фургона угодило в глубокую выбоину. Повозку так сильно тряхнуло, что Томас ударился головой о деревянную перекладину.
— До бастиона еще две недели, а Томас уже получил первую боевую травму, — с легкой усмешкой произнесла Майлин.
Мы дружно рассмеялись.
Аристократы держались куда сдержаннее. Они старательно сохраняли гордую осанку и всячески демонстрировали, будто тряска совершенно их не беспокоит. Однако плохая дорога не делала различий между благородными и простолюдинами. Уже через час несколько наследников знатных родов начали морщиться при каждом ударе колес. Один из них даже попытался подложить под себя свернутый плащ, но это мало спасало от жестких ударов о грубую доску на каждой кочке.
Радостное настроение продержалось примерно до того момента, когда конвой ненадолго замедлился возле очередной дорожной развилки.
Снаружи раздался резкий голос сотника Ворна:
— Всем кадетам выйти из фургонов! Личные мешки взять с собой!
По повозкам прокатился недоуменный гул. Мы выбрались наружу и выстроились вдоль дороги. Ворн уже ждал нас возле переднего фургона, заложив руки за спину.
— Надеюсь, вы не решили, что будете две недели любоваться пейзажами из повозок, — сухо произнес он. — Лошадям и так тяжело тянуть фургоны по разбитому тракту. Никто не станет загонять их ради вашего удобства. Каждый день не менее половины пути вы проходите пешком. И начнем мы прямо сейчас.
Несколько аристократов недовольно переглянулись.
— Кастин, — осторожно заговорил один из них, — а наши вещи можно оставить в фургонах?
Ворн смерил его ледяным взглядом.
— Я предупреждал, что весь личный груз каждый несет на собственной спине. Или ты решил, что это была шутка?
— Но мой мешок весит целую тонну!
— Значит, будешь тащить на себе целую тонну, — холодно отозвался сотник.
Такой расклад мгновенно уничтожил остатки радостного настроения у класса. Мы с друзьями подошли к сборам с умом и не стали набирать лишних вещей. Зато некоторые аристократы собирались в дорогу так, словно ехали на загородный прием.
Два особенно тяжелых мешка пришлось вытаскивать из повозки общими усилиями. Их владельцы сначала попытались поднять груз самостоятельно, потом принялись обвинять слуг, которые якобы неправильно распределили вещи.
Грок Баст наблюдал за этим несколько секунд, а затем решительно направился к ним.
— Открывайте, — басовито приказал десятник.
— Там мои личные вещи, — возмутился один из аристократов.
— Ага! Которые ты не можешь утащить, — констатировал Грок. — Будем избавляться от мусора. Открывай.
Не дождавшись выполнения приказа, Грок сам развязал первый мешок и принялся вытаскивать его содержимое. На обочину полетели два запасных камзола, пара дорогих лакированных сапог, несколько флаконов благовоний и толстая книга в кожаном переплете.
— Это редкое издание! — вскрикнул владелец.
— Тогда оно должно уметь ходить самостоятельно, — невозмутимо ответил Грок и вытащил следующую книгу.
Из второго мешка десятник выбросил мягкую подушку, набор серебряной посуды и три аккуратно свернутых плаща.
— Оставишь себе только один плащ, остальное выбрасывай, — скомандовал Грок. — А если не хочешь расставаться с вещами, тащи на своем горбу. Но когда упадешь от усталости, никто тебе помогать не станет.
Спорить с огромным десятником никто не решился. После проведенной им проверки оба мешка стали почти вдвое легче.
— У остальных есть десять минут, чтобы самим избавиться от лишнего, — громко объявил Грок. — Потом я помогу. Но выбирать, что оставить, уже буду сам.
Эта угроза подействовала лучше любых уговоров. Аристократы поспешили к своим вещам. На обочине начала быстро расти куча дорогой одежды, книг и других бесполезных в походе предметов.
Вскоре конвой снова двинулся вперед. Фургоны медленно катились по тракту, а мы шагали по обеим сторонам колонны. Первые полчаса кадеты еще пытались переговариваться, но тяжелые мешки, холодный ветер и неровная дорога быстро отбили желание тратить силы на разговоры.
Во время короткого привала один из аристократов решил схитрить. Он дождался, пока Грок отошел к передним повозкам, и незаметно засунул свой мешок под брезент фургона с провизией.
Отойти далеко он не успел.
Мара Вейл словно возникла из воздуха. Она спокойно схватила кадета за воротник, подвела обратно к повозке и заставила достать спрятанный груз.
— Я лишь хотел поправить лямки у своего мешка, — начал оправдываться аристократ.
— Конечно, — лениво отозвалась Мара.