Тайна лесного омута - Юлия Владиславовна Евдокимова

— Пахом, который собирался отомстить Весне, а потом стал её сообщником?

— Вспомни, что говорят об этой девушке. Она способна очаровать любого мужчину.

— Не торопись, Павел Александрович. Есть у меня ощущение, что в этом деле всё не так просто. Пахом или другой сообщник мог шантажировать Весну и иметь неплохой доход. Скорее уж она бы его убила.

— Что ты предлагаешь?

— Продолжить расследование как минимум ещё на несколько дней. А потом пусть занимаются те, кому это и положено. На званом ужине побеседуем с Черкасовыми, а пока у нас есть ещё одно дело. — Филарет кивнул на свёрток с цепью и замком, подобранными у пруда — там, где и написала Настя. — Как уж поработали местные полицейские, не знаю, но на всякий случай надо с кузнецами самим поговорить.

* * *

Три кузницы располагались рядом с торговыми складами. Здесь было так грязно и неуютно, что поблизости не было жилых домов — кузницы могли грохотать, никому не мешая, а крупные изделия хранить на складах в амбарах. Кузницы ни с чем другим не спутаешь благодаря ритмичному стуку молотков и свисту мехов, которые раздували пламя, придававшее стенам красноватый оттенок. Их дворы были грязными — грязь взбаламучена копытами лошадей и смешана с навозом, — а внутри помещения до потолка были забиты всевозможными инструментами и полезными предметами. Там имелись подковы всех размеров, молотки, плоскогубцы и прутья, и требовались немалые усилия, чтобы привлечь внимание кузнецов сквозь грохот молотков.

Владельцами кузниц были мужчины лет тридцати-сорока, которые с изумлением и недоверием смотрели на явившихся самолично благородных господ. Они держали замки в закопчённых руках и переворачивали их, недоумённо качая головами.

— Никогда ничего подобного не видел, — сказал первый кузнец, чьи отец и дед работали в мастерской прежде, чем она перешла к нему. — Замки, которые я делаю, лёгкие и красивые, — похвастался он и показал образец своей работы. — Чтобы удержать такой замок, понадобятся две руки. Это пустая трата материала, но если кто-то готов заплатить, кузнец сделает то, что заказчику нужно.

— А это не старые замки? — спросил второй кузнец. — Мне кажется, им лет сто не меньше. Может, кто-то нашёл их и решил использовать?

— Вряд ли они нашли бы два замка с ключами внутри, — заметил Филарет.

Кузнец пожал плечами:

— Они могли бы продеть цепи через петли, не открывая замки, а затем закрыть звенья. Это старое, говорю вам, — повторил он. — Не современная работа.

— Грубо, — сказал третий кузнец. — И расточительно.

— Ты хочешь сказать, что это дорого в изготовлении? — спросил Гагарин.

— Конечно. Слишком много железа.

* * *

— Похоже, убийца не пожалел денег, — сказал князь, когда они с иеромонахом вернулись к экипажу, безуспешно пытаясь отчистить обувь от грязи и навоза. — Они купили гроб, цепи и два замка, сделанных на заказ.

— И ночную рубашку, — добавил Филарет. — Она сшита из тончайшего хлопка и отделана кружевом. Убийца должен был одеть Весну уже после её смерти. Ночная рубашка слишком чиста, чтобы девушку убили в ней.

— Значит, у нашего убийцы есть деньги, — задумчиво произнёс князь. — И это не Пахом. Это соответствует тому, что мы знаем о любовнике Весны.

— Друг мой, то, что мужчина был хорошо одет, ещё не значит, что он убийца. Но есть надежда, что этот человек живёт в Богородицке, а не в Серафимовске, раз убийство совершено здесь.

— Или Весна просто использовала его деньги.

Князь достал карманные часы и посмотрел время. Пора переодеваться и отправляться в усадьбу Засекиных.

Филарет отправился в монастырь — теперь они увидятся только за ужином в поместье.

* * *

Девушек нигде не было видно — видимо, на сей раз княгиня решила соблюдать правила приличия.

Она лично показала Гагарину отведённые ему комнаты в гостевом крыле и оставила гостя отдыхать с дороги.

Князь выждал некоторое время, потом осторожно выскользнул из дома и направился к кузнице. Удивительно не то, что она находилась в самой дальней части усадьбы, а то, что кузница располагалась в ветхом здании, стены которого открыты всем ветрам. Интерьер напоминал мастерскую рыцарских времён, которую князь видел на картинке в одной из исторических книг в своей библиотеке.

Единственный кузнец, всё внимание которого было сосредоточено на выковке подковы, был высоким и широкоплечим, его растрёпанные тёмные волосы и борода седы, а фартук повидал лучшие дни. Запах тлеющего железа и едкого пота пронизывал мастерскую, несмотря на свежий ветерок, дующий сквозь почти не существующие стены.

Кузнец окунул железо в бочку с водой, отставил дымящуюся подкову в сторону и пристально посмотрел на визитёра мрачным взглядом.

— У вас отвалилась подкова, барин?

— Нет, не отвалилась, но я хотел бы задать вам несколько вопросов, — сказал Гагарин.

— Это насчёт чегой-то?

— Могу я узнать ваше имя?

— Василий я.

— Мы расследуем убийство молодой женщины.

— Я тут при чём?

— Вам когда-нибудь заказывали треугольный замок, как этот? — Князь поднял замок обеими руками, затем положил его на складной стол, почти полностью заваленный случайными обломками — все из железа.

Он был слишком тяжёлым, чтобы долго держать его в руках, и Гагарин предпочитал держать руки свободными, разговаривая с человеком, который мог бурно отреагировать на его вопросы.

— А что?

— Убитую женщину подвергли извращённому захоронению.

— Это чего ещё такое?

— Тот, кто заказал эти замки, скорее всего убийца.

Кузнец впервые посмотрел на князя. Хотя Василий явно не хотел отвечать на вопросы, он не желал скрывать убийство, понимая, что стоит сюда явиться полиции — и он навсегда потеряет работу.

— Ладно. Это я сделал. И ещё косу. Две недели назад. Про косу он сказал, что она не нужна новая, просто острая.

— Кто он?

— А я почём знаю. Он показал рисунок, я сделал замки.

— Опиши его.

— Ну, чего там описывать… из благородных, как вы.

— Он был в гостях в имении?

— А я почём знаю, кто тут гостит. Я там не бываю. Я и сплю тут вон, в кузнице. Туда мне ходу нет, где баре.

— Молодой, старый, высокий, низкий, худой, полный?

— Обычный. Не то чтоб высокий, не толстый. Как вы, барин.

— А сколько ему лет?

— Как вы, барин. Ну, чуток постарше, может.

— Цвет волос или глаз помнишь?

Похоже, кузнец выдумал описание, чтобы отделаться от вопросов.

— Волосы обычные… ну, не чёрные. А на глаза я не смотрел — оне мне почто? — Кузнец выдержал паузу. — Трость у него красивая. С орлом.

— Он был один?

Василий кивнул.

— Он пришёл ночью, я уж спать лёг. И заплатил хорошо. Без торга.

— Что-нибудь