Каракумы: заря цивилизации - Вадим Михайлович Массон
Под Иссом Александр наголову разбил персидскую армию, и вскоре вся Малая Азия оказалась в его руках. Убедившись в полной бездарности Дария III как военачальника, Александр не устоял перед соблазном покорить всю Ахеменидскую державу. Но он не стал преследовать убегавшего Дария, а бросил свои фаланги на юг в Сирию и Финикию и захватил Дамаск. Гордо отвергнув мирные предложения и богатую контрибуцию персов, Александр овладел Египтом. Уже здесь он показал себя проницательным политиком. Александр убедился, что в условиях восточной деспотии обожествление личности царя является политической необходимостью. С железным упорством он проводил эту линию и в дальнейшем, несмотря на отчаянное сопротивление самих греков и даже ближайших своих друзей и сподвижников.
Недаром через две тысячи лет здесь, в Египте, его слава обожествленного царя не будет давать покоя другому полководцу, маленькому корсиканцу, выросшему благодаря своему военному гению в гигантскую фигуру, заслонившую на время все остальные. Удивительно, до чего характеры этих двух людей похожи. Играя в демократию, они шагали пешком, деля все тяготы изнурительного пути со своими солдатами — Наполеон из Сирии, Александр из Индии. Блестящие полководцы, прекрасно учитывающие фактор внезапного нападения, быстрого марша, они одерживали победу за победой над превосходящим противником. Незаурядные политики, дипломаты, они раскалывали враждебные им коалиции, ловко используя человеческие слабости врагов. Жестоко расправляясь с непокорными, сжигая дотла целые селения и города, они проявляли большую гибкость по отношению к тем, кто готов был сотрудничать с ними. В подходящих случаях они привлекали солдатскую массу на свою сторону для «народной» расправы с неугодными им влиятельными лицами.
Однако вернемся к событиям осени 331 г. до н. э. В битве при Гавгамелах персы потерпели окончательное поражение. Дарий бежал, но придворные заговорщики схватили его и убили. Казалось, македонский царь добился всего, о чем мечтал. К маленькой Македонии он присоединил за ничтожно короткий срок огромное по тому времени государство, в руки Александра попали несметные сокровища ахеменидской казны. Но, опьяненный блестящими победами, он вынашивал честолюбивые планы о создании державы, не уступающей по размерам державе Кира, для чего оставалось лишь покорить Среднеазиатские страны.
Если войну с Персией ему еще удавалось представить как освободительную и вести под лозунгом мести за кровавые ужасы и притеснения, которые в прошлом перенесла Греция, то новая война уже выглядела захватнической и непопулярной. Греческие войска устали и хотели возвращения на родину.
После убийства Дария персидский вельможа Бесс, бывший наместник Бактрии, провозгласил себя «царем Азии» и возглавил борьбу с македонцами. Преследуя его, Александр вступил в Парфию, находившуюся на территории современного Туркменистана. И вряд ли, оглядывая унылый пейзаж этой гористой страны, он мог предполагать, что войска его на три года увязнут в среднеазиатских просторах. Правитель Парфии изъявил покорность, и вскоре она стала плацдармом для дальнейшего завоевания Средней Азии. Преследуя Бесса, македонцы дошли до Амударьи и остановились перед бурными водами. Отпустив на родину престарелых и больных ветеранов и щедро наградив их, Александр решил форсировать реку. Место переправы находилось то ли около г. Термеза, то ли около г. Келифа, где левый берег выше правого. Пять дней греческие войска преодолевали водную преграду. Здесь-то и следовало Бессу напасть на македонцев, но он этого не сделал. Кроме того, в антимакедонском лагере назревал раскол. Против перса Бесса выступила недовольная им группировка во главе с согдийцем Спитаменой.
Такая развязка диктовалась всем ходом событий — в народной войне, которая развертывалась в Средней Азии, войне против новых завоевателей, вождем мог стать только уроженец этой страны, каковым и являлся Спитамена, а не Бесс — перс, старый враг, родственник ахеменидских царей, столько лет угнетавших местное население.
Арестовав Бесса, заговорщики известили Александра о готовности выдать ему незадачливого «царя Азии». Опасаясь ловушки, Александр выслал очень большой отряд во главе с Птолемеем Лагом, тем самым, который после смерти своего шефа основал новую династию в Египте. Птолемей во время походов вел записи событий; на них позднее ссылались многие античные историки. По его словам, при виде такого отряда мятежники в свою очередь заподозрили недоброе, оставили связанного Бесса в хорошо укрепленном поселке, а сами бежали в пустыню. Бесса выдали македонцам. Нагого, закованного в кандалы, с цепью на шее его привели в ставку греков, и тут Александр стал стыдить его не за антигреческую борьбу, а за вероломное убийство законного царя Дария. Это был ловкий политический жест дальновидного македонца, готовившего почву для собственного «законного» наследования ахеменидского трона.
Вступив в пределы современного Южного Узбекистана, Александр уже с первых дней проявил жестокость по отношению к... соотечественникам. По пути македонцам попался городок, населенный бранхидами, потомками того милетского рода бранхидов, которые отдали в свое время Ксерксу сокровища храма Аполлона и, боясь мести, упросили Ксеркса переселить их в глубь империи. Их потомки, радостно встретив земляков, беспрепятственно впустили их в свой городок. Александр передал решение их судьбы милетцам, которые находились в его армии, однако мнения разошлись. Тогда он сам, взяв милетский отряд, вырезал всех бранхидов, а городок разрушил до основания. Даже самые горячие панегиристы античности, прославлявшие в своих писаниях деяния Александра, осуждают его за этот поступок, говоря: «...так искупили грех предков потомки, которые сами и не видели Милета».
Довольно быстро македонцы овладели цветущей Согдианой — областью, расположенной в междуречье Амударьи и Сырдарьи, и без особого труда вошли в г. Мараканду (современный Самарканд). Оставив большой гарнизон в Мараканде и окрестных поселениях, Александр двинулся дальше на север в страну, занятую неизвестными грекам скифами, некогда победившими царя Кира.
В районе современного г. Джизак небольшой греческий отряд отправился за провиантом в окрестные села, причем не обошлось без насилий. Возмущенные жители не только перебили отряд, но и уничтожили несколько мелких гарнизонов. Александр лично принял участие в карательных действиях, хотя был тяжело ранен стрелой в ногу. Казалось, порядок удалось восстановить. Выйдя к Сырдарье, Александр завязал переговоры со скифскими вождями. А пока продолжались переговоры, хотел построить здесь укрепленный город — своеобразный форпост против возможного нападения скифских полчищ. Однако вместо этого ему пришлось круто изменить свою политику — в тылу, в Согде и Бактрии, вспыхнуло мощное восстание под руководством все того же Спитамены. Александр обрушился на восставших. Мстя за вырезанные греческие гарнизоны, он в течение двух дней захватил и сровнял с землей пять